Чтение онлайн

– Что она такое? – тихо спросила я.

– Лучшее, что могло случиться, – он ответил так спокойно и так нормально, словно это было само собой разумеющимся. Повернулся ко мне и повторил то же самое, глядя мне в глаза: – Лучшее, что могло со мной случиться.

В его тоне чувствовалась такая абсолютная уверенность, что мне захотелось расплакаться от того, чего я в тот момент еще не понимала. Обида? Зависть? Ревность? Все это было так мелко по сравнению с тем, что я видела в нем в тот момент. Абсолютное счастье человека, который обрел то, что ищет каждый из нас, но находят единицы. И чтобы найти, ему пришлось всадить мне в сердце нож.

Она стала частью и моей жизни. Джей Си не вычеркнул меня из-за того, что у него появилась подружка. И мы стали встречаться действительно часто.

Возможно, чтобы даже тень мысли о чрезмерной близости между нами не возникла в прекрасной голове Маргарет, мы почти никогда не встречались только втроем. Всегда рядом с нами находились друзья Джей Си, его коллеги, друзья и знакомые Маргарет.

Возможно, это было связано и с тем, что те редкие случаи, когда мы проводили время втроем, я или она чувствовали себя не очень комфортно. Или я была пятым колесом на свидании пары, в которой мужчина и женщина еще не успели насладиться друг другом и постоянно демонстрировали чувства, что я и в отношении посторонних мне пар недолюбливала, а в отношении Джей Си и Маргарет считала физиологически омерзительным. Или она чувствовала себя чужой рядом с друзьями, которые знают друг друга наизусть. Ей наверняка было невесело, когда мы смеялись над шутками, понятными только нам, упоминали что-то, что требовало долгих и пространных объяснений, чтобы хоть немного ввести в курс дела, а когда объяснения заканчивались, всем становилось ясно, что, для того чтобы ситуацию понять в полном объеме, нужно было стать ее участником.

Джей Си разыгрывал карту “ведь ты же мой друг” каждый раз, когда ему слышался сарказм в моем голосе или когда ему казалось, что я несправедлива по отношению к Маргарет. Он выговаривал мне даже малейшие и вполне беззлобные шутки в ее адрес, даже если они были высказаны не в ее присутствии. Он оберегал ее от меня так тщательно, словно я представляла для нее какую-то угрозу. Хотя он поступал так по отношению ко всем, если в теме всплывало имя Маргарет.

В этот их медовый период меня бросало в одну из крайностей. Желая оставаться другом Джей Си и быть при этом хорошим другом, я пыталась наладить добрые отношения с Маргарет. И это было действительно легко сделать: она оказалась умной и веселой, общительной, дружелюбной со мной, но довольно острой на язык в своих высказываниях о тех, кого мы с Джей Си обсуждали раньше в приватном разговоре. Но каждая такая встреча, каждое такое общение выматывало меня эмоционально, потому что я точно не была абсолютно искренна. После очередного такого раза даже Джей Си попросил меня не соглашаться на совместные вылазки, если это так очевидно меня беспокоит. И, конечно, не поверил, когда я стала убеждать его в обратном.

Другой моей крайностью становилось маниакальное выискивание недостатков в Маргарет Митчелл. Мне казалось, что если я накопаю на нее что-то действительно сенсационное, отвратительное, мерзкое, что-то такое, что заставит Джей Си снять пелену с глаз, то стану его спасителем, а это сделает счастливым нас обоих снова. Получалось это у меня, пожалуй, еще хуже, чем изображать симпатию по отношению к ней. Все, что меня в ней раздражало, не могло отпугнуть влюбленного мужчину. Едва ли он мог согласиться, что ее последний роман – претенциозная чушь, если считал его гениальным, да, к тому же, так считали еще миллионы человек. Или принять всерьез любую мою критику ее внешнего вида или образа жизни, потому что я и себя не считала себя эталоном, по которому стоит оценивать.

Наиболее перспективным объектом для моего порицания были только социальные сети. Маргарет Митчелл буквально жила в них, скрупулезно документируя каждый день своей жизни. Часть ее аккаунтов администрировала отдельная группа специалистов, которым она скидывала фотографии в течение дня, а в одной из сетей сама бесконечно бомбила своими историями.

Став бойфрендом такой активной в публичном пространстве женщины, Джей Си тоже увеличил свою активность в сети. За все время нашего знакомства впервые на его страничке появились фотографии с девушкой. И я была погребена под их нескончаемым количеством. Мне и в дурном сне не могло привидеться, что мой друг станет таким ванильным, таким хрестоматийно влюбленным дураком. То, над чем мы вдвоем смеялись раньше, превратилось для него в ежедневную рутину, и даже мне стало не до смеха, потому что для него это было всерьез. Конечно, это она уговорила его публиковать этот бесконечный парад приторности, который демонстрировал всему миру их идеальные отношения. И он с удовольствием делал это, не смущаясь новой для него публичности ни на секунду.

Казалось удивительным, что, проводя все время вместе с Джей Си, Маргарет находила его и для своей работы, но ей это действительно успешно удавалось. И новая книга, и рекламные проекты, и эффектные профессиональные фотосессии, и работа на съемочной площадке ее первой экранизации – ей удавалось абсолютно все. Мне стоило признать, что мой друг встретил и полюбил идеальную женщину, которая каждый день делала его счастливым, оставаясь практически безупречной. Я сложила меч в ножны и обратилась в стадию депрессии.

До принятия я не дошла. Все произошло несколько раньше.

Джей Си говорил, что ничего не предвещало беды. Мы столько раз и в подробностях разбирали те дни, что даже у меня не осталось сомнений: при всей неопытности Джей Си в настоящих сколько-нибудь длительных отношениях он на самом деле не сделал ничего, что могло бы ее спровоцировать.

Позднее я узнала, что у этого даже есть специальный термин и существуют целые площадки, где люди делятся историями, в которых от цинизма их партнеров у меня холодела кровь в жилах. С моим критически минимальным опытом в отношениях и при полном отсутствии подруг, я и не подозревала, как часто тот человек, который еще вчера говорил, что ты его половина, растворяется в огромном мире так, словно его никогда не было.

Но Маргарет Митчелл не могла просто исчезнуть, даже если очень сильно этого хотела. Слишком публичной была ее личная жизнь. Поэтому когда в один обычный для всех, но далеко не прекрасный день она оборвала их с Джей Си отношения, ей не удалось раствориться в дымке небытия.

Так же, как я все поняла по глазам Джей Си в тот их первый совместный день, так же и на этот раз предчувствие говорило мне, что Маргарет Митчелл не случайно молчит в ответ на звонки и сообщения Джей Си. Она оборвала все контакты с ним, просто проснувшись утром в таком настроении. Ничего не посчитав нужным объяснить и уточнить. Просто: следующий!

Он отрицал то, что Маргарет могла так с ним поступить. Волновался и сходил с ума от неизвестности, атаковал ее ассистентку и социальные сети, но его лишь блокировали или игнорировали.

Эти дни были настолько отупляюще тяжелыми, что даже сейчас, когда я только вспоминаю их и пишу эти строки, руки становятся ватными, а голова начинает болеть.

Как только он понял, что с ней ничего страшного не случилось, что она добровольно и без объективных причин разорвала с ним отношения, даже не потрудившись обсудить их или разрыв, это повергло его в такую пропасть самобичевания, какой я не видела еще ни у кого. Он искал миллион причин, которые могли повлиять на нее, и неизменно их находил. Джей Си мог часами рассказывать, как и когда он поступил не так и сказал не то, хотя любому здравомыслящему человеку все еще не показалось бы это поводом для расставания. И, найдя в себе очередной недостаток, очередной повод для претензии со стороны идеальной женщины Маргарет Митчелл, он мечтал только о том, чтобы она дала ему возможность все исправить.

Мне было тяжело видеть, как им хорошо вместе, но если бы я знала, насколько ужасно он будет переживать разрыв с ней, согласилась бы сама делать все миллионы их совместных фотографий, чтобы вернуть все назад и снова сделать его счастливым.

Отчаявшись получить ответ на свои сообщения, он стал выслеживать ее на мероприятиях, фотографии с которых она продолжала публиковать. Несколько таких подкарауливаний после вечеринок Маргарет удавалось избегать долгих разговоров с ним. Она просила его не усугублять ситуацию, убеждала его, что все кончено и им нечего обсуждать. Но все это она говорила в такой несчастной извиняющейся манере, что Джей Си только сильнее заводился, не веря, что инициатором разрыва по-прежнему оставалась только она и никто ее к этому не принуждал, а он сам – не виноват.

Неделями он изводил себя, Маргарет и, не буду скрывать, меня тоже, пытаясь добиться от нее ответов, но это все не имело никакого успеха. И я сломалась. Я написала ей сама. Если бы Джей Си был таким же эгоистом, как она, он бы и сам попросил меня об этом, но он и так уже чувствовал, что его безотказная жилетка Мад была на грани, наблюдая, что происходит с лучшим другом.

– Маделин, привет! – прощебетала она в телефонную трубку, словно не разрывала каждый день сердце Джей Си на кусочки.