Чтение онлайн

сознания.

Весна, обновляя всю природу, донесла свое благотворное веяние и до

моего увядшего сердца.

Непомраченные периоды сделались более спокойными и более частыми. Я

достаточно окрепла, чтобы выходить в сад, и, гуляя там, я постепенно

восстановила для себя всю роковую последовательность событий и свое нынешнее

положение и начала находить — или воображать — его менее невыносимым.

То, что я стала жертвой сговора Елизаветы и ее министра, было очевидно, но

я склонялась к убеждению, что лорд Арлингтон, слабый и бесхарактерный

человек, и без того уже наказанный такой женой, как я, не был соучастником

обмана. Я давно была предметом его устремлений, и он, совершая ошибку,

свойственную представителям его пола, не заботился о том, какими

средствами достичь желаемого — лишь бы обрести его. Но в своих слабых попытках

вернуться к жизни я нуждалась во всяческой поддержке и потому написала

лорду Арлингтону, заверяя его, что «наилучшим образом использую мой

проясняющийся разум, чтобы подготовить свое сердце к исполнению в будущем

тех мучительно тяжелых обязанностей, которые возложены на меня в

результате стечения роковых обстоятельств, но что столь трудная для меня задача

потребует большого терпения и снисходительности с его стороны». Я

заключила письмо изъявлением надежды, что «покой и уединение со временем

дадут мне силы встретить его с чувством менее ожесточенным».

С возвращением рассудка во мне ожили мои привязанности. Загадка твоей

и лорда Лейстера судьбы тщетно тревожила мое измученное воображение. В

письмо к лорду Арлингтону я вложила записку для леди Пемброк. Записка

содержала один лишь вопрос — о вас.

Отослав эти письма, я направила все свои помыслы на то, чтобы

исполнить обещание, данное в первом из них. Множество раз я на коленях молила

Господа укрепить меня в этих достойных чувствах, которые только Он один

мог мне внушить. Стремясь изгладить из памяти те человеческие действия,

посредством которых осуществлялась Его воля, восприняв происшедшее

лишь в свете Его воли, я старалась кротко подчиниться ей. Увы! Ответное

письмо леди Пемброк до основания поколебало все мои благие решения.

Изумление, ужас и любовь ко мне звучали в каждой строке письма. С

пылким нетерпением она жаждала новых вестей обо мне и о тех событиях,

которые непостижимым образом вновь привели меня в Сент-Винсентское

Аббатство и там побудили вступить в столь невероятный брак.

Из ее письма я наконец поняла отчасти причины, вызвавшие твое

внезапное исчезновение. Я также узнала, что ты благополучно достигла Франции,

судя по известиям, полученным от тебя многими друзьями, как вдруг (по

словам леди Пемброк) всякая переписка прекратилась и многочисленные

попытки возобновить ее лишь увеличивали печаль и недоумение твоих друзей. Она

также писала, что Ле Валь, выполняя распоряжение, оставленное его госпо-

дином, поспешил в Кенильворт, а оттуда — в Убежище, вход в которое

обнаружил открытым настежь, и убедился в том, что господин его там побывал.

Не получив никаких иных сведений, он возвратился в Лондон, чтобы там

ожидать дальнейших указаний лорда Лейстера, но, не дождавшись их,

встревоженный этим непонятным молчанием, преданный слуга отправился к себе

на родину на поиски своего господина. Однако страх и горе надломили его

сердце, тяготы морского путешествия обострили нездоровье, и он умер, едва

успев сойти на берег. Она писала, что и старания других посланцев, как и все

старания ваших друзей, были столь же безуспешны, хотя многим удалось

проследить ваш путь до Руана. Тайна того, что случилось с тобой, так и

осталась неразгаданной, хотя все поверили, что лорда Лейстера более нет в

живых. Сообщали, что он скончался на пути в замок Кенильворт, что там тело

его было выставлено для прощания, а затем захоронено в Варвике. И хотя

сообщению этому, казалось, поверили, так как оно подтверждалось доверием к

нему королевы, у друзей и родственников графа возникли сильнейшие

сомнения, когда она присвоила замок Кенильворт и разнообразное имущество

Лейстера якобы в возмещение причитающихся ей сумм — настолько это

поведение противоречило ее многолетней благосклонности к нему. Наконец,

подкупив слуг, занятых разглашением помпезного вымысла о похоронах,

родственники получили не вызывающее сомнений известие, что тело, преданное земле

под именем лорда Лейстера, было специально добыто для этой цели.

Потрясенная до глубины души этим загадочным, всколыхнувшим мое

сердце рассказом, я тщетно пыталась уяснить его себе. Не оставалось

сомнений в том, что лорд Лейстер скончался, но когда, где и как — невозможно

было вообразить. Однако поступки королевы доказывали, что она вполне обо

всем осведомлена. Ах, где же тогда моя Матильда? Где та, что более

несчастна, чем я? Сопоставив обстоятельства, я пришла к убеждению, что твоя

смерть, случись она, также получила бы огласку, но что, по какой-то

неизвестной случайности, тебе довелось пережить своего супруга, и это внушило

мне мысль, что ты и твоя скорбь похоронены заживо в каком-нибудь

французском монастыре, но почему похоронены там же известия о тебе,

отсутствие которых терзает столько любящих сердец? Увы, дорогая сестра моя, год

за годом тщетно повторяла я про себя исполненный любви призыв: «Явись,

молю тебя, если обитаешь ты еще в этом мире, и успокой тревогу любящего

сердца! Если же ты отошла в лучший мир, но хоть что-то осталось дорого

тебе в мире подлунном, о, подай мне знак о себе!»