Чтение онлайн

— Спасибо за ваши добрые наставления. Я тотчас соберу вещи и уеду отсюда.

Я – человек прямолинейный, поэтому на самом деле развернулась и пошла наверх, однако Вероника вдруг остановила меня и все с той же улыбкой сказала:

— Нет, дитя, ты не так меня поняла. Я пришла, чтобы просто погостить, я ты тотчас собралась уходить. Ты ведь наверняка скажешь Руслану, что это я, его тетка, тебя прогнала?

Я вскинула брови.

— А разве нет?

Ее лицо замерло, на один короткий миг его окрасило сконфуженно-немое выражение. Затем она продолжила:

— Конечно же, нет. Я действительно озабочена твоей судьбой, и лишь хочу, чтобы твоя репутация оставалась незапятнанной.

Я без тени эмоций изобразила полуулыбку.

— Что ж, спасибо, госпожа Демидова.

Она покачала головой, смущение на ее лице рассеялось, сменившись улыбкой. Она промолвила:

— Давай поступим так: ты не торопись уезжать, а лучше переговори с Русланом. Он как ребенок, – не в состоянии понять истину. Ты же лучше всех знаешь его.

Найди какой-нибудь повод, чтобы съехать. Так будет лучше и для тебя, и для него.

То есть, она намекает на то, чтобы я пошла на конфликт с Русланом и по своей инициативе съехала? Я чуть не прыснула со смеху. Внутрь меня, моей бунтарской натуры, закралась злоба, настроение невольно упало. Я посмотрела на Веронику и безучастно кинула:

— Не нужно искать подлогов, я итак не собиралась жить здесь долго. Переезд был делом времени.

Высказавшись, я ушла на второй этаж. Там я сложила в чемодан одежду и спустилась с ним вниз. Вероника явно напряглась. Она перекрыла мне путь и стала уговаривать:

— Эмилия, не нужно торопиться с отъездом, не так сразу.

Я улыбнулась.

— Да ладно, я как раз сегодня ничем не занята!

Захар с самого начала находился на вилле. Увидев меня с чемоданом в руках, он ловко среагировал и позвонил Руслану. Затем он преградил мне путь и недоуменно спросил:

— Эмилия Андреевна, вы уезжаете? Куда? Я отвезу вас.

Я улыбнулась и помотала головой.

— Не нужно, я вызвала такси. Оно скоро приедет.

И действительно: машина вскоре подъехала.

Вероника явно не ожидала, что я смогу вот так взять и уйти, поэтому она растерялась. С бледным лицом она взяла меня за руку и вымолвила:

— Эмилия, прошу, не торопись, я…

— Госпожа Демидова права, я должна знать свое место! – сказала я и села в такси.

Захар не знал, что делать, но он не посмел держать меня силой. Ему оставалось только сесть в машину вслед за мной.

Перед моим приездом Давид успел оформить на меня одну квартиру в городе. Мне казалось, что она так и не пригодится, и я ни разу еще туда не ездила, но сегодня, видимо, придется направить такси именно туда.

Квартира находилась в центре, в современном доме, с отличным ремонтом. Так как на протяжении нескольких лет там никто не жил, ее неизбежно населила пыль и затхлость.

Я не ожидала, что первым, кто нанесет мне визит, станет Тимур. Увидев его на пороге, мне стало не по себе.

Испытывая внутреннее отвращение, я недружелюбным тоном спросила:

— Зачем ты пришел?

Я вгляделась в его смеющиеся глаза. Кажется, его это все забавляло. Он посмотрел сквозь меня на квартиру и с довольством спросил:

— Ну что, освоилась тут?

Я поджала губы и вновь спросила:

— Что тебе нужно?

Моя невежливость нисколько не расстроила его, напротив, он отлично себя чувствовал.

— Я могу зайти в гости? – спросил он.

Я пропустила его. Он зашел в гостиную и сел на диван. Я не налила ему воды, даже предлагать не собиралась.

Его глаза были холодны. С тех пор, как мы виделись последний раз, прежние нежные чувства почти исчезли из глубин его глаз.

Равнодушно глядя на меня, он приступил непосредственно к делу:

— Четыре года назад, после того, как мы расстались в Германии, я вернулся в Россию. Узнав, что ты ушла от Руслана, я начал повсюду искать тебя. Я постоянно размышлял, где же ты можешь быть и как твои дела. Я каждый год проезжал по крупным городам страны в поисках тебя, и боялся не найти… – он говорил спокойно, без колкости в словах, скорее наоборот – с нежностью. — Эмилия, ты не представляешь, как сильно я по тебе скучал.

Если бы четыре года назад я вот так нечаянно встретила его, думаю, я бы совершенно уверенно спросила: что же все-таки тогда произошло? почему он уехал в Германию? почему не вернулся, когда пришел в себя?

Но теперь я уже не хочу знать ответы на эти вопросы, я просто хочу, чтобы он ушел.

Поэтому я совершенно ровно сказала:

— Я не знаю, с какой целью ты увязался за мной. Если ты хочешь, чтобы я стала твоим проводником к Алешиным, то ты хочешь слишком многого. Четыре года назад я не признала Алешиных, а теперь и подавно не собираюсь вернуться в эту семью. Что касается Афанасьевых, я думаю, что Давид ненавидит тебя не меньше Руслана, поэтому он еще менее склонен сотрудничать с тобой, так что все твои манипуляции со мной бесполезны.

Раз уж зовешься дельцом, то умей анализировать интересы всех сторон

В гостиной повисла тишина. Он взял меня за руку и положил ее ладонью на свой торс. Правда не для того, чтобы я оценила его крепкие мускулы.

Моя рука нащупала шрам.

— Четыре года назад я отвозил тебя из больницы в «Красный Яр». Ты была не в своем уме, так как потеряла ребенка, и часто в оцепенении сидела одна на веранде. Если бы рядом с тобой никого не было, ты бы давно выпрыгнула в окно. Из страха, что ты навредишь себе, я заколотил в доме все окна. А однажды ты встала посреди ночи, нашла нож и полоснула собственное запястье. Ты рыдала так душераздирающе, хватаясь за полы моей одежды, и звала ребенка. Тогда ты чуть не угробила меня. Я начал забирать у тебя нож и случайно позволил тебе воткнуть его в собственное тело. Увидев кровь, ты упала в обморок и пролежала без сознания несколько дней.

Он говорил это размеренно, с невозмутимым выражением на лице, но от этих слов мою грудь больно стиснуло. Прошло слишком много времени, я почти забыла о тех днях.

Он слегка улыбнулся и продолжил:

— Когда ты очнулась, я приказал слугам прибрать все острые предметы. Я думал, что без этих вещей ты никак не сможешь навредить себе, однако ты стала биться головой о стену, чтобы прервать свою жизнь. Для того, чтобы ты могла жить, я день и ночь проводил рядом с тобой, я не спал, смертельно боясь, что эта навязчивая мысль о смерти не оставит тебя.