Чтение онлайн

Рашингава двинулся прочь со словами:

– Хоакин, на том балу знакомств ты не один будешь танцевать с Луной.

Классик хмыкнул и предложил:

– Идём посмотрим.

Спустившись в зал для сопровождающих, Рицка убедился в своём предположении. Ли, Адмор и Хант уже явно приценились к хорошенькой варледи. Сапфир и Мэйн посредством стоящего между ними Лайта прикидывали, кто победит.

Луна, однако, не сводила глаз не с красивого Адмора, а с Ханта, считающегося лучшим мечником на планете. Но Классик уже зашептал Рашингаве на ухо, повышая плату за контракт определённого рода. Ли обернулся, и, увидев это, всё понял. К сожалению, выводы свои он озвучил довольно громко:

– Это юное существо уже куплено, Адмор. Не Хантом. Классиком. Я-то думал, отчего Хоакин не оказался подле красавицы. А он, как всегда в своей манере, в любом деле опережает нас на пару-тройку шагов.

Рашингава поймал пристальный, разгорающийся страхом и злостью взгляд Луны.

– Так вот для чего ты хотел, чтобы я тебя сопровождала?! – процедила дочурка. – Грязные, старые, похотливые *******! Мне всего восемьдесят один год!

Принцы как один шумно вздохнули. Ещё бы. Такая темпераментная девушка через сто двадцать лет, к официальному сроку женской фертильности, уже будет стоить недосягаемо много. И сыновья от такой леди наверняка будут очень способными.

– Ты!.. Ты же поручил мне задание с обещанием дать отсрочку!.. – не унималась Луна.

– И ты всё ещё под выполнением.

Луна немного опешила, подумала, возмутилась:

– Я вообще не понимаю твоей логики!..

– Ты должна больше доверять мне.

– Я готова доверять тебе бесконечно. Но убеди меня в том, что я неверно тебя поняла, и ты не собирался…

– Не собирался, – твёрдо сказал Рашингава.

– А собираешься? – с определённым подтекстом спросил Классик. И, к сожалению, Луна догадалась о смысле этого подтекста:

– Да как же!.. Сколько этот хмырь предложил тебе?! Ты никогда не нарушал прежде своего слова!..

– Помолчи.

– Так как? – поторопил Классик.

– Ты тоже помолчи.

Все присутствующие, даже крылатые принцы, прекрасно знали, что до двух сотен лет девушки-перевёртыши не должны вступать в брак по причинам физиологической либо психической незрелости. Но даже если вдруг Луна окажется способной к зачатию, Рашингава не сможет заработать на её контракте так же успешно, как в своё время принц Хант, выдавший тридцатилетнюю дочь за Ли. Дочь Ханта, Невероятная Канэли, как и сам её родитель, показывала признаки неподражаемой ловкости во всём и оставляла даже более опытных соперников далеко позади в любом соревновании. Луна же, даже участвуя в защите планеты, не проявила себя достаточно, чтобы о ней заговорили. Но она была красива и, конечно, даже обыкновенная варледи делает больше чести жениху, чем инуэдо. Просто потому, что потомство варледи будет избавлено от половины шипов и доспеховых наростов, наследуемых от отца. После первого контракта, Луна приобретёт стоимость, станет сереной и больше не сможет рассчитывать на то, что ей кто-то будет помогать тренироваться и учиться, получать дальнейшие рост и развитие. Только одна серена из тысячи после первого контракта стремится увеличить свою цену. И одной из ста тысяч это действительно удаётся. Луна, влюблённая в фехтование и культ силы, казалось, могла бы стать той самой – одной из ста тысяч, но Рашингава был слишком опытным и хорошо знал жизнь серен. Луна определённо будет стоить куда больше, если помочь ей развиться. К тому же, даже если девочка не фертильна и её контракт будет разорван через три-шесть периодов, отдавать её садисту-Классику в пользование… давно из отцов никто так низко не падал. Пусть даже Классик в контракте поступит с Луной уважительно, Рицка вовсе не хотел пасть в глазах своего предела. Ведь это всё равно, что подписаться в своей слабости перед другим принцем.

От страха за Циннию Марию он чуть было не…

Но теперь приготовился отказать Классику. Прежде, конечно, ещё раз подумал о маленькой фитке с волосами-пружинками. Всей этой ситуации не было бы, не прознай этот Классик о девушке-серветке.

"Рицка!" – сказал себе Рашингава, – "Из-за влюблённости ты здорово поглупел, раз вовремя не сообразил, что фитку следовало просто запихнуть в свой предел, а там уже уговаривать!"

И, действительно, даже похожий прецедент был: тот же Хант ухаживал за Берилл из Си шесть лет, пока однажды не похитил её. Как ни была безразлична к нему леди, всё же ответила взаимностью в один прекрасный день. Различие только в том, что Сапфир Сильверстоун фактически разрешил Ханту так поступить, а вот похищение фитки перевёртышем будет считаться отвратительным преступлением извращенца. В основном из-за неравенства и табуирования таких отношений, ведь все знают, что от мужчин-перевёртышей у фитских женщин рождаются либо мёртвые, либо дебильные, ущербные мальчики. От него у Циннии Марии родился бы только умный ребёнок, он позаботился об этом. Но кто знает об этом?..

Так что всё дело в Циннии Марии. Нет, хуже, всё дело в чувствах, которые уже подвели его самого, и чуть было не заставили подвести и Луну. Да, она далеко не единственная дочь. И дело, пожалуй, тут не в деньгах, а в том, что девочка ещё мечтает о собственной настоящей силе, что правильно, а не о сильном мужчине подле себя, что получится в её союзе с любым из принцев. Одними мечтами такие девочки достигают невероятных вершин. И, возможно, через сто лет Клервинд изменится настолько, что лучших дочерей уже не придётся продавать принцам.

– Я не буду рисковать будущим Луны, – сказал Рицка.

Классик ухмыльнулся и исчез, сорвавшись с места. Сейчас он ворвётся в дом Левенхэма, вытащит Циннию Марию и спрячет так далеко, что никаким управляемым летшарам не найти её.

– Куда это он? – в недоумении посмотрела на отца Луна.

– Классик заберёт… – начал было Мэйн, но Рашингава жестом остановил его.

– Твоё задание закончилось, дитя.

– Почему? – заметно расстроилась Луна. – Я ещё… то есть… она ещё не привязалась ко мне.

– Теперь это не нужно. Считай, что я в очередной раз ошибся в расчётах. Я зачту тебе дни, но не возвращайся туда больше. Ни под каким предлогом. Идём домой.

– Почему?

– Я расскажу тебе потом. Сегодня меня ещё ждёт трудный день. Тебе следует проследить, чтобы я добрался до предела по самой прямой дороге.

Хант смотрел сочувствующе. Адмор – с уважением. Ли бросил последний оценивающе-одобрительный взгляд на Луну и ушёл. Мэйн только покачал головой:

– Стальные нервы.

– Я бы так не смог, – прокомментировал Хант.

– Ты не такой, – ответил Сапфир. – И, знаешь, я думаю, это хорошо. Хотя, с вами, перевёртышами, никакой исход хорошим не бывает.

Рашингава всё ускорялся, понимая, что чем быстрее подведёт черту, тем будет лучше для всех. Он ворвался в свои внутренние покои, сгрёб старые записи и начал листать страницы леденеющими пальцами. Рецепт нашёл меньше, чем за четверть свечи, и отправился в личную лабораторию, чтобы приняться за дело. Компоненты для высокотоксичного яда следует обрабатывать и подготавливать со всей внимательностью. Не ошибся ли? Тем, что получилось, можно было убить весь предел Классика. Однако Рицка готовил жидкое оружие не для того, чтобы прервать чужую жизнь. Он готовил яд для себя. Для того чтобы убить свою влюблённость.

Только так можно защитить свои интересы, своих дочерей, обойти и Классика, и Сапфира, и упрочить свой авторитет. Рычаг влияния на хозяина предела не должен существовать в природе. Лидер должен уничтожать свои слабости.

И о Циннии Марии забудут. Благодаря отсутствию к ней каких-либо чувств Рицки, она снова станет никому не нужной фиткой, которая сможет дальше жить своей собственной жизнью так спокойно, будто принцы-перевёртыши ей только приснились.

Рашингава не колебался. Едва разбавив каплю получившейся отравы в неполном стакане воды, он выпил его залпом. Яд всё же остаётся ядом – организм будет сопротивляться изо всех сил, и в ожидании мучений лучше всего просто поспать.

Ещё один стакан. Скоро тело ослабеет, начнёт покрываться липким потом, и можно будет уже перестать уговаривать себя не искать фитку и Классика, где бы они уже ни были.

Всё ещё чувствуя себя прежним, Рицка выгнал всех из своих покоев и заперся в них так надёжно, что никто бы ни смог войти – разве что пришлось бы ломать толщи стен.

Умирать не собирался. А ведь враги внутри предела могут воспользоваться слабостью тела принца и прикончить его.

Полые нити Хенера уже вплелись в существо перевёртыша, захватывая и превращая в ничто. Началось. Осталось только дойти до спальни…