Чтение онлайн

– Послушайте, уважаемый, – негромко, но достаточно сурово и грозно обратился к надоедливому следователю, – я ничего не скрывал от следствия. Вы задавали вопросы, я отвечал.

Следак недовольно поморщился. Возмущался сотрудник, но переходить границы не решался.

– Значит, вы подтверждаете, что Ворошилов вам угрожал?

– Я не помню, – не отрывая тяжёлого, прожигающего взгляда от паренька, медленно проговорил. – Дмитрия находился в состоянии алкогольного опьянения. Он себя не контролировал. Сами должны понимать, что в таком состоянии Ворошилов не отдавал отчёт сказанному, – отчеканил каждую букву. – Он в таком состоянии кого угодно, в чём угодно мог обвинить. У него язык еле-еле ворочался. Понять было невозможно, что именно он нёс.

Мужчина зорко блеснул глазами и, немного их сузив, превратив в маленькие, узкие щёлочки, плавно покривил губами. Несложно было догадаться, о чём думал следователь. Он действительно подозревал меня.

– Мне также стало известно, что вы выиграли аукцион по строительству административного здания.

– И это правда, – не собирался открещиваться от очевидных фактов. – Именно по этой причине Ворошилов разозлился, он надеялся получить контракт, но ему это не удалось.

Парень ехидно усмехнулся и никак не отреагировал на мои фразы, он лишь повернул голову к окну.

– Душно. Не против, если я открою форточку?

– Да. Пожалуйста, – проговорил, чувствуя, что обстановка накаляется. Приходилось оправдываться, при этом совершенно ни в чём виноват не был. Иной раз хотелось собственными руками придушить предателя, но одно дело желать и совершенно иное воплотить свои желания в жизнь.

Парень поднялся и, распахнув форточку, вновь вернулся на место.

– Душно, – с нескрываемой насмешкой повторил он. – Вы прямо весь покраснели. Не стоит волноваться, Платон Аркадьевич. Я вас ни в чём не обвиняю, – с неестественной доброжелательностью провозгласил мужчина. – Пока не обвиняю.

Приподнял голову.

– Мне следует вызвать адвоката?

– Нет. Что вы? Вы пока проходите по делу лишь в качестве свидетеля.

Хищно оскалился. Это мальчик реально решил, что сможет безнаказанно завуалировано угрожать мне. Его «пока» страшно бесило. Надо подключать свои связи. Этот мальчик так и будет кружиться вокруг меня, пока истинный убийца свободно расхаживает по улицам. Нечего этому щенку у меня под ногами болтаться. Пора усмирить. Пусть с мелкими воришками разбирается и там самоутверждается.

Следователь помпезно помахал пальцем.

– Платон Аркадьевич, а вы как добились успеха? Смогли так ловко обойти Ворошилова. По моей информации вы также незаконным способом заполучили контракт? Что скажете?

Твою мать! Лиза и здесь не сдержала свой болтливый язык за зубами. Неожиданно недоверие сверкнуло в моём сознании. А что, если продажный чиновник распустил язык? Нет. Молниеносно отверг подобное, неуместное предположение. Этот болтать не будет. Сам на себя, что ли заяву напишет. Как ни крути, мы в одной лодке. Я его щедро отблагодарил.

– Всё-таки без адвоката не обойтись, – сохраняя самообладание, произнёс я. – Ваши намёки не имею никаких оснований. Вместо того чтобы разыскивать реального убийцу, вы все свои силы на меня переключили. Проявляете полную некомпетентность. Вам не кажется, что у следствия ко мне предвзятое мнение, – лениво наклонил голову, из-под угла осмотрев паренька.

Следователь нахмурился.

– Платон Аркадьевич, вы имеет права на меня жалобу подать. Это ваше право. Но я лишь исполняю свои обязанности. У вас нет никаких оснований обвинять меня в непрофессионализме, – возмутился мальчик.

– Плохо исполняете, – огрызнулся. – Ищите не там, где необходимо.

– Ну вы меня ещё работать поучите, – самообладание постепенно подводило парня.

Сопляк! Научил бы я тебя, только вот лишних проблем мне сейчас точно не нужно, да и пачкаться не хотелось.

– До свидания.

Стремительно встал и, бросив суровым взором на парня, мгновенно заметил, как возмущение засияло в его глазах.

– Платон Аркадьевич, вы куда? Я вас не отпускал.

Звериный, опасный оскал плотно зафиксировался на моих губах, глаза заполыхали кровавым огнём, парень, осознав, что перешёл границу, попытался ретироваться, рефлексивно он поправил пиджак и немного откашлявшись, виновато произнёс, – я имел виду, что мне необходимо вас допросить. Давай те составим протокол допроса.

Не разжимая зубов, едва шевеля губами, жёстко прорычал, – у меня совершенно нет времени.

– Платон Аркадьевич, не провоцируйте меня.

Мои глаза расширились до такой степени, что буквально полезли на лоб. Этот щенок в погонах окончательно съехал с рельсов и как неуправляемый поезд неизбежно мчится к самой пропасти. Нет. Этому недоноску пора объяснить кто есть, кто…

– А то что?

Следователь немного успокоился и, демонстративно помотав подбородком, пояснил, – я буду вынужден вызвать вас повесткой.

– Отлично. Очень жду вашего приглашения.

– Зачем вы так? Мне казалось, что вы хотите найти убийцу Ворошилова. Как никак он был отцом вашей племянницы.

Злобно усмехнулся.

– Хочу. И найду. Только такой сопляк, у которого совершенно нет опыта, вряд ли сможет найти убийцу. Побыстрее строчите свою повестку, – властно сделал шаг вперёд, – а то можете и не успеть.

Парень оторопел.

– Не понял. Вы что мне угрожаете?

Смешно! Дико смешно ... Вернее было бы смешно, если бы не так грустно. Мы поменялись с ним ролями, теперь этот высокомерный, заносчивый малец, который, по всей видимости, благодаря хорошим связям присел на должность старшего следователя по особо важным делам Следственного комитета, не привык получать достойный ответ.

– Запомни, мальчик, я никогда и никому не угрожаю. Лишь предупреждаю. Ты лучше займись своим делом. В противном деле у тебя дело изымут.

– Это не вам решать.

Распахнул дверь и, неспешно повернув голову, презрительно усмехнулся.

– Конечно, не мне. Твоему руководителю. Ивану Петровичу привет передавай.

Вся спесь с наглого мальчишки моментально спала, он побледнел и, выдавив из себя улыбку, промолвил слабым, подрагивающим голоском, – обязательно передам. Но, Платон Аркадьевич, вы зря столь негативно воспринимаете мои вопросы. Я лишь выполняю свои служебные обязанности. Никого и ни в чём не обвиняю. Мне поступил сигнал, вот я его и проверяю.

Надменно покривил губами и спокойным тоном, сквозь плотно сжатые зубы, процедил, – очень надеюсь, что вы профессионал. А так называемый сигнал, – озлобленно сузил глаза, – лишь фикция. Не стоит этому уделять столько времени. Одна маленькая, обиженная девочка всё неправильно поняла и преждевременно сделала неправильные выводы.

Следователь интенсивно захлопал глазами и судорожно пробежался по мне перепуганным взглядом.

– Не понимаю, о чём вы говорите. О какой маленькой, обиженной девочке именно идёт речь? У меня совершено иной источник информации.