Убитый, но живой
Шрифт:
Небо уже посветлело, и рисовать на улице было хорошо и спокойно. Но не в это утро. Катя рисовала небо из которого на нее смотрели два нахальных глаза. Когда она закончила, то осталась стоять и смотреть на свою работу. Она впитала в память каждую черточку, каждую ресничку, каждый отблеск его глаз. Из ступора, похожего на гипноз, ее вывел шум и крики – это дети шли на предобеденное купание. Катя быстро собрала свои вещи отправилась к себе, на сон ей оставалось всего пара часов, и девушка просто валилась с ног.
Урок прошел как во сне, Катю что-то спрашивали, она что-то отвечала, но тут же забывала, ей хотелось спать. Но больше чем спать ей хотелось увидеть Сашу. Закончив работу, художница собрала свои рабочие принадлежности и отправилась в горы.
***
– Да ты отбитая на всю голову!– Катя встрепенулась от внезапно раздавшегося позади голоса, и поспешно отползла от края. Она заснула, привалившись к камню у самого обрыва. Солнце уже тронуло край воды, прочерчивая на воде невероятно красивый оранжевый след.
– Я хотела нарисовать закат,– Катя указала на горизонт,– правда он прекрасен?
– Да красиво, но разве из твоего лагеря его видно хуже?– Усмешка в голосе была бальзамом на сердце, ей ее так этого не хватало с тех пор, как они расстались почти сутки назад.
– Зеленые горы и море, море, море!– “И ты”, про себя добавила художница,– Это та красота, которая будит во мне страсть и жажду жизни, остальное мелко и не существенно. Работа, дом, университет, все это вгоняет меня в скуку и тоску. Лишь стоя здесь, на высоте птичьего полета, вдыхая запах хвои и соли я чувствую себя живой и по-настоящему счастливой.
–О как.– В голосе не было привычного сарказма над пафосностью сказанного, а лишь недоумение, словно кролик расправил крылья и взлетел в небо.– Так ты у нас значит романтик?– Саша попытался вернуть голосу насмешливый тон, но у вопрошающего явно не получилось вложить в него всей желаемой издевки, и серьезность незвано прорвала напускную небрежность. Катя улыбнулась.
– Хуже, я художник, ну по крайней мере пытаюсь им стать. А это не лечится разбитым сердцем и возрастом, как обычная женская романтичность. Моя первая учительница сказала мне, что я либо умру во время рисования, или сопьюсь.
– Ага, и из страха перед пьянством, ты решила поскорей угробить себя за творчеством?
– Согласись, сверзнуться со скалы, молодой и красивой, как то привлекательнее, чем валяться в луже собственной блевотины среди пустых бутылок в каком-то бомжантике.– Александр поморщился.
– Да детка, тебе явно надо что-то делать со своей фантазией художника, лучше б ты была просто романтиком и представляла пьянство как сидение у окна с бутылкой виски, и созерцание дождливого неба.
– А, я поняла, среди нас двоих все же затесался романтик, и это явно не я! – Мужчина рассмеялся, впервые смех был не высокомерный и не саркастичный, он был искренний и веселый, вызвавший в теле девушки какую-то ранее неведомую сладкую дрожь, накрепко отпечатываясь глубоко в памяти.
–А ты чертовски проницательная, да?– В улыбке снова заиграло нахальство, но теперь оно казалось дружеской шуткой.– Хорошо, надеюсь сегодня не заблудишься? Я бы пригласил тебя зайти, но я не один, не знаю как ты, но думаю Леська не поймет, если я предложу секс втроем. Пока она готовит ужин, решил проведать свою непутевую поклонницу, как оказалось не зря.– Он сунул девушке что-то в руку.– Там мой телефон, если опять соберешься избегать алкоголизма в моих горах, лучше позвони, чтоб я мог тебя спасти. Бывай.– Он хлопнул девушку по плечу и зашагал прочь. Катя судорожно сжимала бумажку, глядя как он удаляется, а в ушах все еще звучало, “я не один… Леська…секс”. “Чего я ждала, почему меня так ранит мысль, о другой женщине в его объятиях!?” Катя рассчитывала, что увидев Александра в обычной ситуации, отойдя от вчерашнего потрясения, ее неуместные мысли о нем пройдут, ох какой ошибкой было так думать! Расстроенная и разбитая девушка направилась к себе в лагерь, жалея, что у нее нет собственной комнаты, где можно было бы спрятаться от чужих глаз.
Глава 3.
Следующий день, и последующие два тянулись бесконечно, Катя разрывалась между желаниями увидеть Александра и забыть его. На четвертый день девушка решила просто пойти на место их встречи, в надежде встретить его там. Поднявшись на место, она вдохнула аромат, наслаждаясь чувством свободы, ей хотелось взмыть вверх и лететь над морем. Художница оставила на камне все свои вещи и подошла вплотную к обрыву, адреналин заполнил вены, ветер делал ее неустойчивой. Художницу охватил животный страх, но она и не думала отступать, ужас захватил все ее мысли, веля бежать прочь, из ее груди вырвался истеричный смех. Вдруг неведомая сила увлекла ее прочь от обрыва, швырнув на землю, дальше от края.
– Что это было?– В привычно насмешливом голосе не было и нотки веселости, зато явно читался гнев и возмущение.
– Я не собиралась ничего такого делать, если ты подумал… я просто хотела… немножко адреналина, и все. Мне было скучно.
– Ты чокнутая, знаешь, а с виду так и не скажешь, я сперва подумал, что ты папина дочка, задрот и зануда.
– Я не…– девушка тряхнула головой, ее красивое личико перекосило от смеси эмоций, мужчина почувствовал, что затронул какую-то очень больную тему, но решил не останавливаться, его переполнял гнев на эту дуру.
– Я не.– Передразнил Саша девушку, сидящую перед ним на земле.– Я тебе уже говорил, что это мои горы, я серьезно, это мой участок земли, и я не собираюсь из-за тебя таскаться по судам и тюрьмам.
– Это будоражит и вдохновляет меня, я вовсе не думала…
– Я заметил, а хорошо бы попробовать.
– Зачем ты пришел?
– Парни сказали, что какая-то дура собралась прыгать со скалы, и я сразу догадался…
– Я не собиралась никуда прыгать! Мне просто было скучно!
– Ахренеть! Ты не слышала о такой вещи как алкоголь и вечеринки? Это как раз на случай когда людям бывает скучно!– Девушка встала и небрежно пожала плечами.
– Я что-то такое слышала, но меня это не привлекает.
– Зато привлекают прыжки со скал?
– Я не…
– Ой, заткнись.– Александр схватил собеседницу за предплечье и потащил в сторону своего дома. При приближении все лучше становилось слышно музыку и звуки веселья.– Сейчас ты будешь пить и веселится, как все нормальные люди, и надеюсь больше не видеть тебя на этом проклятущем склоне.
– Я не пью, никогда…
– Боишься предсказаний своей учительницы? Лучше внимательней разбери пункт с самоубийственным художественным вдохновением.
– Это вовсе не…
– Не хочу больше ничего слушать, я спасаю тебя в третий раз, и за это ты моя должница, так вот в счет уплаты долга требую, чтобы ты нормально напилась, и, возможно, с кем-нибудь перепихнулась.
Когда они пришли Катя поняла, что это не просто дружеская тусовка, народу было не меньше сорока человек, некоторые лица она знала по лагерю. Приблизившись к дому, Саша наконец отпустил ее, подтолкнув к входу. К Саше тут же подлетела какая-то девушка, и жадно поцеловала.