Чтение онлайн

Ему было все равно. Он сделал глоток чая, облокотился своим стройным телом на стул и неторопливо сказал:

— Она хочет денег, и я их дам ей. Она отдает мне ребенка, а я ей деньги. Это не безответственно. Кроме того, я верю, что в будущем ты полюбишь его так же сильно, как полюбила Любу.

Я… Я не удержалась и выплеснула на него чай.

— Хватит витать в облаках. Будь мужчиной! Раз ты решил оставить ребенка, ты обязан жениться на его матери и привести ее домой.

Ощутив невероятную злость, я встала и ушла на задний двор, еле сдерживая себя. Довольно давно я не испытывала такой злости.

Руслан, спускавшийся со второго этажа, увидел меня и сразу понял, что я на что-то злюсь.

— Что случилось? – невольно произнес он.

Я поджала губы, все еще не способная сдержать гнев.

— В мужчинах нет ничего хорошего! – сказала я, глядя на него.

Руслан... Через некоторое время я подавила гнев и увидела, что тот смотрит на меня с улыбкой.

— Гнев ушел?

Я кивнула и смущенно посмотрела на него.

—Только что.

..

Он улыбнулся.

— Я знаю, это из-за Давида и той девушки?

Я кивнула и не произвольно выпалила:

— Если он упустит Жанну, он ни за что в жизни больше не встретит такую женщину. Он не ценит то, что имеет, и вообще не хочет жениться! Вот дерьмо!

Он протянул руку, посадил меня на стул и ласковым голосом сказал:

— Ты злишься из-за того, что Давид не ценит ее, или из-за его упрямства по отношению к тебе?

Я оцепенела, глядя в его глубокие глаза и потеряв дар речи. Только через некоторое время я смогла произнести:

— Он не относится ко мне как к женщине. У нас с ним братско-сестринские отношение, вот только он этого еще не понял.

Я прекрасно осознавала привязанность Давида ко мне. Он все эти годы относился ко мне очень трепетно, и со стороны это действительно было похоже на отношения между мужчиной и женщиной. Даже я, испытавшая настоящую любовь к мужчине, не могла понять, какие чувства испытывает ко мне Давид. Мы были вместе с самого детства, преодолели все невзгоды и всегда шли рука об руку. Почему же я не могу отличить родственную любовь от любви романтической?

Мы были очень одиноки. Бабушки не было, Маша уехала, и в юности мы могли полагаться только друг на друга. Если он действительно любит меня, то учитывая его характер, ему уже не важно, что я его не люблю.

Руслан долго смотрел на меня, не произнося ни слова. Я знала, что он чувствует и о чем беспокоится.

— Я злюсь, потому что он не может понять своих чувств. Я боюсь, что однажды он потеряет самого важного человека в его жизни и только тогда все осознает. Я злюсь, потому что он сам этого не понимает.

Сделав паузу, я взяла его за руку, и мое лицо стало серьезным.

— Руслан, мы уже не дети. Мы прожили почти половину своей жизни и прекрасно понимаем, чего желает наше сердце. Я просто не хочу, чтобы Давид потом сожалел о чем-либо. Вот и все.

Он ничего не говорил, а его темные глаза были мрачнее ночи. Я произнесла так много, а он и слова не сказал в ответ и лишь смотрел на меня своим глубоким неясным взглядом, лишая меня возможности понять, что творилось у него в душе.

Я посчитала, что он сердится на меня, и невольно произнесла:

— Руслан, не надо быть таким мелочным.

Уголки его губ поднялись вверх, он посмотрел мне в глаза и расплылся в улыбке.

— А как мне себя вести, чтобы ты не посчитала меня мелочным?

Увидев его лицо, я поняла, что он просто дурачился. Я гневно посмотрела на него, не желая больше разговаривать, встала и собралась уходить. Однако он успел посадить меня к себе на колени, крепко обнял и рассмеялся.

— Пусть они сами разбираются со своими делами, а мы будем жить свое жизнью, хорошо?

Я вздохнула. Он был прав, но тем не менее Давид был мне родным.

— Жанна действительно очень хорошая девушка, – сказала я. — И если Давид потеряет ее, то это будет навсегда.

Он уткнулся головой в меня и озабоченно произнес:

— И что ты можешь сделать?

— Если дядя узнает, он сможет добиться того, чтобы Жанна вошла в нашу семью! – предложила я, ведь дядю Давид все еще очень уважал.

Он поднял глаза и внимательно посмотрел на меня.

— Ты узнавала о прошлом и социальном положении Жанны?

Я в недоумении нахмурила брови.

— Даже если Жанна из простой семьи, дядя не тот человек, который обращает внимание на происхождение человека. Иначе он бы ни за что не стал открыто признавать меня и не позволил бы вступить в их семью.

Он поднял брови.

— Владимира Афанасьева не заботит происхождение женщины, но его волнует ее репутация. За тридцать лет ты прожила достойную жизнь. Невестка Демидовых, дочь Алешиных, выпускница университета – всего этого достаточно, чтобы Владимир Афанасьев принял тебя в семью. Но с Жанной это может не сработать.

Я нахмурилась.

— Несмотря на то, что у Жанны нет хорошего образования и влиятельной семьи, она красива и изящна. Этого достаточно, чтобы привлечь внимание дяди.

Он слегка улыбнулся и потянул меня к себе.

— Эмилия, в реальности все не так просто, как в нашем воображении.

В этот момент подбежала Люба и потянула его играть

Поддавшись его уговорам, Руслан ушел.

Я осталась сидеть на стуле, не понимая, что такого в прошлом Жанны могло оттолкнуть Владимира Ивановича от нее.

Вечером у дверей виллы Давид посмотрел на меня глубоким взглядом и произнес:

— Поскольку вы вернулись в Москву, ты вместе с Любой должна вернуться домой и жить там. В конце концов, вы с Русланом уже развелись, и это может вызвать новые сплетни.

Я была ошеломлена, но в глубине души понимала, что он просто не хочет видеть меня вместе с Русланом. Руслан же на это ничего не ответил и вежливо проводил их.

Люба играла весь день, поэтому от усталости она легла прямо в гостиной и уснула.

Он грудью прижал меня к двери и произнес:

— Четыре года назад я так и не подписал заявление о расторжении брака. Так что по закону мы все еще женаты. Супругам нельзя жить под одной крышей?

Глядя на его упрямый вид, я не могла сдержать смех. С чего он вдруг стал таким серьезным?