Тысяча и одна ночь
Шрифт:
И её брат, услышав эти стихи, заплакал горькими слезами и, повернув голову коня к сестре, ответил на её стихи, говоря:
«Постой, посмотри, явлю тебе я диковины,С врагами когда сражусь и их сокрушу в бою.И даже коль выедет начальник и лев средь них,Чьё сердце всех доблестней, кто крепче душой их всех.И вот напою его ударом я салабским,Оставлю я в нем копьё до ручки вонзившимся,И если не буду я, сестра, защищать тебя,Мне лучше убитым быть и птицам добычей стать.Сражусь за тебя в бою, насколько достанет сил,И после рассказ о нас заполнит немало книг».А окончив свои стихи, он сказал: «О сестрица, послушай, что я тебе скажу и что завещаю», и она ответила: «Слушаю и повинуюсь!» – а юноша молвил: «Если я погибну, не давай овладеть собою никому!» И тогда она стала бить себя по лицу и воскликнула: «Храни Аллах, о брат мой, чтобы я увидела тебя поверженным и позволила врагам овладеть мной!»
И тут юноша протянул к ней руку и поднял покрывало с её лица, и нам блеснул её образ, подобный солнцу, выглянувшему из-за облаков, и поцеловал её меж глаз, и попрощался с нею, а после этого он обернулся к нам и воскликнул: «О витязи, гости вы или хотите боя и сраженья? Если вы гости, то радуйтесь угощению, а если вы хотите блестящей луны, то пусть выходит ко мне из вас витязь за витязем в это поле за место сражения и боя!»
И тогда вышел к нему доблестный витязь, и юноша спросил его: «Как твоё имя и имя твоего отца? Клянусь, что я не убью того, чьё имя совпадёт с моим и чьего отца зовут так же, как моего! Если ты таков, то я отдам тебе девушку». И витязь сказал: «Моё имя Биляль» [199] , а юноша ответил ему, говоря:
«Ты лгал, сказав: „Меня зовут Бидялем“.Ты ложь привёл и явную нелепость.Коль ты разумен, слушай, что скажу я:«Бойцов свергаю я в широком полеКолющим, острым, месяцу подобным.Терпи удар того, для гор кто страшен!»199
Биляль – имя первого муэдзина в мусульманской общине. Это был абиссинский раб, объявивший себя сторонником Мухаммеда.
И они понеслись друг на друга, и юноша ударил врага копьём в грудь так, что зубцы вышли из его спины. А затем выехал к нему ещё один воин, и юноша произнёс:
«О гнусный пёс, всегда покрытый грязью,Как дорогого я сравню с дешёвым?Ведь тот лишь храбрый лев и славен родом,Кто на войне не думает о жизни».И юноша, не дав противнику срока, оставил его потонувшим в собственной крови. И потом юноша крикнул: «Есть ли противник?» – и к нему выехал ещё один боец и пустился на юношу, говоря:
«К тебе я бросился, огонь в душе моей,И от него зову друзей моих я в бой.Владык арабов ты сегодня перебил,Но выкупа себе в сей день ты не найдёшь».И, услышав его слова, юноша ответил, говоря:
«Ты лжёшь, о самый скверный из шайтанов!Обман и ложь изрёк ты этим словом!Сегодня встретишь храброго с копьём тыНа поле битвы и горячей сечи».И затем он ударил его в грудь, и зубцы копья показались из его спины, а потом юноша воскликнул: «Будет ли ещё противник?» – и к нему вышел четвёртый боец, и юноша спросил, как его имя. И когда витязь сказал: «Моё имя Хиляль» [200] , – юноша произнёс:
200
Хиляль – означает, молодой месяц, полумесяц.
И они понеслись друг на друга и обменялись двумя ударами, и удар юноши настиг витязя первый, и юноша убил его. И всякого, кто выезжал к нему, он убивал.
И когда я увидел, что мои товарищи перебиты, я сказал себе: «Если выйду к нему на бой, я с ним не справлюсь, а если убегу, я буду опозорен среди арабов». А юноша, не дав мне сроку, ринулся на меня и, потянув меня рукою, свалил меня с седла, и я упал, ошеломлённый, а он поднял меч и хотел отрубить мне голову, и я уцепился за полу его платья, а он понёс меня на руке, и я был у него в руках, точно воробей.
И когда девушка увидала это, она обрадовалась деяниям своего брата и, подойдя к нему, поцеловала его меж глаз, а он передал меня своей сестре и сказал ей: «Вот тебе, бери его и сделай хорошим его обиталище, так как он вступил к нам под начало!» И девушка схватила меня за ворот кольчуги и повела меня, как ведут собаку. Она развязала брату боевой панцирь и надела на него одежду, а потом она подставила ему скамеечку из слоновой кости, и он сел. «Да обелит Аллах твою честь и да сделает тебя защитой от превратностей», – сказала она юноше, а он ответил ей такими стихами:
«Сестра говорит, а в битве она видала,Как блещет мой лоб, подобный лучам блестящим:«Достоин был Аллаха ты, о витязь,Пред чьим копьём согбенны львы пустыни».И молвил я ей: «Спроси обо мне ты храбрых,Когда бегут разящие мечами.Известен я и счастием и силой,А разум ной вознёсся как высоко!Сразился ты со львом, Хаммад, жестокимИ видел смерть ползущей, как ехидна».Услышав его стихи, я впал в растерянность и взглянул на своё положение, к которому привёл меня плен, и душа моя стала для меня ничтожна. А потом я посмотрел на девушку, сестру юноши, и на её красоту и сказал себе: «Вот причина всей смуты!» И я подивился её прелести и пролил слезы и произнёс такие стихи:
«О друг мой, брось укоры и упрёки,Упрёки я оставлю без внимания.Я в девушку влюблён, едва явилась,Любить её меня зовёт уж призыв.А брат её в любви к ней соглядатай,Решимостью и мощью он владеет».И потом девушка принесла брату еду, и он позвал меня есть с ним, и я обрадовался и почувствовал себя в безопасности от смерти.
А когда брат её кончил есть, она принесла ему сосуд с вином, и юноша принялся за вино и пил, пока вино не заиграло у него в голове и лицо его не покраснело. И он обернулся ко мне и спросил: «Горе тебе, о Хаммад, знаешь ты меня или нет?» – «Клянусь твоей жизнью я стал лишь более несведущ!» – отвечал я, и он сказал: «О Хаммад, я Аббад ибн Тамим ибн Салаба. Поистине, Аллах подарил тебе твою душу и сохранил тебя для твоей свадьбы».
И он поднял за мою жизнь кубок вина, который я выпил, и поднял второй, и третий, и четвёртый, и я выпил их все, и он выпил со мною и взял с меня клятву, что я не обману его. И я дал ему тысячу пятьсот клятв, что никогда не стану его обманывать, но буду помощником.
И тогда он приказал своей сестре принести мне десять шёлковых одежд, и она принесла их и надела мне на тело, и вот одна из них надета на мне. И он велел ей привести верблюдицу из лучших верблюдиц, и девушка привела мне верблюдицу, нагруженную редкостями и припасами. И ещё он велел ей привести того рыжего коня, и она привела его. И юноша подарил мне все это, и я провёл у них три дня за едой и питьём, и то, что он мне дал, находится у меня до сего времени.
А через три дня он сказал мне: «О брат мой, о Хаммад, я хочу немного поспать и дать душе отдых, и я доверяю тебе свою жизнь. Если ты увидишь несущихся всадников, не пугайся их и знай, что они из племени Бену-Салаба и хотят со мной воевать». Потом он положил себе меч под голову вместо подушки и заснул.
И когда он погрузился в сон, Иблис нашептал мне убить его, и я быстро встал и, вытянув меч у него из-под головы, ударял его ударом, который отделил ему голову от тела. И сестра его узнала об этом и, подскочив со стороны палатки, кинулась на тело своего брата, разрывая надетую на ней одежду, и произнесла такие стихи: