Чтение онлайн

Л. А. Лисинова (Лисинян) родилась в Тифлисе в семье купца. В гимназии она вошла в ученический кружок, где читали и обсуждали нелегальную литературу. Вскоре отец разорился, и Люсик, чтобы помочь семье, стала давать уроки. Окончив гимназию, вступила в подпольный революционный кружок, по заданию которого печатала листовки. В 1916 г. Лисинова, студентка Московского коммерческого института [13] , стала членом большевистской партии. Юная революционерка вела пропагандистские кружки на заводе Михельсона, фабрике Брокар и Даниловской мануфактуре, участвовала в печатании и распространении прокламаций, а после Февральской революции стала одним из организаторов Союза рабочей молодежи «III Интернационал» в Замоскворечье. «И всюду, — вспоминал один из ее товарищей, — она вносила с собой священную ненависть революционера к эксплуататорам и угнетателям».

Все дни октябрьских боев разведчица-связная Лисинова принимала боевые сообщения, перевязывала раненых, под градом пуль доставляла донесения в центр, в районные ВРК, на остоженский боевой участок, где красногвардейцы Замоскворечья штурмовали штаб Московского военного округа.

1 ноября, взяв санитарную сумку, она вновь вышла с небольшим отрядом на Остоженку. Передав распоряжения районного штаба, Люсик поспешила дальше, к другим красногвардейцам…

Есть несколько версий ее гибели. Вот одна из них. В 1920 г. в «Правде» были напечатаны воспоминания санитарки Красной гвардии А. Галкановой. «Юнкера, — писала она, — обстреливают наших товарищей. Положение красногвардейцев отчаянное. Они упали духом и готовятся к отступлению. Но вот к ним перебежала молоденькая пропагандистка Люся. „Товарищи, вперед!“ — крикнула она и упала мертвой, пораженная меткой пулей белогвардейца… Красногвардейцы, увидя гибель любимой агитаторши, бросились вперед на ура и выбили белогвардейцев из окопов».

В 1922 г. именем революционерки названа бывшая М. Серпуховская улица, где в 1917 г. находился Замоскворецкий районный комитет РСДРП (б), а в 1952 г. прилегающие переулки были переименованы в 1, 2 и 3-й Люсиновские. Имя Л. Лисиновой носит бригада коммунистического труда завода имени Владимира Ильича, где она была пропагандисткой.

МИХАЙЛОВ Лев Федорович (1881—30.Х.1917). Солдат 56-го пехотного запасного полка.

25 октября 1917 г. отряд 56-го пехотного полка занял по приказу Боевого партийного центра почтамт и телеграф, начав восстание в Москве. В этой исторической операции участвовал солдат Лев Михайлов. В ходе ожесточенных боев оба важнейших объекта связи на Мясницкой улице несколько раз переходили из рук в руки, пока 29 октября солдаты и красногвардейцы окончательно не выбили оттуда юнкеров.

Подростком Лев Михайлов — сын крестьянина деревни Першутино Клинского уезда — ушел на заработки в Москву. Был коногоном на конке, а с 1903 г., после открытия первого трамвайного парка — Миусского, работал там кондуктором. В январе 1905 г. рабочие депо примкнули к политической стачке, осенью участвовали в забастовках и демонстрациях, а 7 декабря начали возводить баррикады из вагонов конки и трамвая на Лесной улице и со стороны Миусской площади.

…В начале 1917 г. Льва Михайлова, ранее освобожденного от военной службы по здоровью, призвали в царскую армию.

Солдаты 56-го полка храбро сражались в октябрьских боях. Выбив юнкеров из почтамта и телеграфа, Лев Михайлов и его однополчане устремились к важнейшему стратегическому пункту врага — телефонной станции в Милютинском переулке (ныне ул. Мархлевского). Отряд, наступавший обходным путем через Бобров переулок, продвигался под сильным огнем юнкеров. Узкий переулок с изгибами, выступами и проходными дворами был очень удобен для оборонявшихся. Пули летели с чердаков, крыш, из форточек, из-за углов; приходилось обыскивать каждый дом. Но благодаря боевому порыву солдат и красногвардейцев сопротивление врага было сломлено. Лев Михайлов и его товарищи прорвались в Милютинский переулок, где бои вспыхнули с еще большим ожесточением. Путь преграждали баррикады, возведенные юнкерами. Установив пулемет на верхних лесах углового строившегося дома, революционеры открыли огонь по телефонной станции, высившейся в противоположном конце переулка. Юнкера отвечали из пулеметов и бомбомета. Бои шли и днем и ночью. Даже 30 октября, во время перемирия, объявленного в Москве, здесь гремели выстрелы. В тот день отряд Льва Михайлова выбил стрелявших юнкеров из костела (ныне дом № 18). Тут вражеская пуля и сразила отважного солдата.

МОРОЗОВ Василий Евлампиевич (1885 — 29.X.1917). Депутат Московского Совета рабочих депутатов, командир отряда Красной гвардии завода братьев Бромлей, слесарь.

В 4 часа утра юнкера на трех грузовиках пытались прорваться через Малый Каменный мост из центра в Замоскворечье. Их встретили меткими выстрелами красногвардейцы завода братьев Бромлей, которыми командовал слесарь Морозов. Отряд юнкеров был наголову разбит. На мосту остались брошенные ими винтовки, легковой автомобиль.

В. Морозов родился в семье рабочего Иваново-Вознесенска. Окончив начальное училище, с 12 лет работал учеником слесаря кустарной зуборезной, а затем слесарем-ремонтником на фабрике Зубкова. Передовые рабочие познакомили его с нелегальной литературой, и в 1904 г. Морозов вступил в РСДРП. Во время революции 1905 г. — член боевой рабочей дружины при Иваново-Вознесенской партийной организации, охраняет массовки, конспиративные квартиры, подпольную типографию. За богатырскую силу, мужество и бесстрашие получил партийную кличку Ермак. Летом 1905 г., во время всеобщей стачки иваново-вознесенских рабочих, Морозов был избран пролетариями фабрики Зубкова депутатом Совета — первого в России. После подавления революции Ермак был арестован и приговорен к 12 годам каторжных работ; за попытку побега этот срок увеличили еще на 5 лет. Освободила его Февральская революция. В апреле 1917 г. Морозов поступил слесарем на московский завод братьев Бромлей (ныне «Красный пролетарий») и стал одним из организаторов заводской Красной гвардии. Рабочие избрали его секретарем завкома, депутатом Московского Совета.

Одни утверждают, что Ермак был убит на Каменном мосту в первый же день боев. По словам других, он участвовал в боях с контрреволюцией два дня и был ранен вражескими пулями во время отчаянно смелого рейса, когда под шквальным огнем юнкеров доставлял на грузовике патроны и гранаты для своего отряда. Наконец, имеются свидетельства, что Василий Морозов погиб во время боя в Колокольниковом переулке. Но все сходятся в одном: он всегда находился на самых опасных участках и показывал пример бесстрашия.

В честь Василия Морозова одна из улиц г. Иванова названа улицей Ермака. Как пишет известный знаток истории Москвы П. Сытин, бывший Колокольников переулок в столице назван в 1926 г. Мрузовским «в память рабочего завода братьев Бромлей Василия Морозова (партийная кличка — Мрузов)».

25 октября 1917 г., когда Москва узнала о победе революции в Питере, большевистский Партийный центр приказал солдатам самокатного батальона прибыть с пулеметами к Моссовету и Политехническому музею и взять под охрану оба здания. Поздно вечером объединенный пленум двух Советов — рабочих и солдатских депутатов, заседавший в музее, поддержал питерцев и создал боевой орган восстания — Московский военно-революционный комитет.

«…В самый решительный момент, — вспоминал его руководитель Г. Усиевич, — когда Военно-революционный комитет уже организовался, он был без всяких реальных сил. Когда он отправился с заседания Советов в 12 часов ночи в генерал-губернаторский дом (там размещался Московский Совет. — А. А.), то в его руках была небольшая команда самокатчиков…»

Не случайно накануне решительной битвы Партийный центр вызвал самокатчиков. Батальон, по словам одного из членов ВРК, был «целиком наш».

Еще в августе самокатчики на экстренном собрании осудили мятеж Корнилова и заявили, что готовы по первому зову, как один, встать с оружием в руках на защиту революции. В сентябре на выборах в районные думы Москвы, принесших победу ленинской партии, почти все солдаты батальона проголосовали за большевиков.

В тревожную ночь на 26 октября, когда пролетариат и буржуазия второй столицы готовили силы к решительным схваткам, самокатчики охраняли Моссовет, работавший в его стенах Военно-революционный комитет и патрулировали прилегающие улицы. Одними из первых они встретили натиск юнкеров, начавших наступать на штаб московского восстания.