Чтение онлайн

В один из дней, когда его снова гнали прочь другие дети, Катанаши случайно забежал в кузницу к отцу. Он был напуган, ярко-фиолетовые глаза были огромными, а зрачки расширились до такой степени, что казалось, будто они вот-вот лопнут. Увидев своего сына в таком состоянии, Судзу сразу же бросил свою работу и, посадив его за стол, спросил:

– Что случилось сынок? Тебя снова пытались побить и прогоняли? Или ты снова попытался поиграть с чужим псом, а он сорвался и попытался тебя укусить?

Чуть отдышавшись, Катанаши спрятал от отца лицо, чтобы тот не увидел, как он плачет и сквозь слёзы начала говорить:

– Почему отец? Почему они все так со мной поступают? Я ведь никогда не причинял боли ни кому из них, никогда не говорил ни кому не единого плохого слова, не обманывал, и не старался быть с теми, кто обижает слабых. Так почему же они так поступают со мной? Почему они не хотят дружить со мной? Ну или хотя бы почему они просто не оставят меня в покое? Я не понимаю, что со мной не так. Отец, я что проклят? Или я монстр какой-нибудь, чтобы меня так все боялись и ненавидели? – спросил Катанаши, вытирая слёзы рукавом своего кимано.

– Ты другой Катанаши. И это правда. Ты не такой как все остальные. Ты особенный, – возвращаясь к работе, ответил ему Судзу. – Они не понимают этого. Но поверь, когда все поймут, какой ты особенный, то сами захотят с тобой дружить и у тебя появится очень много друзей. Но запомни мои слова: не все станут тебе настоящими друзьями. Кто-то может попытаться просто воспользоваться тобой. Постарайся научиться распознавать намеренья людей по отношению к тебе, научись читать их чувства и желания, и тогда у тебя появятся по-настоящему верные и преданные тебе друзья.

– Но когда отец? Когда настанет это время? – попытался выпытать у отца Катанаши.

– Ты сам почувствуешь, когда ты станешь готов, – с улыбкой ответил Судзу.

Успокоившись, Катанаши уже был готов отправиться домой, как вдруг увидел, что его отец над чем-то усердно корпит и пытается что-то согнуть, выкрикивая разные ругательства и проклиная богов, кто это придумал. Рассмеявшись над увиденным, Катанаши уже в более весёлом расположении духа, решил всё-таки подойти и посмотреть над чем с таким усердием трудиться его отец.

– Почему ты ещё не идёшь домой? – с удивление спросил Судзу у сына.

– Мне просто стало интересно. Над чем ты тут так усердно трудишься? – еле сдержав улыбку, спросил Катанаши.

– Вот смотри, только ни кому не говори, – потребовал Судзу у сына, и протянул ему на встречу руку, в ладони которой лежал маленький крючок, а форма его очертаний чем-то напоминало бабочку.

– Это особый крючок для рыбалки. Меня попросил сделать что-то подобное сам господин Юнрай – один из старейшин нашей деревни. В свободное от управленческих дел время господин Юнрай любит порыбачить, а его крючок сломался. Поэтому он и попросил меня сделать новый.

– Но я думал, что ты можешь делать только грубый инструмент, – с удивлением сказал Катанаши и посмотрел на своего отца в новом свете.

– Я уже давно в кузнечном деле сынок. А твой дед научил меня маленьким хитростям кузнечного мастерства. Так что из металла я могу сотворить что угодно. Мы вместе сумели выковать даже сильнейший и прочный меч, который мне перешёл в наследство, – сказал Судзу.

Катанаши слушал своего отца очень внимательно и с неподдельным интересом. Он и не заметил, как на улице стемнело, и ему срочно нужно было бежать домой.

– Тебе пора идти, а то мама будет волноваться. Я кое-что доделаю и тоже скоро вернусь.

***

Катанаши шёл домой, не замечая никого и ничего вокруг себя. Он думал над словами отца. А когда вернулся домой, и сел ужинать, расспросил Азуми о её отце. Азуми могла говорить об отце бесконечно долго, так как она его очень любила и восхищалась им. Хоть он не был одним из старейшин их деревни, его всё равно все любили и очень уважали. Он трудился не покладая рук, чтобы в деревне жизнь не стояла на месте.

Свеча на столе медленно догорала, а Азуми продолжала свой рассказ. Катанаши снова плакал, но уже не от боли или обиды на кого-то из жителей своей деревни, а от гордости. Гордости за семью, в которой ему посчастливилось родиться. Рассказ его мамы смог прервать лишь стук в дверь, который означал возвращение Судзу из кузницы.

– Здравствуй любимый. Почему сегодня ты так задержался? – спросила Азуми. – Обычно ты возвращаешься даже задолго до ужина, чтобы поупражняться с мечом и поиграть для меня на флейте.

– Прости Азуми. Мне нужно было кое-что доделать. Это дело не требовало отлагательств.

– Что это за дело? – спросили в один голос Азуми и Катанаши.

Судзу рассмеялся, держась за живот обеими руками, и смог заговорить лишь тогда, когда уже полностью закончил смеяться.

– Вы что и правда забыли, какой день будет послезавтра!?

Азуми и Катанаши не понимали, о каком очень важном дне говорил Судзу.

– Послезавтра твой четвёртый день рождения моя самая большая гордость, – сказал Судзу, глядя на сына.

– Я готовил подарок для тебя и сегодня ты чуть-чуть не застал меня врасплох.

Если бы ты не ушёл домой, то я бы возможно остался бы в кузнице на всю ночь, но ты уважаешь чувства своей мамы и поэтому я всё успел вовремя.

– Это и стало причиной моего опоздания. Прости, что заставил тебя волноваться Азуми, я постараюсь, чтобы такое больше не повторялось.

– Всё хорошо Судзу. Зная причину твоего позднего возвращения домой, я могу снова спокойно накрывать на стол, ведь Катанаши толком и не поел, да и ты потратил в кузнице много сил.

– Спасибо мама, но я не голоден. С вашего разрешения, я лучше пойду спать. Сегодня я очень многое узнал и перед сном бы хотел всё ещё раз хорошо обдумать. Доброй ночи папа и мама, – сказал Катанаши и, поклонившись, вышел из-за стола и отправился в свою комнату.

Оставшись наедине, Азуми решила спросить у Судзу, что он приготовил для их сына на его праздник. Судзу уклонился от прямого ответа, а лишь улыбнулся и сказал:

– Если наш сын примет мой дар, то ты будешь горда им как никогда раньше. И это сможет полностью изменить его судьбу.