Чтение онлайн

За дверью были люди Добровольского, и они пойдут за мной. Чтобы не нарушить условия Миллера, мне, прежде чем отправиться на встречу, еще нужно будет скинуть хвост.

План в голову не приходил, поэтому я решил действовать по ситуации. Выдохнув, я нажал кнопку на панели, и дверь подъезда, сопровождаемая противным писком, открылась, и я что было сил выбежал и направился наутек от своих надзирателей.

«…По вашему приказанию Петр Осипов был изловлен. Обследовав карман, мной лично было обнаружено место захоронения кольца. Однако, вскрыв его, самого кольца не было обнаружено.

После пыток Осипов так и не признался, где кольцо. В настоящий момент Осипов еще жив. Жду от Вас дальнейших указаний!

С уважением,

Джеймс Дэвис»

Отрывок письма Томасу Миллеру

Оторвавшись от преследования людей Добровольского, я прибыл на место встречи с Миллером на десять минут раньше.

Гуляя по территории заброшенного складского комплекса, я забрел в недостроенный и давно забытый складской ангар. Высотой ангар был этажа в три, зайдя внутрь через большой проем, где планировались, видимо, ворота, я оглядел здание изнутри. Крыша была, стены тоже успели возвести, перед тем как забросить, оттого внутри было не сильно ветряно и не так мокро после прошедшего ночью очередного дождя.

Под самой крышей был ряд небольших окон, стекло в которых было уже давно выбито, но они помогали литься солнечному свету вовнутрь, делая помещение не таким темным.

Вдали я заметил, что был возведен пол второго этажа. Видимо, там планировались какие-то служебные помещения для персонала, но кроме пола и лестницы на второй этаж там ничего не было, словно сцена для выступления, находившаяся на возвышенности.

В самом помещении ничего не было даже остатков стройматериалов. Видимо, они были уже давно разворованы. Однако все же внутри кое-что было — это мусор. Пустые бутылки, пачки от чипсов и прочего, кое-где были горы шелухи от семечек и чешуя вяленой рыбы. Видимо, тут часто собирались любители выпить на свежем воздухе.

Подняв глаза на стены, я заметил, что и художники тут тоже часто бывали. Огромные стены склада послужили холстами для изображений современного искусства, которыми они были украшены. В основном это были надписи порой оскорбительного характера, за исключением одного небольшого рисунка котенка, гуляющего по зеленой траве, изображенного на стене по левую сторону от меня ближе к той самой сцене, которая была вдали.

Медленно двигаясь вперед, я рассматривал рисунок и не заметил, как на той самой сцене сверху появилось несколько человек, не подававших признаков присутствия, наблюдая за мной.

Краем глаза я, наконец-то, заметил чье-то присутствие. Резко повернувшись, я заметил, что впереди практически у края второго этажа стоял мужчина в сером смокинге, держа руки в карманах и пристально смотря на меня. На вид ему было лет сорок, взгляд суровый и вкрадчивый. Лицо не выражало никаких эмоций. Черные волосы были элегантно уложены, и они почему-то показались мне самым выразительным на его голове, и казалось, что это какой-то либо политик, либо очень серьезный предприниматель.

Переведя взгляд немного в сторону, мое сердце замерло. Позади серьезного мужчины стоял Скот, удерживающий Алину, у которой был завязан платком рот и связаны крепкими веревками руки перед собой. Скот придерживал ее своим пылающим клинком, удерживая его у лица Алины так близко, что еще сантиметр и пламя клинка спалит ей брови и подожжет волосы на голове.

Алина с трудом стояла на ногах, словно была накачана какими-то препаратами, которые ей явно не давали собраться и ясно мыслить.

Внезапно строгий мужчина прервал молчание:

— Не узнаешь меня, Андрей?

Голос мужчины прозвучал хоть и с акцентом, как и у остальных английских хранителей, но ничего примечательного знакомого в его нотках я не услышал.

— С трудом. Я думал, я встречусь здесь с Миллером. А пока вижу Скота, — посмотрев на него, произнес я и слегка кивнул головой, после чего продолжил, — и какого-то хрена в костюме. Тут, кажется, не планировался королевский бал, не понимаю, к чему так официально вырядился.

— Миллер перед тобой, — произнес мужчина, и я едва заметил, как уголок его рта дернулся, превратившись в мимолетную ухмылку.

— В этот раз, я смотрю, вы не скрываете свое лицо?

— Уже в этом нет необходимости, наше присутствие в этой стране уже не является тайным, — произнес Миллер.

Через мгновение в руке Миллера появился клинок, окруженный черным облаком. Увидев его, мои глаза округлились. Я хотел было отвести от него взгляд, но было уже поздно, я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой и не мог уже отвернуть голову. Попытавшись разозлиться и призвать клинок, мои попытки тоже оказались тщетными. Гнев словно отказывался собираться, я чувствовал себя самой настоящей безэмоциональной статуей.

— Чего замер как вкопанный? — спросил Миллер, и вновь лишь край губы вздернулся наверх на мгновение и тут же опустился.

— Он, кажется, занят и не может ответить, — с полноценной ухмылкой ответил Скот.

— Клинок страха — очень интересная вещь! Такие клинки одновременно могут существовать только в единичном экземпляре. Это значит, что следующий появится только после моей смерти, точно также, как и клинок, вытягивающий жизненные силы, — присев на край плиты пола второго этажа на уровне моих глаз и пристально смотря, произнес Миллер. — Интересный у вас друг. Я хотел бы владеть таким клинком, но судьба уготовила для меня этот. Он тоже не плох, разве что не продляет жизнь, — произнес Миллер, крутя в руках свой клинок.

Гнев, скованный внутри меня, начинал кипеть и, словно вулкан, начал по капле извергаться, немного разжав оковы страха, нагнанные клинком Миллера.

— Отпусти Алину! — сквозь зубы с трудом смог прошептать я.

— Девчонка? — спросил Миллер, оглянувшись на Алину. — Я уже про нее и забыл. Нравится, да? Можешь не отвечать, по глазам вижу, что нравится. Если будешь вести себя хорошо, то она останется живой.

— Что ты хочешь? — сквозь зубы спросил я.

— Так сразу к делу? Я слышал, что вы русские любите сначала поговорить, — произнес Миллер, после чего, ожидая от меня ответа, замолчал. Он, не дождавшись его, продолжил, — я все-таки позволю себе взять на себя смелость, прежде чем озвучить ответ на твой вопрос, немного просвятить тебя. Я заметил, что хранители в этом корпусе весьма малообразованы с точки зрения изучения истории хранителей, древних легенд, личности Мерлина и прочего.

— Невежды! — выкрикнул Скот.

— Не будь столь строгим, но в его словах есть истина. Я против, чтобы ключи находились за пределами Англии и потомков первого хранителя. Но ситуация есть, какая есть, чтобы исправить ее, нужно время. Однако беря во внимание вашу малую осведомленность, хочу вам рассказать одну из легенд о Мерлине. Вы не против? — вновь мимолетно улыбнувшись, спросил Миллер.

— По глазам вижу тягу к знаниям! Так вот, когда-то существовало королевство Уэльс во времена здравствования Мерлина. И был у того королевства и король, и замок его. Под тем замком жили два дракона и мирно жили, старались не встречаться с людьми. Говорят, что сам Мерлин у них обучался колдовству и магии. И вот однажды обратился с приказом король к Мерлину. Говорил он, что драконы, что под замком живут уж слишком распоясались и устраивают непонятно что в своих подземных пещерах, аж пол в замке дрожит как при землетрясении и мешает проводить светские вечера, и танцы прекрасных девиц портит та дрожь. Приказал король успокоить тех драконов любым способом. Мерлин посетовал, что драконы особые создания и нельзя их просто так заставить подчиняться приказам даже королю Уэльса. Но король не хотел слушать Мерлина и был не преклонен в своем приказе. Делать было нечего и Мерлин отправился в пещеры, чьи обитатели другом его считали. Неизвестно, как удалось Мерлину, но пол в замке больше не дрожал, но и драконов никто больше не видел и не слышал. После чего и Мерлин был грустен оставшуюся жизнь…, - промолвил Миллер, после чего замолчал.

Я, собравшись с силами и призвав весь свой гнев, смог слегка повернуть головой и посмотреть на Миллера:

— Убил, получается, Мерлин драконов?

Миллер промолчал, лишь поднялся с края плиты и прошелся мимо Скота и Алины к боковой стене здания.

Скот сильнее прижал свой клинок к шее Алины, и под обжигающим пламенем клинка сквозь свое помутненное состояние Алина, словно на мгновение придя в себя, закричала от боли.

Услышав крики Алины, кровь во мне стала бурлить, и я почувствовал, как мои руки освобождались от оков страха. Я не спешил демонстрировать это Миллеру и Скоту. Продолжая высвобождать свой гнев, я чувствовал, как вены заполнялись силой и даже начали гореть от нее. С трудом сдерживаясь, чтобы не призвать клинок, я ждал, ждал, когда силы наберется достаточно, и я смогу провести хотя бы одну атаку в Миллера.