Тысяча и одна ночь
Шрифт:
И она поглядела в яму и увидала, что волк плачет, раскаиваясь и печалясь о себе, и заплакала вместе с ним, и тогда волк поднял голову к лисице и спросил её: «Из жалости ли ко мне ты плачешь, о Абу-ль-Хосейн?» [203] – «Нет, клянусь тем, кто бросил тебя в эту яму, – ответила лисица. – Я плачу о том, что ты прожил долгую жизнь раньше этого, и печалюсь, что ты не упал в эту яму раньше сегодняшнего дня. И если бы ты упал в неё раньше, чем я с тобой встретилась, я была бы спокойна и отдыхала бы, но ты был пощажён до определённого срока и известного времени».
203
Абу-ль-Хосейн – буквально: «Отец маленькой крепости» – прозвище лисицы.
И волк сказал как бы шутя: «О поступающий дурно, пойди к моей матушке и расскажи ей, что со мною случилось. Может быть, она придумает, как меня освободить». Но лисица ответила: «Тебя погубила твоя сильная жадность и великая алчность. Ты упал в яму, из которой никогда не спасёшься. Разве не знаешь ты, о невежественный волк, что говорит сказавший ходячую поговорку: „Кто не думает о последствиях, тому судьба не друг и не в безопасности он от гибели“.
«О Абу-ль-Хосейн, – сказал волк, – ты проявил любовь ко мне и хотел моей дружбы, и боялся моей мощи и силы. Не храни на меня злобы за то, что я с тобой сделал: ведь кто властен и прощает, награда тому у Аллаха. И поэт сказал:
Досей же ты доброе, хоть места и нет ему.Напрасным добру не быть, куда б ни сажать его.Поистине, доброе, хоть долго растёт оно,Пожнёт только тот, кто сам посадил его».Но лиса сказала: «О глупейшее из животных, о дурак среди зверей пустыни, забыл ты, как ты притеснял меня и был горд и превозносился? Ты не соблюдал обязанностей дружбы и не внял словам поэта:
Не будь же обидчиком, коль властен и мощён ты,Ведь близко к обидчику граница возмездия.Коль дремлют глаза твои – обиженный бодрствует:Зовёт на тебя он месть, а око творца не спит».«О Абу-ль-Хосейн, – сказал волк, – не взыщи с меня За прежние грехи: прощенья ищут у благородных и содеяние добра – лучшее из сокровищ. Как прекрасны слова поэта:
Спеши сотворить добро, когда только властен ты,Не всякий ведь будешь миг на доброе властен ты».И волк продолжал унижаться перед лисицей и говорил ей: «Может быть, ты можешь чем-нибудь спасти меня от гибели?» Но лисица отвечала ему: «О глупый волк, обольщённый, коварный обманщик, не желай спасения – это воздаяние и месть за твои скверные поступки». И она смеялась, оскалив зубы, и произнесла такие два стихав «Не надо обманов больше, Желанного не достигнешь, Что хочешь ты – невозможно, Ты сеял – пожни же гибель».
И волк сказал: «О кроткая среди животных, я слишком доверяю тебе, чтобы ты оставила меня в этой яме». И он стал плакать и жаловаться и пролил из глаз слезы и произнёс такие два стиха:
«О ты, кто десницу мне не раз уж протягивал,О тот, чьих подарков ряд исчислить числом нельзя,Как только превратностью судьбы поражён я был,Всегда находил твою я руку в своей руке».«О глупый враг, – сказала лисица, – как ты дошёл до мольбы, смирения, унижения и покорности после гордости, заносчивости, несправедливости и притеснения? Я дружила с тобой, страшась твоей вражды, и льстила тебе, только желая от тебя милости, а теперь тебя поразило наказание и постигла тебя месть». И она произнесла такое двустишие:
«О ты, теперь стремящийся к обману,Как скверно думал ты, так и попался.Вкуси ж беду от горьких испытанийИ будь с волками вечно в одном стаде».«О кроткая, – взмолился волк, – не говори языком враждебных и не взирай их глазами. Будь верна обету дружбы со мною, пока не минует время встречи. Пойди и раздобудь мне верёвку и один край её привяжи к дереву, а другой край спусти ко мне, и я уцеплюсь за верёвку и, может быть, спасусь от того, что меня постигло. Я отдам тебе все сокровища, какими обладают мои руки». Но лисица сказала: «Ты уж много раз говорил о том, что не даст тебе спасения. Ты не получишь от меня ничего. Вспомни, какое зло ты совершал прежде и какие затаил обманы и козни. А теперь ты близок к тому, чтобы быть побитым камнями. Знай, что душа твоя покидает этот мир и оставляет его и уходит из него, а потом ты отправишься туда, где гибель и обитель зла, и плохое то будет жилище!»
«О Абу-ль-Хосейн, – сказал волк, – пусть возвратится наша дружба, и не упорствуй в ненависти и злобе. Знай: кто спас душу от гибели, тот оживил её, а кто оживил душу, тот как бы оживил всех людей. Не стремись к притеснению – мудрые запрещают это. И нет притеснения более явного, чем то, что я нахожусь в этой яме, глотаю горечь смерти и вижу гибель. Ты можешь освободить меня из сетей затруднения: будь же щедра, освободи меня и сделай мне добро».
«О жестокий и грубый, – сказала ему лисица, – я сравниваю твои хорошие слова и заявления с твоими дурными намерениями и поступками и уподобляю тебя соколу с куропаткой». – «А как это было?» – спросил волк.
И лисица сказала: «Однажды я вошла в виноградник, чтобы поесть винограду, и, будучи там, увидела сокола, который ринулся на куропатку, и когда он вцепился в куропатку и поймал её, куропатка вырвалась от него и, уйдя в своё гнездо, спряталась там. И сокол последовал за ней и крикнул ей: „О глупая, я увидал тебя голодную, и пожалел тебя и подобрал тебе зёрен в пустыне, и я для того схватил тебя, чтобы ты поела. А ты убежала от меня, и я вижу, что твоё бегство принесёт тебе только лишения. Покажись же, возьми зёрна, которые я тебе принёс, и поешь их на здоровье и на пользу“.
И, услышав речи сокола, куропатка поверила ему и вылетела, а сокол вонзил в неё когти и крепко захватил её ими.
И куропатка спросила: «Это и есть то, что ты, как говорил, принёс мне из пустыни? И ты ещё сказал: „Ешь на здоровье и на пользу!“ Ты солгал мне. Да сделает Аллах моё мясо, которое ты съешь, убийственным ядом в твоём животе». И когда сокол съел куропатку, у него попадали перья, и силы его ослабели, и он тотчас же умер.
Знай же, – продолжала лисица, – кто роет своему брату колодец, скоро сам упадёт в него. А ты обманул меня сначала».
И волк отвечал лисе: «Брось говорить такие слова и приводить поговорки, и не напоминай мне о скверных делах, которые я делал прежде. Довольно с меня и того дурного, что со мною случилось: я попал в такое место, что меня пожалеет и враг, а не только друг. Придумай же для меня хитрость, чтобы я выбрался отсюда, и окажи мне в этом помощь, а если это тебе трудно, то ведь друг выносит ради друга самый тяжёлый труд и подвергает опасности свою душу, чтобы спасти его от гибели. Говорится же: заботливый друг лучше единоутробного брата. И если ты найдёшь средство спасти меня и я спасусь, право, я соберу для тебя припасы, которые будут тебе защитою, а потом я научу тебя диковинным хитростям, которыми ты откроешь себе изобильные виноградники и сорвёшь плоды плодоносных деревьев. Успокой же душу и прохлади глаза!»
Но лисица сказала ему, смеясь: «Как хорошо, что мудрецы предупредили о таких глупых, подобных тебе!» И волк спросил: «А что же сказали мудрецы?»
И лисица ответила: «Мудрецы говорят, что у кого грубое тело и грубая натура, тот далёк от разума и близок к невежеству. А что до твоих слов, о самообольщенный, коварный и грубый, что друг переносит затруднения, чтобы выручить друга, то они правильны, как ты и сказал. Но они показали мне, что ты невежествен и малоумен: как я могу быть тебе другом, когда ты меня обманывал? Разве ты считал меня другом, когда я была твоим злорадным врагом? Эти слова страшнее удара стрелой, если ты поразмыслишь. А что касается твоих слов о том, что ты дашь мне припасы, которые будут мне защитой, и научишь меня хитростям, которые приведут меня в плодородные виноградники и помогут мне оборвать плодоносные деревья, то почему, о вероломный обманщик, ты не придумаешь для себя хитрость, чтобы избавиться от гибели?