Чтение онлайн

— Ну, — сказал он, повернувшись к пассажирам, — вам, стало быть, дальше самим топать! Ваш лес уже рядом совсем. Бывайте здоровы!

Впереди простиралась широкая равнина, в конце которой виднелся их родной лес.

— Ну, дружок, мы почти дома! — Грелль шумно вдохнул прохладный воздух. — Силенки-то есть?

Гомза кивнул головой и, взяв Грелля за руку, пошел в сторону зеленеющего леса.

Глава 8. Сокровища предков

СОКРОВИЩА ПРЕДКОВ

Гомза лежал в кровати, натянув одеяло почти до подбородка. Он бросил взгляд в окно. Уже наверняка полдень, мама, скорее всего пошла навестить родственников.

Он обвел взглядом комнату. Надо же, он на все смотрит совсем другими глазами! Вот альбомы с открытками. Гомза протянул руку и взял верхний альбом из высокой стопки. Он безразлично пролистал страницы, в которых весело мелькали пестрые открытки. Детские забавы, нужно их подарить Шиме. Плакат Гнилого ореха'. Совсем недавно они были его кумирами. Теперь Гомза в этом был уже не уверен. Солдатики на подоконнике. Гомза резко встал с кровати и подошел к своей коллекции. Взял в руки фигурку пучеглазого ефрейтора с поднятой шашкой в руке.

'Ему предстоит бой с противником', - с уважением подумал мальчик и аккуратно поставил фигурку обратно.

Гомза подошел к висящему на стене зеркалу и внимательно посмотрел на свое отражение. Вроде бы то же самое лицо, разве что взгляд стал серьезней. А ему кажется, что ему не тринадцать лет, а лет сто.

Сокровища предков! Где их искать? Он побежал в кабинет. Заглянул в камин, поковырялся в золе, перелистал штук тридцать книг, осмотрел рабочий стол отца, простучал стены — ничего! Оставив кабинет в разгромленном виде, сердясь на себя за беспомощность, он полез на верхний ярус дуба, там, где они с отцом по вечерам сидели.

Телескоп грустно стоял без дела.

— Эх! Несладко тебе теперь! — обратился к нему Гомза. — Все про тебя забыли!

Он навел резкость и стал осматривать окрестности.

Роффи! Идет с мольбертом на плече в сторону гор. Он повернул телескоп в другую сторону. Центральная тропа. Локуста ругается с Шишелом.

'Ух ты! Видно даже подножье гор! — Он навел резкость сильнее.

Идет сгорбленный старичок с часами. Уронил шляпу. Смешной какой! Подошел к двери Тилиана. Стучит. Дверь открыли. Зашел.

Гомза перевел трубку телескопа чуть выше. Ой, а вон там, в окне Тилиан сидит в кабинете. Как хорошо видно! Что-то пишет на пергаменте. К нему зашел старичок, поставил часы на стол. Разговаривают.

— А-а-а, это он, наверное, жертвует в общественные фонды! — догадался Гомза.

От нечего делать Гомза стал разглядывать красивую статуэтку у Тилиана на столе. Воин с кривым мечом был настоящим произведением искусства.

'Да-а, — подумал мальчик, — это не мои солдатики. Погоди-ка, а что это делает Тилиан?

Старичок уже ушел, и Тилиан разбирал его часы. Странно, часы, похоже, старинные, вещь ценная. Тилиан с лупой пристально разглядывал внутренности часов, аккуратно вынимая одну деталь за другой. Затем он отложил часы в сторону и поднял к свету какой-то предмет, с интересом его рассматривая. Что это он там нашел? Гомза присмотрелся.

— Зеленый изумруд! Это же дар королевы!

Его бабушке тоже подарили такой. Этот дар давал ливнасам крепкую семью и процветание рода. Похоже, старичок не догадывался, что в его часах. Но откуда Тилиан узнал об этом?

Гомза стремглав побежал вниз, в кабинет отца. Тилиан просил пожертвовать нефритовую шкатулку отца, где же она? Наверняка в этой шкатулке тоже было что-то спрятано! Гомза решил обыскать весь дуб, начиная с чердака.

Когда он поднимался по лестнице на чердак, в дверь постучали. Гомза сразу понял, что это Тюса, только она одна не признавала колокольчиков и не жалела своих кулаков. Он вышел на улицу, прикрыв ладонью лицо от яркого солнца.

Тюса держала в руках высокий пузырек с ярко-розовой жидкостью.

— Малинесс де Пузырино решила выйти замуж за твоего ефрейтора, — важно сказала она и поставила пузырек на каменный край колодца. Тут Гомза увидел, что Тюса нарядила пузырек с сиропом как невесту — сверху болталась фата из носового платочка.

— Тюса, давай мы потом поиграем, мне нужно шкатулку найти, — он развернулся и пошел к двери.

— Эй, ты куда! Свадебная церемония будет недолго, а потом я тебе помогу, у меня сегодня выходной! Тащи сюда своего пучеглазого, — она села на край колодца и стала поправлять фату, бормоча своей принцессе ободряющие слова.

Гомза тяжело вздохнул, но покорно пошел в дом, понимая, что от Тюсы просто так не отделаешься.

Тюса поставила жениха с невестой рядышком, положила рядом с ними свидетелей — два сухих желудя и еловую шишку, которая была алтарем, и стала произносить торжественную речь. Это было так уморительно смешно, что скоро Гомза просто покатывался со смеху. Он схватился за живот и неосторожно взмахнул рукой, с ужасом заметя, что жених полетел на дно колодца.

— Ай-ай-ай! — заверещал он, облокотившись на край и всматриваясь в темный водяной круг, по которому пошли частые круги. — Мой ефрейтор, он утонул!

— Чего раскричался как бешеная лягушка, — проворчала Тюса, нежно прижимая к груди пузырек с сиропом. — Эх, Малинесс, — проворковала она невесте, — не расстраивайся, не ты первая, кого бросили у алтаря, — с этими словами она поставила пузырек в сухую траву и стала раздеваться.

— Ты чего, в колодец лезть собралась? — удивленно спросил Гомза. — Лучше не надо, Тюса, он такой глубокий, что даже представить страшно!

— А мне не страшно! — с вызовом заявила кикиморка, перелезая через край, — так и быть, достану этого негодяя, но свадьбы не будет, — сердито добавила она и нырнула в воду.

Гомза сел на каменный край и с напряжением стал всматриваться в колышущуюся воду. Надо же какая Тюса странная, для нее так важна какая то дурацкая свадьба, и ничего не стоит нырнуть в колодец, которого Гомза всегда до смерти боялся.

Вскоре на поверхности появилась мокрая голова Тюсы.

— Держи своего вояку, — сказала она, протягивая солдатика. — Там еще кое-что было, — продолжила кикиморка, сплевывая воду. — Если не ваше, я себе заберу.

В руках у Тюсы была обмотанная веревкой нефритовая шкатулка.