У всякого народа есть родина, но только у нас - Россия. Проблема единения народов России в экстремальные периоды истории как цивилизационный феномен российской государственности. Исследования и документы
Шрифт:
В преддверии войны особенно важными были законодательные акты, направленные на усиление обороноспособности страны. 1 сентября 1939 г. Верховный Совет СССР принял Закон о всеобщей воинской обязанности. В нем на основе конституционного принципа о равенстве прав и обязанностей всех советских граждан и отменных ограничений по классовому признаку было установлено, что все граждане СССР мужского пола несут воинскую обязанность на равных основаниях вне зависимости от социального происхождения, классовой, национальной, религиозной принадлежности. Статья 2-я закона гласила, что измена Родине – нарушение присяги, переход на сторону врага, нанесение ущерба военной мощи государства, шпионаж – карается как самое тяжкое злодеяние. Призывной возраст был понижен с 21 г. до 19 лет, а для окончивших среднюю школу – до 18 лет. Закон установил единый порядок прохождения военной службы, отменив существовавшее ранее прохождение службы в территориальных частях и вневойсковым порядком. Тем самым была создана юридическая основа кадровой армии, переход к которой от территориально-милиционной системы, начавшийся еще в 1935 г., был завершен к 1939 г.
Новые принципы строительства Вооруженных Сил, установленные Законом о всеобщей воинской обязанности 1939 г., сыграли существенную роль в укреплении обороноспособности СССР. Для повышения обороноспособности СССР были значительно увеличены и утверждены Верховным Советом государственные ассигнования на оборону страны.
В основе политической стороны советской военной доктрины в 20-30-е годы неизменно лежала идея вооруженной защиты социалистического Отечества от агрессии извне, и в этом плане доктрина имела оборонительный характер. В то же время на содержании военной доктрины не могло не сказаться влияние концепции мировой социалистической революции и, в частности, политических установок VII конгресса Коминтерна, которые, как известно, ориентировали на стратегию «победы социализма во всем мире», Мышление в духе мировой социалистической революции, искусственного ускорения мирового революционного процесса имело место со стороны и власти и общества непосредственно накануне войны [209] . В качестве дополнительного источника трудовых ресурсов в период войны предполагалось использовать женщин, молодежь и подростков, а также мужчин, не пригодных к службе в армии по состоянию здоровья, пенсионеров, инвалидов. Считалось, что все слои населения должны знать основные ленинские положения о защите социалистического Отечества, понимать справедливый характер войны, обладать определенными навыками в военном деле, выполнении задач местной обороны, защиты от химического оружия, военно-санитарной подготовки. Однако система объективного формирования принципиальных установок, имевших доктринальное значение, в условиях всевластия И. В. Сталин в государственном масштабе практически не могла функционировать. В государстве не было системы политической блокировки ошибочных доктринальных положений. Резкое сужение демократизма привело к расцвету тенденциозных установок в теории: субъективистских решений в практике военного строительства.
209
В Полевом Уставе РККА (ПУ-39) отмечалось: «Великая мощь и несокрушимая сила Рабоче-крестьянской Красной
Армии заключается… в сочувствии и поддержке, которые она встретит среди трудящихся масс напавших стран…»(ПУ-39). – М.: Государственное издательство НКО СССР, 1939. С. 9–10.
В январе 1937 г. на заседании Политбюро было решено увеличить объем капиталовложений на 1937 г. по Наркомату оборонной промышленности и на оборонные объекты Наркомата тяжелого машиностроения на 1 млрд. 445,8 млн руб. В апреле 1941 г. начальник Главного управления политической пропаганды РККА А. И. Запорожец докладывал в ЦК ВКП(б), что около 76 тыс. политработников запаса, или 44 % состоящих на учете, прошли военную переподготовку на сборах и курсах. Из них до 1939 г. – 10,2 тыс., в 1939 г. – 26 тыс. и в 1940 г. – 39,7 тыс. человек. Остальные 56 % должны были закончить [210] . В 1938–1940 гг. на нужды обороны было израсходовано более 113,1 млрд. руб. (60 % из них – в 1940 г.). В 1941 г. военные расходы составили почти 71 млрд руб., или 43,4 % всех расходов государства [211] . Большое внимание уделялось также созданию государственных резервов и мобилизационных запасов.
210
РГАСПИ. Ф .17. Оп .2. Д .28, Л. 28–34.
211
История второй мировой войны 1939–1945. – М., 1973. – Т. 3. – С. 381, 387–388; Советская экономика в период Великой Отечественной войны. – М., 1970. – С. 11.
Принятое накануне войны новое административно-территориальное деление [212] позволило сделать более тесными и мобильными хозяйственные связи внутри регионов, что было очень важно в условиях надвигавшейся войны.
Таким образом, система государственного руководства жизнью страны перед войной была четко централизованной, охватывала все сферы народного хозяйства и культуры, что в значительной мере давало возможность успешной и последовательной организации обороны страны. Привлечение широких слоев населения к массовой оборонной работе, занятиям военно-прикладными видами спорта сыграло большую роль в укреплении обороноспособности в предвоенные годы, в подготовке трудящихся, молодежи к службе в армии и на флоте.
212
В 1941 г. в стране существовало 107 краев и областей, 8 округов, 10 национальных округов, 1 241 город, 1 711 поселков и 4 067 сельских районов, в которые входили 70 034 сельских единицы (Павловский Ф. С., Шафир М. А. Административно-территориальное устройство Советского государства. – М., 1961. – С. 72).
Ярким проявлением феномена советского гражданского самосознания стал 1941 г. Именно тогда в самых различных слоях народа вспыхнул невиданный еще патриотизм как показатель высочайшей гражданственности, сопричастности к судьбам страны, стремление к сопротивлению захватчикам. Это была советская модель гражданской соборности в период нашествия агрессора. В этом очевиден тот своеобразный, трагический, но определенный для России ходом истории, путь прозрения и выработки гражданского самосознания ее народа.
Вклад в изучении темы войны историков Урала (Г. Е. Корнилов, А. В. Сперанский)
Выдающаяся роль Урала, как кузницы оружия, предопределила повышенный интерес исследователей к военной истории края, выразившийся в написании большого количества различных научных работ [213] . Накопление научной информации по военной проблематике шло постепенно.
Первый этап – с 1941 г. до середины 1980-х гг.; второй – с рубежа 1980-х – 1990-х – по 2010 г. Первые 45 лет (1941–1985 гг.), за исключением небольшого отрезка времени – с конца 1950-х до начала 1960-х гг., были отмечены безраздельным господством унифицированной методологии. При некоторых колебаниях в сторону усиления или ослабления идеологического диктата, общая направленность, выходящих из-под пера исследователей исторических трудов, не изменялась. Для последующих 25 лет (1986–2010 гг.) характерен мучительно сложный переход к новому качеству исторической науки, вектор которого был направлен от тоталитарной методологии к плюрализму мнений в рамках марксизма и далее к полному методологическому плюрализму.
213
Урал в Великой Отечественной войне: Указатель литературы. Молотов, 1944; Урал в период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Указатель литературы 1941–1973 гг. Свердловск, 1974; Агарышев П. Г., Дергач М. С, Евланова М. Н. Партийные организации Урала в годы Великой Отечественной войны. Челябинск, 1975; Наумова А. Г., Унгвицкий В. Н. Историография деятельности партийных организаций Урала в годы Великой Отечественной войны // Исследования по истории Урала. – Вып. 5. – Пермь, 1976; Оренбуржье в Великой Отечественной войне: Указатель литературы. Челябинск, 1977; Вопросы историографии Башкирской областной партийной организации. – Уфа, 1980; Евланова М. Н. Рабочий класс – фронту. Челябинск, 1984; Башкирия в годы Великой Отечественной войны 1941–1945: Библиографический указатель литературы. – Уфа, 1985; Урал в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Библиографический указатель. – Уфа, 1991 и другие.
За 1941–1985 гг. было опубликовано множество статей, брошюр по истории Урала периода Великой Отечественной войны. Одним из первых обстоятельный анализ развития уральской промышленности в период войны дал экономист К. И. Клименко [214] , чьи изданные статистические материалы до сих пор используются историками. Обобщенные сведения о промышленном производстве на Урале, о роли региона в выпуске военной продукции приведены в книге Н. А. Вознесенского. Он первым предложил концепцию об истоках экономической победы Советского Союза над фашистской Германией [215] . Об исторической роли Урала в Великой Отечественной войне речь также идет в работах Н. М. Шверника, А. Н. Лаврищева, Н. С. Патоличева, А. Е. Ферсмана, других партийных и государственных руководителей, организаторов производства, ученых, непосредственно участвовавших в превращении края в «становой хребет обороны» [216] .
214
Клименко К. Уральский промышленный район. М., 1945.
215
Вознесенский Н. Военная экономика СССР в период Отечественной войны. – М., 1947; Вознесенский Н. А. Избранные произведения 1931–1947. – М., 1979.
216
Шверник Н. М. Речь на собрании избирателей Свердловского избирательного округа 1 марта 1950 г. – М., 1951; Лаврищев А. Н. Промышленность Урала в Отечественной войне // Плановое хозяйство. 1944. – № 3; Патоличев Н. С. Испытание на зрелость. – М., 1977; Ферсман А. Е. Урал – сокровищница Советского Союза. – М., 1942.
Историки, анализируя трудные годы военного лихолетья, естественно не могли обойти стороной и героические свершения жителей уральского региона. Много интересной и полезной информации о боевых и трудовых подвигах уральцев имеется на страницах энциклопедии «Великая Отечественная война» [217] .
Материалы о военных буднях уральского тыла достаточно широко представлены в научных монографиях ученых-историков, пытавшихся проанализировать различные проблемы Великой Отечественной войны в общесоюзном масштабе. «Уральский след» явственно просматривается в исследовании Г. Д. Комкова, раскрывшего сущность идейно-политической работы КПСС в 1941–1945 гг., в трудах А. В. Митрофановой, Г. Г. Морехиной, Г. С. Кравченко, Г. А. Куманева акцент сделан на промышленном развитии СССР в военное время. В книге Ю. В. Арутюняна показан вклад советского крестьянства в общую победу над врагом [218] . Тема «Урал в обороне» самым активным образом разрабатывалась и на региональном уровне [219] .
217
История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941–1945. М., 1960–1965. – Т. 1–6; История Коммунистической партии Советского Союза. – Т. 5. – Кн. 1. – М., 1970; История СССР. – Т. 10. – М., 1973; История Второй мировой
войны. 1939–1945. – М., 1973–1982. – Т. 1–12; Советский тыл в Великой Отечественной войне. – Кн. 1–2. – М., 1974; Советский Союз в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945. – М., 1976; Великая Отечественная война. 1941–1945. Энциклопедия. – М., 1985.
218
Комков Г. Д. Идейно-политическая работа КПСС в 1941–1945 гг. М., 1965; Митрофанова А. В. Рабочий класс СССР в годы Великой Отечественной войны. – М., 1971; Морехина Г. Г. Рабочий класс – фронту. – М., 1962; Кравченко Г. С. Экономика СССР в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945. – М., 1970; Куманев Г. А. На службе фронта и тыла. Железнодорожный транспорт СССР накануне и в годы Великой Отечественной войны (1938–1945). – М., 1976; Арутюнян Ю. В. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. – М., 1970.
219
Наумова А. Г. Пермская областная партийная организация в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). – Пермь, 1960; Очерки истории Башкирской организации КПСС. – Уфа, 1973; Очерки истории Пермской областной партийной организации. – Пермь, 1973; Очерки истории коммунистических организаций Урала. – Т. 2. – Свердловск, 1974; Очерки истории Челябинской областной организации КПСС. 2-е изд. – Челябинск, 1977 и другие.
Постепенно по мере накопления материала уральские историки приступали к освещению отдельных аспектов и направлений функционирования Урала в годы Великой Отечественной войны. Прежде всего, пристальное внимание исследователей было обращено на процессы промышленных трансформаций уральской экономики в соответствии с условиями военного времени. Развитию отдельных отраслей промышленности Урала посвятили свои работы Г. И. Дедов, Н. П. Липатов, П. Г. Агарышев, А. Ф. Васильев [220] . Вопросы пополнения отряда уральских рабочих, их трудовой активности, организации патриотических движений на производстве, привлечения к производственной деятельности женщин и подростков, были проанализированы в исследованиях Н. А. Мошкина, А. Г. Карманова, М. Н. Евлановой, Г. П. Ануфриенко и других [221] .
220
Дедов Г. И. Кизеловский угольный бассейн в годы Великой Отечественной войны. Пермь, 1959; Липатов Н. П. Черная металлургия Урала в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Очерки истории строительства. – М., 1960; Агарышев П. Г. В забой, как в бой. Челябинск, 1972; Васильев А. Ф. Промышленность Урала в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945. – М., 1982.
221
Мошкин Н. А. Патриотизм трудящихся Удмуртии в годы Великой Отечественной войны. – Ижевск, 1956; Карманов А. Г. Трудовой подвиг южноуральцев в годы Великой Отечественной войны // Челябинская область за 40 лет Советской власти. – Челябинск, 1957; Евланова М. Н. Из опыта работы партии по подготовке рабочих в годы Великой Отечественной войны // Из истории уральских партийных организаций: Сб. науч. трудов каф. ист. КПСС ЧПИ. – Челябинск, 1968; Ануфриенко Г. П. Деятельность партийных организаций по привлечению женщин к производительному труду в промышленности в первый период Великой Отечественной войны // Человек, труд, коммунизм (из истории партийной организации рабочего класса Магнитки). Сб. науч. трудов МГМИ. – Вып. 66. – Магнитогорск, 1970 и другие.
Важное место в налаженной работе тыла отводилось развитию аграрного сектора, обеспечивавшего городское население Урала продовольствием. В ряде публикаций А. Б. Сендеревой, В. И. Швыдченко, А. Г. Наумовой, в рамках господствовавшей в то время идеологии, была продемонстрирована сила и жизненность колхозного строя, готовность советского крестьянства вместе со всем народом защищать Родину [222] .
Примечательным направлением исследовательской деятельности историков в «доперестроечное» время оставалась массово-политическая работа партийно-государственных структур среди населения, развитие духовного потенциала уральского региона в экстремальных условиях военного времени [223] . Что касается культурного развития уральского региона в военный период, то нужно подчеркнуть в первую очередь вклад исследователей в изучение проблем функционирования системы образования. Первая попытка показать деятельность уральских вузов в военный период была предпринята в одном из разделов монографии А. И. Деменева и Н. С. Добровольского «Высшее образование на Урале». Затем свет увидели статьи А. Г. Наумовой, З. И. Сираева, З. В. Семочкиной, Г. А. Ивановой, рассмотревших некоторые вопросы работы вузов Прикамья, Южного Урала и Башкирии [224] .
222
Сендерева А. Б. Коммунисты Свердловской области во главе организации шефской помощи в массово-политической работе среди колхозников в первый период Великой Отечественной войны (1941–1942 гг.). Тр. СХИ. – Т. 9. – Свердловск, 1960; Швыдченко В. И. Сельское хозяйство Оренбургской области в годы Великой Отечественной войны // Победа Октябрьской революции на Урале и успехи социалистического строительства за 50 лет Советской власти (Материалы науч. сессии преподавателей кафедр истории КПСС вузов Урала, посв. 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции). – Свердловск, 1968; Наумова А. Г. Колхозное крестьянство – фронту (по материалам уральских партийных организаций 1941–1945 гг. // Из истории партийных организаций Западного Урала: Учен. зап. Перм. ун-та. – № 10. – Пермь, 1972.
223
Партийные организации Урала в годы Великой Отечественной войны. Челябинск, 1975. Колесник А. Д. РСФСР в годы Великой Отечественной войны. Проблемы тыла и всенародной помощи фронту. – М., 1982; Организаторская и массово-политическая работа партийных организаций РСФСР в тылу. 1941–1945 гг. Л., 1980.
224
Деменев А. И., Добровольский Н. С. Высшее образование на Урале. – Свердловск, 1958; Наумова А. Г. Пермская высшая школа в годы войны // Уч. зап. Свердловского пединститута. – Сб. 26. – Свердловск, 1965; Сираев З. И. Высшие учебные заведения и научные учреждения Башкирии в годы Великой Отечественной войны // Из истории советской Башкирии. – Уфа, 1967; Семочкина З. В. Вузы Челябинской области в годы Великой Отечественной войны // На путях строительства коммунизма. – Челябинск, 1977; Она же. Партийная забота о вузах Урала в годы Великой Отечественной войны // Материалы научной конференции (февраль 1985 г.). Всемирно-историческая победа советского народа в Великой Отечественной войне. – Челябинск, 1985; Иванова Г. А. Средняя специальная и высшая школа Башкирии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) // Из истории Среднего Поволжья и Приуралья. Науч. труды Куйбышевского пединститута. – Т. 143. – Вып. 4. – Куйбышев, 1974.
Весомый вклад в изучение проблемы внесла З. И. Гузненко, подготовившая кандидатскую диссертацию «Руководство партийными организациями Урала высшей школой в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). На материалах Свердловской и Пермской областей» [225] . Вопросы, связанные с разработкой темы среднего специального образования на Урале в военный период, стали предметом исследования Н. Н. Баженовой. Автор проанализировала деятельность партийных организаций Урала по сохранению контингентов учащихся средних специальных заведений, по улучшению качества подготовки молодых специалистов, по укреплению учебной базы вузов и обеспечению их педагогическими кадрами [226] . Проблема развития в годы войны средних общеобразовательных школ и других детских учебно-воспитательных учреждений ставилась в исследованиях Ю. С. Токаревой, Н. Н. Кузьмина, О. Н. Грачевой, Г. А. Ивановой, З. И. Гузненко, И. Ф. Плотникова [227] .
225
Гузненко З. И. Руководство партийными организациями Урала высшей школой в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). На материалах Свердловской и Пермской областей: Дис…. к.и.н. – Свердловск, 1973.
226
Баженова Н. Н. Партийное руководство средним специальным образованием на Урале в период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). Дис…. к.и.н. – Свердловск, 1988.
227
Токарева Ю. С. Роль партии в воспитании патриотизма учащихся: Из жизни общеобразовательной школы в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). Пермь, 1962; Кузьмин Н. Н. Из истории средней школы Кургана в период Великой Отечественной войны и в послевоенное время // Учен. зап., посвященные 300-летию городов Кургана и Шадринска. – Курган, 1962; Грачева О. Н. Руководство партийными организациями Урала народным образованием в период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Дис…. к.и.н. – Свердловск, 1965; Иванова Г. А. Общеобразовательная школа в Башкирии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) // Из истории Среднего Поволжья и Приуралья. – Куйбышев, 1972; Гузненко З. И. Партийное руководство учебным процессом в общеобразовательных школах в годы Великой Отечественной войны // Роль партийных организаций Урала и Западной Сибири в развитии народного образования и культуры. – Свердловск, 1981; Плотников И. Ф. Народное образование и культура Урала в период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) // Развитие школы: опыт партийного руководства, проблемы, задачи. – Свердловск, 1989.