Чтение онлайн

— Что он рассказывал? Он говорил, кто за ним следил? Это были англичане? — нетерпеливо я заваливал вопросами Мудреца.

— Он ничего конкретного не говорил! Однако, уходя, он оставил мне письмо, напечатанное на своей машинке, точно такое же, как и те, которыми мы обменивались долгие годы. Тогда я должен был понять, что он приезжал попрощаться, а я сразу этого не понял…

— Что было в письме? — спросил я.

— Когда он уехал, я развернул письмо. В нем он рассказал о том, о чем мы никогда не общались, о своей жене, от которой он ушел, о сыне и о тебе… — сказал Мудрец, глядя на меня.

— Обо мне? — слегка удивленно спросил я. Но надо признаться, что после находки спрятанных моих фотографий я был уже не настолько удивлен.

— Так вот я здесь, чтобы исполнить его просьбу, и, видимо, время уже пришло. Все, как он и писал… — произнес Мудрец, после чего засунул руку в карман серых джинс.

Вытащив из кармана зажатую в кулак руку, он протянул ее ко мне. Перевернув кулак, он разжал его, и на ладони лежал маленький деревянный в ручную раскрашенный деревянный кубик.

— Я знаю что это! — воскликнул я, схватив в руку кубик и начав вертеть в руках и осматривать.

— Что это? Похоже на кубик-рубика, — спросил Иваныч.

— Это он и есть! Только вместо цветов на каждом маленьком квадратике изображена часть большой картинки, которая появляется, если правильно его собрать. Это и пазл и кубик-рубика одновременно, отчего он еще сложнее, как мне кажется, — ответил я, начав вращать грани кубика.

— Ты уже видел такие? — спросил Иваныч.

Мудрец сидел и не влезал в расспросы Иваныча, а лишь внимательно наблюдал за мной.

— Мне такие на день рождения в детстве дарила бабушка… хотя, возможно, и не от нее они были, — произнес я, остановившись на секунду. — Прикол этого кубика — это то, что когда ты его правильно соберёшь, он откроется, и внутри него что-нибудь лежит. В детстве это были конфеты…, - добавил я, продолжив собирать кубик.

— Ладно, чай уже закончился, да и мне пора идти, — произнес Мудрец, поднявшись со стула.

— А ты не хочешь дождаться, пока я его соберу? Неинтересно, что там внутри? — спросил я, продолжая крутить грани кубика.

— Извини, я выполнил просьбу старого друга, но то, что он тебе передал, это ваше личное, и меня не касается, иначе он бы мне об этом сказал, — ответил Мудрец, направляясь в прихожую.

Одев куртку, он еще раз посмотрел на меня и произнес:

— Я думаю, мы скоро еще увидимся. Постарайся не умереть, — улыбнувшись, произнес Мудрец, после чего вышел из квартиры и медленно начал спускаться по лестнице.

Я закрыв дверь, побежал быстрее к окну. Простояв несколько минут, я так и не увидел выходившего Мудреца.

— Он, наверное, ушел в свой карман… — небрежно произнес Иваныч, убрав кружку Мудреца в мойку.

Спустя несколько минут, стоя возле окна, кубик был, наконец-то, собран, и прозвучал знакомый с детства щелчок. Одна из граней немного отошла от других, и, схватившись за нее, я принялся ее откручивать. Открутив грань, я заглянул вовнутрь кубика. В специальном круглом отсеке в середине кубика лежал серебряный перстень с огромным инкрустированным зеленым камнем.

— Твою ж мать! — от удивления вырвалось у меня изо рта. Я, аккуратно взяв его, медленно достал, продемонстрировав его Иванычу.

— Это то, что я думаю? — спросил Иваныч.

— Я не уверен, но могу предположить, что это то самое кольцо Мерлина, — произнес я, разглядывая кольцо, приблизив его к себе. — По всему кольцу выгравированы различные символы, похожие на руны. Такие же руны были на сундуке, который из озера в кармане достал Добровольский. Так что это точно либо кольцо Мерлина, либо его подделка. Может, я его надену да проверим? — с интересом спросил я, глядя на кольцо, которое так и манило меня одеть его.

— Погоди! Если это, и правда, кольцо Мерлина, то мы не знаем, какие могут быть последствия, если ты его оденешь. Вдруг оно как-то защищено, и, надев его, ты умрешь? Прежде чем спешить с этим, надо разобраться во всем, — произнес Иваныч, смотря на кольцо в моих руках.

— Боюсь, у нас нет времени разбираться. Тем более Миллер может догадаться, что я знаю о кольце и попытаться забрать его… — произнес я и, сжав кольцо в кулак, поспешил его убрать в карман.

— Как он догадается о кольце?

— А как Добровольский нашел сундук кольца под толщей воды? Я думаю, что Миллер тем более почувствует, что я соприкасался с кольцом.

— Тогда тем более если ты его возьмешь с собой, то он точно его почувствует! Как ты сам сказал, сделал Добровольский. Спрячь кольцо обратно в карман! — произнес Иваныч.

— Не буду, дед не просто так его передал мне. Он хотел, чтоб оно было у меня, и я им воспользовался, когда разобрался, иначе он бы мог просто отдать его тебе или Мудрецу, или в конце концов Морозову. Я не буду убегать…, - твердо произнес я и направился в прихожую.

— Погоди, давай, может, сообщим Морозову? Миллер тебя просто убьет! — вставая у меня на пути, пытаясь остановить, произнес Иваныч.

— Прости, но нет. Он сказал, чтобы я приходил один, а значит и звать подкрепление будет опасно. Он может убить Алину… я не буду рисковать ее жизнью и выполню все, что он сказал…

— Я видел адрес! Я пойду за тобой, и все сорвется, он не придёт! — произнес Иваныч, встав у входной двери, упираясь руками в стены, преграждая мне проход.

— Иваныч, если ты так сделаешь, он убьет Алину, но все равно придёт за мной… ты добьешься бессмысленной смерти человека, но никак не поможешь мне. Плюс, если так случится, ты меня сильно настроишь против тебя, оно тебе надо? — спросил я, надевая куртку, стоя в прихожей.

— И что ты прикажешь мне делать? Я не могу позволить тебе пойти туда, это чистой воды ловушка! — беспомощно произнёс Иваныч.

— Я знаю, но выбора особо нет, а самое главное нет и времени. Если вдруг что случится, позаботься о моей маме. Вот все, что у меня осталось, — произнес я, и, достав из кармана свернутые последние деньги, я положил их в руку Иванычу. — А теперь пропусти меня, — сказал я, попытавшись отодвинуть рукой Иваныча от входа.

Старик, склонив голову и, видимо, осознав, что ему меня не остановить, отошел в сторону, освободив проход.

— Постарайся выжить! И помни все то, чему я и остальные успели тебя научить, — произнес Иваныч, с грустью похлопав меня по плечу.

Я обнял Иваныча и почувствовал, как капли его слез упали мне на шею и стекли на плечо.

Ничего не сказав, лишь кивнув головой, я открыл дверь и вышел в подъезд дома, закрыв за собой дверь.

Спустившись на первый этаж и уже подойдя к подъездной двери, я остановился. В голове пробежали тысячи мыслей. Большая часть из них была об Алине и маме. Остальные лишь оценивали в разной степени мои шансы пережить этот день. Одна мысль зацепила мой разум.