Чтение онлайн

Ни х*я себе… приехали.

Это уже выше моих сил. Меня даже немного подташнивает. Вообще-то… меня реально тошнит.

– Он сделал так, чтобы мы не могли пользоваться этим и даже помышлять о подобном за пределами наших королевств, которые уже настолько ослаблены, что если мы пойдем против него, мы в буквальном смысле уничтожим себя. Вот почему все до сих пор уверены, что мы с ним заодно.

Уничтожат себя? Еб*нный п*здец, это уже чересчур. Я не желаю больше вдаваться в подробности, но не осмеливаюсь остановить его…

Он мотает головой, а затем разминает шею, словно пытается избавиться от напряжения, сковывающего его мышцы.

– Ранее вся территория земного шара была поделена между нами на четыре равные части. До сих пор существуют особенности рельефа, очерчивающие прежние границы. Несмотря на все его могущество, мы на протяжении тысячи лет существовали в полной гармонии со Всевышним, заботясь о нашем народе и мире в целом. Но затем что-то изменилось, и ему надоело это деление. Теперь наши люди, которые не имеют доступа к Свету, как мы, Боги, буквально заточены в стенах наших Королевств, - Сол притягивает меня ближе к своему телу, прижимая к себе, только усиливая мою тревогу, что меня вот-вот вырвет прямо на него.
– Если бы Всевышний узнал, что мы протащили смертную сквозь Свет, чтобы держать ее при себе, он бы поджарил нас на вертеле.

Поджарить на вертеле Богов Солнца звучит очень заманчиво, но я должна оставить эти мысли при себе.

Его взгляд скользит с моего лица на горизонт.

– Он стал сильнее, чем когда-либо, как и его подопечные. Нам все еще удается сохранять свою силу в наших Королевствах и, частично, за их пределами, но и это становится все труднее с каждым днем. Заклятие крепчает с каждым гребаным часом, в то время как мы теряем способность сопротивляться ему.

Теперь понятно, почему они так нуждаются в пополнении своих сил. Неудивительно, что они так самоотверженно пекутся обо мне.

– А что… что произойдет, если ваши силы совсем иссякнут?

Каждый мускул на его лице напрягается, и он смотрит поверх меня, устремив взгляд в никуда.

– Он отнимет у нас крылья, и мы падем.

Твою ж мать.

– А что с солнечным циклом?
– с трудом выдавливаю я, боясь того, что услышу в ответ, но мне было необходимо узнать.

В воздухе повисает пауза, и наши взгляды встречаются, даже крылья Сола бьются в такт с моим сердцем.

– Он полагает, что мир продолжит существовать и без него, и без нас. Я же думаю, что Кэл, Дрейк, Аэро и я будем поглощены солнцем, а мир погибнет вместе со всеми смертными и бессмертными, населяющими его, - он пожимает плечами.
– Как я уже говорил, Делл, цветы не распускаются в темноте.

Меня вот-вот вырвет. Мой рот наполняется слюной. Без вариантов, меня сейчас вывернет наизнанку.

– Смертная?

Я мотаю головой, прикрывая рот рукой, так как меньше всего на свете мне хочется, чтобы содержимое моего желудка оказалось на этих чертовски прекрасных крыльях. Внезапно нас поглощает яркий свет, настолько стремительно, что приступы тошноты усиливаются вдвое, но затем я приземляюсь на песок возле кустарника. Я поспешно раздвигаю ветви и опорожняю свой желудок. Неоднократно.

Зачем я столько ела? Этот торт с густым кремом совсем не так восхитителен, когда движется в обратную сторону. Лишь осознав, что тошнота отступила, я ощущаю руки, держащие мои волосы у затылка. Мило. Несколько очков в пользу Сола.

– Спасибо, - прохрипела я, отпуская куст и вытирая рот.

Я уже собиралась встать на ноги, когда Сол прижал меня к своей груди и перенес к плещущимся волнам. Осмотревшись, я поняла, что мы находимся на небольшом островке, столь крохотном, что хватит тридцати моих шагов, чтобы обойти его вдоль и поперек. В центре располагается небольшое бунгало, вокруг которого на ветру колыхаются белые занавески. Рядом со строением растут пальмы, увешанные кокосами, и несколько кустарников, под одним из которых теперь есть лужа моей блевотины, но эту нелицеприятную деталь можно и опустить.

Сол опускает меня ногами в кристально прозрачную воду. Ее прохлада то, что мне нужно. И да… мне просто необходимо погрузиться в нее. Я осторожно делаю шаг вперед, но День не отпускает моих рук.

– Я хочу окунуться, - бросаю взгляд на него.
– Прошу, не останавливай меня.

Он хмурится.

– Ты полностью одета, а с учетом того, что ты крайне слаба, это опасно. Ты либо снимаешь платье, либо выходишь из воды.

Я понимаю, что он прав, но это не мешает мне скорчить недовольную гримасу. Может ли быть такое, что он реально беспокоиться обо мне как о человеке, а не только как об источнике своей силы?

– Убедил. Только отвернись.

Неожиданно, но именно это он и делает.

Сейчас, когда платье скинуто, на мне только повязки из бинтов и нижнее белье с высокой посадкой, но радует, что хотя бы мой шрам скрыт.

Я ныряю, наслаждаясь ощущением воды, омывающей мою кожу, и игнорируя небольшие волны, плавно погружаясь все глубже. Затем я выныриваю на поверхность и облизываю губы, смакуя соленый вкус моря, символизирующий мою свободу.

Меня тянет вновь оказаться под водой. Мне необходимо погрузиться как можно глубже. Я должна заглушить все мысли в своей голове. Закрыв глаза, я снова ныряю.

Картинки перед моими глазами, слишком много картинок. Чересчур много мыслей, от которых я хочу избавиться. Это словно вскрывать свои старые раны. Чертовски больно.

Уходите. Уходите.

Просто Аэро слышит все мои проклятые мысли. И я не могу сбежать, как бы не пыталась. Хотя и знаю, что не смогу полностью свыкнуться с этим.

Толкаю себя на глубину, не закрывая глаз. По мере погружения, свет гаснет, и температура падает. Это кратковременное уединение, момент, когда я могу кричать, и я делаю это. Пузырьки роем садятся на мое лицо, а затем делают стремительный рывок к поверхности, вырываясь на желанную свободу.

Я балансирую под водой, держа себя под контролем, несмотря на раздражение в легких. Без паники.

Успокойся. Успокойся.

Игнорирую тень, кружащую над моей головой. Я знаю, что это не акула. Это Сол - хищник совсем другого толка. Хоть и не столь сексуально озабоченный, как я считала ранее. Он не признает это, но явно приударивает за мной. Просто не столь явно, как это бывает.

Как, черт возьми, я докатилась до такого? Я выныриваю на поверхность, делаю частые, глубокие вдохи и снова погружаюсь в воду. И кричу в бездну. Вновь и вновь я ныряю и кричу. Вода не осудит меня, вероятно, что она даже не слышит. Меня не смущает это, так как порой просто необходимо дать выход своим эмоциям.

Возможно, мой разум перегружен, но мое тело нет, не в этот раз. Сейчас оно невесомо. Не безжизненно, не осквернено и не сломлено. До тех пор, пока оно не ослабевает и не сдается, вынуждая меня выйти на берег.

Добираясь до берега, я продолжаю игнорировать тень, скользящую на волнах. Достигнув песчаной полосы, я прикрываю грудь руками, а Сол приземляется возле меня, одаривая изучающим взглядом. Возможно, он понимает, что сейчас меня лучше не трогать и не злить зверя, который не дремлет во мне, так как осталось одно незаконченное дело, которое мне нужно провернуть сегодня.