Чтение онлайн

— О, милая! Ты замерзла, да? — спрашивает парень, с тревогой меня рассматривая.

— Да, но поцелуй меня ещё раз! — требую я.

Люк смеется и действительно целует меня на протяжении целой миллисекунды, а затем отстраняется и берет за руку.

— Не здесь и не сейчас! — возражает он. — А там и скоро, указывает Люк на город.

Я когда-нибудь приду в себя от удивления?

Нет, вероятно я покину мир с таким же глупым лицом, с которым хожу сейчас, потому что мы находимся у входа в дом, который стоит напротив нашего. Сначала подумала, что это шутка, но потом увидела, как Люк фактически достает ключи из своего кармана, которые, конечно же, подходят и отпирают дверь.

Обалдеть — это неправильный термин для всего, что я теперь знаю, вижу и сопоставляю. Перед тем, как пойти на лестницу, я поворачиваюсь и смотрю на стоянку. И обнаруживаю его тюнингованную «Ауди», которую только вчера обозвала выделяющейся и приукрашенной коробкой.

В лифте Люк нажимает кнопку пятого этажа и, прежде чем он это сделает, я уже знаю, что он повернет налево. Мы прибыли в уютную и очень просторную квартиру, где я чувствую себя, как и у Давида, очень по-домашнему. Здесь это ощущается даже больше.

Именно так я и представляю себе его империю! Причем империю не Люка, а Ская! Светлая мебель, множество красных акцентов, две гитары, современный декор, необременяющие картины на стенах.

Короче говоря, я влюбилась!

— Чай? — спрашивает Люк.

Чай?

Не кофе?

Или вино?

Этот человек существует в действительности, или я всё выдумала?

Несколько минут спустя я сижу с чашкой свежезаваренного чая в руке и обжигаю язык, как подтверждение того, что все это наяву.

— Ладно, Люк! В чем подвох?

— А?

— Ты, твоя квартира, здесь… — я делаю описательное движение и не могу выразить словами. За этим должно скрываться что-то ужасное, если всё так хорошо, как кажется.

— Значит, ты хочешь знать о закопанных телах в моём саду? — спрашивает парень, садясь на стул. Человек, который будет выглядеть всё привлекательнее, чем дольше ты на него смотришь. Он является невероятно приятной личностью.

— Эй, парень, не молчи так долго! — умоляю я.

— Хорошо, тогда слушай.

Скай

— Это безумие, но я расскажу тебе всё, — объявляю я. — И поверь мне, если бы я ни разу не поклялся, что в будущем придёт время расставить все точки над «i», то этого никогда бы и не произошло.

— Я всегда ценила честность! — признаётся Прайс и пытается выглядеть уверенно, но я всё равно замечаю её страх.

В памяти перебирается каждая отрывочная фраза моей бывшей, и я уже готовлюсь к тому, что Прайс после моего рассказа встанет и покинет квартиру. Я бы на её месте так и поступил!

— Я безнадёжный перфекционист, всегда смело и прямо высказываю своё мнение, люблю выводить людей из равновесия, используя сарказм и карикатуру, а ещё бесстыдно зеваю при виде гламура и блеска!

Делаю небольшой перерыв и смотрю на лицо Прайс. Если обычно она как полуоткрытая книга для меня, то сейчас этого нет.

Прайс пожимает плечами.

— Скажи мне что-то, чего я ещё не знаю или не испытываю на себе.

— К тому же я ненавижу ограниченное мышление, стереотипное поведение и простоту! Не извиняюсь и могу быть довольно злым.

— Дальше!

— Остальное касается отношений с женщинами… Это тоже хочешь услышать?

Брови Прайс поднимаются вверх, глаза сверкают ревностью, и в тоже время она начинает нетерпеливо барабанить своими аккуратными длинными ноготками по фарфоровой чашке.

«Хорошо, хорошо! И она еще говорит, что это я властный!»

— Я неисправимый эгоист!

— А разве не все парни такие?

— Может быть, — соглашаюсь я. — Только мой эгоизм относится ко всему, в том числе к девушке, которую я люблю. Плохо это или нет, я не знаю, но однажды пытался изменить этот аспект, однако всё оказалось бесполезно!

— И снова никаких новостей для меня, — тихо признается девушка. — Разве нет ничего противного? Бывшая жена, маленькая орда мини-Скаев или зависимость, например?

— У меня есть бывшая жена, — говорю я и ухмыляюсь на «я-знаю-это-выражение» Прайс. — Её зовут Мила, и, строго говоря, мы пробыли в браке три дня.

— Непреодолимые разногласия? — спрашивает она.

— Нет, она переехала в «Giraffen-Gruppe» и там отпраздновала другую детскую свадьбу. Я всё ещё оплакиваю Милу и её сладкую пустышку (прим. переводчика: «Giraffen-Gruppe» — это творческая группа для детей хронически больных родителей для психологической поддержки).

— Ха, ха! — смеётся Прайс. — Очень смешно!

— Нет! Это было оскорбительно!

— Серьёзно, Скай!

— Отлично, иногда я просто не могу быть серьёзным. Но это хорошо. Извини! Я пристрастился к жизни с громкой хорошей музыкой, гитарой и тобой!

На самом очаровательном лице, которым я восхищаюсь, проступает ошеломляющее выражение хаоса. Радость. Недоверие. Восторженность. Скептицизм.

— Чтобы купить меня на эту ложь, тебе понадобится очень много сахарной ваты!

— Ты помнишь «Only know your lover when you’ve let her go. And you let her go»? (прим. переводчика: слова из песни «Let Her Go» исполнителя Passenger).

— Люк…

— Скай! — снова исправляю я и решаю, что расстояние до неё слишком велико. Под мысленным предлогом, что Прайс срочно понадобилось теплое одеяло, я беру её за руку и веду в гостиную. Где она, завернутая в одеяло, слушает нежные звуки именно этой песни.

— Я не понимаю, — признаётся Прайс, уныло качая головой.

— Поверь, я тоже! Хотя знаю, что ты имеешь в виду совершенно другое.

— Чертова усталость! — объясняет она и подавляет зевок.

Хоть я и не вижу в ней признаков недосыпа, но знаю, что он присутствует!

Поэтому нужно учитывать не только её здоровье, но и своё собственное.

Я выключаю верхний свет, зажигаю светодиодные деревья, которые расположены справа и слева на стенах комнаты, и ставлю расслабляющую музыку.