Чтение онлайн

– Понятно.

Ньон словно расступался перед принцем Рашингавой. Он и его свита вошли в Цитадель и направились по пятой улице, направо, к дворцу Точки Соглашения.

– А как тебе она сама? – не выдержал Рицка. – О чём говорит, чем занимается в свободное время?

– Ох, она… – Луна тяжело вздохнула, прежде чем начать говорить, – довольно смелая девушка. Она может говорить кому угодно и что угодно. Левенхэму не очень нравится её чувство юмора, но он её ценит. Не только за то, что она в него не влюбилась, но и вообще. Однако она совсем не устаёт ни от какой работы. И, при этом, у неё кожа на пальцах чуть ли не лопается, если она что-то старается делать, как следует. Сейчас, когда я рядом, она делает меньше тяжёлой работы. Цинния Мария очень любит дом Левенхэма. У неё со всеми потрясающе хорошие отношения. Мне кажется, ей важно, что её одобряют окружающие. Те, кто живёт похожей жизнью. Мы пришли.

– Да. Подождёшь меня в зале для сопровождающих? Мы не договорили.

– Конечно.

Рицка спустился в подвальную галерею вместе с Нинио, оставил его ждать, и, лестницами и коридорами, пошёл вглубь, под Сердце Цитадели. Членам принсипата предписывалось встречаться в предназначенной для этого башне дворца Точки Соглашения и решать все вопросы с наследником императора, Уайт-принцем. Но оба Бесцейна, и император, и его старший законный сын, не должны были появляться в кругу принцев одновременно без пары десятков свидетелей. Такова подтверждённая форма. Но терпение Рашингавы выгорело. Потому Эрика сменил его двойник, а сам он тайными ходами спустился в подземелье, соединённое с коридорами под Точкой Соглашения.

Принцы-крылатые поглядывали на Рашингаву неприязненно.

В подземелье даже не было стульев. Просто комната, выточенная в слое пород.

– Ну что же? – спросил Эрик Бесцейн, войдя в сопровождении сына.

– Сапфира и Лайта ещё нет, – коротко ответили императору после дежурного поклона.

– Мы здесь, – появился тут же ясновидящий, древнейший из древнейших крылатых, и, как считало большинство – старейший из ныне живущих. Вид у него непривычно высокомерный. Принц Лайт, в отличие от своего принца-отца, выглядел нормально, разве что остался стоять почти у входа.

– Сапфир, ты пьян, что ли? – вдруг проявил свою редкую проницательность император.

– Немного. Мы тут с моими мальчиками отмечали развод.

– Кого это?

– Моего внука… нет, правнука… а, не важно. Графа Эшберна, Тони.

– Он разводится с леди Чайной Циан? – уточнил Бесцейн слегка недоверчиво.

– Разрывает контракт, – уточнил Сапфир. Затем покачнулся, хмыкнул, и распространил специфический горьковато-сладкий аромат крылоскола.

– Невероятно!..

– Говорит, Чайне Циан его морда опротивела в конец. Мы такие вещи отмечаем подобно празднику. Мы, мужчины клана. Тут сесть негде. Рашингава, **** ****, какого ***** ты нас сюда притащил? Выкладывай скорее.

Рональд Мэйн возник между Сапфиром и внимательно, в упор разглядывающим последнего Классиком, и оттеснил нетрезвого ясновидящего подальше от его заклятого врага. Классик хотя бы перестал смотреть плотоядно.

Рицка решил, что раз покушение на убийство ясновидящего откладывается, то самое время ответить на вопрос:

– Меня интересует, насколько сильно надо испугаться технического и научного прогресса, чтобы закрыть все заводы, на которых вообще производили термостойкие сплавы.

– О чём ты говоришь, Рицка? – не понял император.

– Завод в Бери – закрыт наёмниками Мэйна. Заводы в Дарксайде и Ардоксе – Сильвертон закрыл лично, а в Ихумлеру перестроил. Кастрюльки они теперь там делают!..

– Ты что-то имеешь против кастрюлек? – подал голос Сапфир. – Кас… кас…

– Кастрюлечки – очень милые штуки, – вставил Алекс Санктуарий. – Пока не летят в тебя.

– Сочувствую твоей личной жизни, – хихикнул Росслей.

– Далее, – Рицка проглотил желание убить всех крылатых, – завод близ Суарре. Перестроен Вайсварреном. Теперь там отливают только пуговицы. Уволили большую часть персонала, дорогостоящие цеха стоят просто без дела. Заводы в Нуабен и Агане – закрыты. Шартки – закрыт. Близ Докуны – используется как фабрика по переработке. Вот так сюрприз!.. И, наконец, даже небольшие, неспециализированные фабрики в Фавнгроссе и Савульвере – закрыты полностью. Стефаном Виром, и, опять же, Мэйном. Попробуйте объяснить мне это.

Собравшиеся долго молчали.

– Это нельзя отнести к зимнему восстанию ни прямо, ни косвенно. Никак, – добавил Рашингава. – Подготовка к штамповке нового типа монет? Я бы знал.

Заговорила принцесса фитов, Делла Генезис:

– Проблема не только в замедлении технологического развития. Я собрала свои данные о закрытиях этих заводов, так как в большинстве своём на этих заводах работали фиты. Куда меньше крылатых и людей. Все они за это лето должны уже найти себе места. Но есть ещё множество фитов, наводнивших улицы Ньона, нетрудоустроенных, обеспокоенных безразличием властей. Так от восстания перевёртышей мы придём к восстанию фитов. Нужны новые рабочие места.

– Я требую открытия хотя бы одного из этих заводов, – сказал Рашингава. – Это решит сразу две проблемы. В противном случае я построю завод сам и найду самых квалифицированных работников из всех уволенных. Но это долго, и будет не понятно, как вы, господа крылатые, сможете загладить свою вину перед десятками тысяч разумных, которых выкинули на улицу.

– Не дави, Рашингава, – поморщился Сапфир. – Мы все прекрасно знаем, что тебе плевать на судьбы фитов. Всё, чего ты хочешь, это как можно скорее завершить пару десятков своих проектов. Ну, ещё, может быть, создать какое-нибудь сверхмощное оружие, которым перебьёшь нас всех. Так, ради эксперимента.

– И в мыслях не было.

– Солгал! – пропел ясновидящий.

– Было. В планах. Во время войны. Конечно же! Сейчас – нет. Для некоторых моих проектов нужен нынешний порядок вещей.

– Солгал! – снова пропел ясновидящий, но на пару нот выше.

– …Что-то там… – негромко и рассеянно заговорил Рицка, – где-то здесь я говорю оправдания… вот тут всем плевать тоже… Мне нужны ответы на вопросы и только, – Рашингава больше не смотрел в лицо ясновидящему. – Император, полагаю, позволит вам заняться восстановлением заводов. Можно – не всех, так и быть. Но срочно. Фитам нужны рабочие места. Мне – сплавы. Вам – ваша чистая совесть.

– Сделается, – непривычно холодно согласился Сапфир. – И всё же я не понимаю, почему ты это начал. В миллиарде других вариантов ты бы и рта не открыл. Открыл бы собственный завод на дальнем северо-востоке и нанял бы туда всех родственников Циннии Марии. Это логично, разве нет? А, ты играешь в благородство. Играешь так, чтобы маленькая фитка в будущем не смогла обвинить тебя ни в чём, понимаю…

– Хватит!.. – остановил Рашингава ясновидящего. Вот этого всего слышать не хотелось. Сапфир знает её имя. Откуда? Значит, знает и где она находится. – Я начинаю разделять интерес Классика. Отдельный интерес к твоей смерти.

Император некоторое время молчал, погружённый в мысли, но словно очнулся:

– Фитка?

– Фи-и-итка, – протянул Сапфир с огромным удовольствием. – Маленькая такая, с той самой фабрики в Фавнгроссе. А вот и не казалось, что наш Рашингава поднял такую волну из-за женщины, правда?

– Так это она, та самая… Из-за неё-то пожар был, – с широкой улыбкой понимающе проговорил император. – Значит, Сапфир, приведи её ко мне, раз Рицка не хочет.

– Отлично, мне уже действительно нравится мысль о сожжении Нью-Лайта, – пожал плечами Рашингава, – но что с заводами? Так и будем темы переводить?