Чтение онлайн

«Что, черт возьми, я сделала? – недоумевала Пиппа. – За что Рена на меня взъелась?»

Должно быть, она произнесла последние слова вслух, потому что Рена резко остановилась, дернув ее за рукав и почти крича:

– Ах ты, змея! Все прекрасно подстроила, да? Нарядилась…

– Рена, ты в своем уме! Я решительно не понимаю, о чем речь!

– Ах, ты не понимаешь!

– Нет, если, конечно, ты не о…

– Вот именно! Радостное событие, верно? Как минимум, для тебя!

– Рена, ты преувеличиваешь, я понятия не имела, что Травка…

– А она взяла да и отелилась, да? И ты замечательно справилась с ролью ветеринара и… и… – Рена вся дрожала.

– Я думала, вы обрадуетесь, что кто-то оказался рядом, – инстинктивно оправдывалась Пиппа. – В конце концов, телята тоже являются собственностью фермы и стоят денег.

– Брось! – Рена лишь раздраженно отмахнулась в ответ. – Конечно, увидя тебя, любой решил бы, что ты беспокоилась о нашем благосостоянии.

– Но ведь так и было!

И тут Пиппа все поняла… она поставила себя на место Рены, и картина быстро прояснилась. По мнению ее троюродной сестры, она, Пиппа, если пользоваться выражением Домрея, оттеснила Рену в глубину сцены. Рена хотела сыграть главную роль в трогательной пьесе о маленьком несчастном мальчике и его заботливой тете, а теперь эта наглая выскочка, эта противная англичанка затмевает ее сценой с двумя – доктор Берт, безусловно, в восторге – двумя телятами! И таким образом оказывается на первом плане.

Пиппа так ярко представила себе всю абсурдность ситуации, что не смогла сдержать бурный хохот.

– Рена, это же нелепо! О какой красоте можно говорить, когда человек в три погибели согнулся около коровы? Неужели ты думаешь, что доктор Берт…

– Доктор Берт? При чем здесь доктор Берт? – Довольно долго Рена бестолково хлопала длинными ресницами, явно ничего не понимая. Постепенно ее мысли приняли правильное направление, и она сказала: – Я не об этом, я о твоем несносном всезнайстве. Домрею очень понравится твоя расторопность. Он любит находчивых людей.

– Естественно, он ведь настоящий хозяин.

– А ты хозяйка, да?

– Такая же, как медсестра. По-моему, ты попала в собственные сети. Приписываешь мне качества, которыми я отродясь не обладала, и сама же злишься. Рена, я тебя совершенно не понимаю.

– А здесь и нечего понимать! – грубо крикнула та.

– А мне кажется, есть, – не отступала Пиппа. – Выходит, я не только должна избегать Глена Берта, чтобы не расстраивать ваше величество, но и сторониться мистера Харди.

– Ничего подобного я не говорила. Я… я…

– Ты только что обвинила меня, что я ему помогаю, а не ты ли совсем недавно…

– Опять ты ничего не поняла! Харди я просто ненавижу! У тебя слишком богатое воображение, вот и рисуешь себе всякую чушь. Не зря твой отец был поэтом.

– В отца у нас пошел Дэйви. А кстати, где он? Мистер Берт уже осмотрел его?

– Не успел. Собирался, а тут у отца случился приступ.

– Сильный?

– Да нет. Небольшое ухудшение. Он опять в постели и проведет там денек-другой. Уверена, это расплата за то, что слишком рано встал на ноги, видите ли, и так долго отдыхал! Все ему денег мало! Он неисправим! – Презрительно хмыкнув, Рена без всякой паузы переключилась на Дэйви: – Он где-то здесь.

– Хорошо. Чем тебе помочь? – Пиппа вспомнила, что у Рены что-то срочное.

– Ничем.

Такого ответа Пиппа не ожидала. Рена оторвала ее от важного дела, прикрываясь еще более важным, а выходит, она здесь не нужна! Эдак сестрица и ее заставит плясать под свою дудку! Пиппа гневно обернулась к Репе, полная решимости потребовать четкого ответа, для чего та ее сюда притащила, но, увидев ее лицо, моментально остыла.

Алые губы скорбно сжались в узкую полоску, а глаза странно поблескивали, будто вот-вот наполнятся слезами.

– Рена, что случилось?

– Ах, оставь меня! Уходи! Уходи!

Что ей оставалось делать? И Пиппа ушла. Бесцельно бредя по саду, она вспоминала удивительные события минувшего дня и улыбалась. Ей очень хотелось поделиться с кем-нибудь переполнявшей ее радостью, и девушка повернула к дому.

У дяди было заперто, видимо, старик отдыхал, а жаль. Он-то уж точно будет в восторге, услышав о Травке и ее приплоде, даже если его радость и вызвана предвкушением долларов и центов, которые он получит за телят. Что для него чудо рождения, когда на горизонте маячит миллион!

Тогда Дэйви? Действительно, где же он? Пиппа обошла все его любимые укромные местечки, сад, конюшни – ни следа. Ах да, посадки, а за ними дом его «лучшего друга». Как она не догадалась раньше? Не далее как утром, когда она одевала брата в новенькие чистые брюки и сапожки, мальчик с гордостью произнес: «Крэг Крэг – мой лучший друг».

Перебегая поле и углубляясь в прохладную душистую тень сосен, девушка еще не осознавала, что беспокоиться абсолютно не о чем. Мальчик прекрасно выучил дорогу и не заблудится даже ночью.

И правда, куда она летит сломя голову? Пиппа резко остановилась, переводя дыхание. Из-за Дэйви или… или просто потому, что Крэг – единственный живой человек в округе, который… нет, конечно же нет!

Она заставила себя повернуться и зашагала прочь. Однако, не пройдя и десяти метров, услышала позади себя голос. Остановилась, обернулась. Крэг Крэг стоял совсем рядом, лениво облокотившись на дерево и бесцеремонно разглядывая ее точеную фигурку.

– Мальчишки здесь нет, если, конечно, ты за ним пришла. – Мужчина медленно переступил с ноги на ногу. – С другой стороны, если ты ко мне… – огромная несуразная шляпа, совершенно бесполезная в прохладном климате Томбонды, поползла вверх, обнажая широкий лоб, и из-под полей весело сверкнули лукавые глаза, – если ты ко мне, то я всегда к твоим услугам.

– Я… я искала Дэйви.

– Так он в коровнике. – Из глубоких недр кармана появилась знакомая трубка, и мужчина больше не смотрел на Пиппу. – Мы услышали новость, и Дэйви побежал к тебе. Я пошел было с ним, но разве старина Крэг в силах тягаться с маленькими телятами, да сразу двумя. Я мигом отошел на второй план и не обижаюсь. Твой брат прав: чудо рождения – превыше всего. Надо же – двойня! Поздравляю!

– Поздравлять надо не меня, а Травку.

– Ее я уже поздравил, и они с мистером Харди шепнули мне, что ты сыграла не последнюю роль. Молодец, девочка, прекрасная работа!

Красная от волнения и удовольствия, Пиппа мечтательно пробормотала:

– Мне выпала небывалая честь присутствовать при рождении Лютика и Лилии.

– Хорошие имена, – одобрил Крэг. – Ты не только хороший ветеринар, но еще и большая выдумщица. Я, пожалуй, обращусь к тебе за советом, когда моя Ромашка надумает осчастливить меня потомством.

– И у вас грядут веселые времена?

– Не здесь, в «Падающей Звезде», а раз так, малютка станет менее изящным. Там мы преследуем иные цели – мускулы на первом месте, красота на втором.