Убийца из ФБР
Шрифт:
Это придаёт некоторую достоверность жалобе Шелби, что полиция несерьёзно отнеслась к розыскам Сьюзен. В подразделении больше занимались другими делами, и прошло несколько месяцев, прежде чем они вплотную сосредоточились на исчезновении Сьюзен.
— Она просто была не настолько важной птицей, чтобы они ради неё пошевелили булками, а тут ещё этот Марк Патнем – "важняк" из ФБР, которого они боялись допрашивать, — позже объяснила Шелби.
В то время ей не приходило в голову, что у полиции штата Кентукки имелась специальная процедура, которой необходимо было придерживаться, прежде чем вызывать Патнема на допрос. Они должны были предпринять все необходимые шаги, собирать максимум улик и устранить других возможных подозреваемых, прежде чем всерьёз браться за Патнема в качестве главного подозреваемого. В конце концов, у полиции штата Кентукки почти не было весомых доказательств: ни трупа, ни свидетелей. Нужно было быть достаточно уверенным в своих подозрениях, прежде чем выдвигать такое серьёзное обвинение против федерального агента.
Шелби, по-прежнему ежедневно общавшаяся с Роном Пулом, напомнила ему, что в одном из последних телефонных разговоров с сестрой Сьюзен упомянула, что они с Марком уехали из мотеля и отправились в Вирджинию оформлять какие-то документы. Шелби подумала, что Сьюзен, возможно, в Вирджинии; Марк мог спрятать её там. Но Рон сказал ей, что расспрашивал Марка о поездке в Вирджинию, но Патнем отрицал, что Сьюзен куда-либо с ним ездила.
Патнем, уже вернувшийся на работу во Флориду, неоднократно подтверждал полиции штата Кентукки, что готов “в любое время” прилететь ради проверки на детекторе лжи. Тем временем Рон Пул не смог ни найти Сьюзен, ни вытянуть из Марка ничего полезного, а заодно на него пала тень от исчезновения Сьюзен.
В какой-то момент Пул сказал Шелби:
— Знаешь, на меня уже тут начинают косо смотреть. Каждый раз как я говорю Марку о полиграфе, он меняет тему. Я сказал ему, что сам готов пройти проверку на детекторе лжи, и попросил его тоже пройти эту проверку, чтобы можно было продолжить расследование, но Марк только отмахнулся…
Глава 12
К концу августа Шелби поняла, что для поисков сестры не делается ничего. В гневе и отвращении она позвонила капитану полиции штата Кентукки Гэри Роузу и пригрозила обратиться в СМИ, если Патнем не пройдёт проверку на детекторе лжи. Роуз объяснил ей, что для проведения тщательного расследования нужно больше времени, и попросил потерпеть.
Но Шелби настаивала:
— Ну, а почему нельзя показать фотографию Сьюзен по телевизору? Так всегда делают, когда кто-то пропадает!
Капитан Роуз оставался непреклонен. Он сказал, что полиция штата находится в постоянном контакте с ФБР и что любое освещение в прессе обесценит всю их работу.
Гэри Роуз, капитан полиции штата Кентукки
Но Шелби на это не купилась. Она выяснила, что в прокуратуре округа Пайк ничего не знают о деле Сьюзен Смит, и полагала, что Роуз сознательно им не занимается. Она жаловалась, что полиция штата Кентукки тянет время, и настаивала на том, чтобы газеты напечатали фотографию Сьюзен — по крайней мере, это было бы уже что-то, убеждала она.
Роуз сказал Шелби, что нужно сначала проверить Кеннета Смита на детекторе лжи, а потом уже вызвать Марка Патнема. В конце концов, сказал он, Шелби передала полиции фотографии Сьюзен, всю в грязи, и информацию об ордере, который Сьюзен получила на Кеннета в мае 1989 года. По словам Роуз, Кеннет Смит считается главным подозреваемым, и его до сих пор не проверили на детекторе лжи. Кеннет Смит должен приехать в Пайквилл для проверки на детекторе лжи, напомнил он ей.
В последующие месяцы казалось, что ничего особенного не делается для ускорения розысков Сьюзен Смит. Периодически Шелби звонил полицейский диспетчера из Пайквилла и спрашивал, знает ли она, где Кеннет, видела ли она его. Шелби не могла понять, почему не могут найти Кеннета Смита. Ей казалось, что полиция только тянет время.
Шли месяцы, Шелби ждала, что кто-нибудь позвонит и даст какие-то ответы. Она была не в состоянии сосредоточиться ни на чём другом. В отчаянии она закрыла свой салон красоты и подсела на антидепрессанты. Она вызывала в воображении образы Сьюзен, отчаянно пытаясь поверить, что сестра жива. И она не теряла контакта с Роном Пулом. В какой-то момент Пул позвонил ей и сказал, что был у гадалки. Та сказала ему, что Сьюзен “где-то далеко-далеко”. Звонок Пула несколько обнадёжил Шелби. Она подумала, что Сьюзен, возможно, просто прячется и может в любой момент появиться.
В смятении Шелби думала, что сходит с ума, и начала ходить к психологу, говоря, что одержима желанием найти Сьюзен. Сестра уже начала ей сниться: вот Сьюзен взбирается по склону, тянется к ней, а затем снова проваливается в темноту, прежде чем Шелби успевает её схватить. Действительно, жизнь Шелби превратилась в один сплошной кошмар, которому не виделось конца.
Тем временем брат Сьюзен, Билли Джо, тоже неустанно разыскивал Сьюзен: расспрашивал, показывал незнакомым людям фотографию Сьюзен, проверял, была ли она в Вирджинии или Западной Вирджинии. Он даже следовал за машинами через границы штатов всякий раз, когда замечал внутри кого-то, похожего на Сьюзен. Вскоре несколько человек из Фриберна придумали истории о том, что видели его пропавшую сестру, что только усугубило ситуацию. Слишком много людей из этого района хотели сыграть свою роль в драме о пропавшем человеке. Слишком многие утверждали, что что-то знают, а на самом деле лгали.
К середине ноября 1989 года, когда Сьюзен должна была родить ребенка от Патнема, Шелби была почти уверена, что сестра мертва. Между тем полиция, к её возмущению, почти ничего не предпринимала. Каждые несколько недель ей звонили из полиции со словами, что обновляют дела, и спрашивали, получала ли Шелби известия от сестры.
— Нет, не получала, — раздраженно отвечала Шелби. – Вроде, это ваша задача её искать.
Затем, как раз когда приближался день Благодарения, произошло нечто странное, изменившее дело и почти остановившее расследование: поступило сообщение о том, что Сьюзен Смит несколько раз звонила Джози Торп, одной из своих подруг во Фриберне.
Когда Торп рассказала, что Сьюзен звонила и спрашивала о Кеннете и детях, новость разошлась по долине Таг подобно лесному пожару. Как только Шелби услышала это, она сама поехала и расспросила Торп.
— Я слышала, тебе звонила Сьюзен! Это правда, Джози?
— Она назвалась Сьюзен, — подтвердила Торп.
— Ты спрашивала Сьюзен, почему она мне не звонила? — спросила Шелби.
— Она сказала, что у неё твоя цепочка и твои серьги. Она боялась, что ты рассердишься на неё, поэтому собиралась немного подождать перед звонком тебе, — ответила Торп.
— О чём она говорила? Ты знаешь, где она?
— Нет, когда я спросила, где она, она повесила трубку.
— Зачем она тебе звонила? — выспрашивала Шелби.
— Она сказала, что оставила какую-то одежду в мешке для мусора у тебя дома, какие-то брюки на резинке, достаточно большие для меня. И сказала, что у неё есть немного оранжевого лака для ногтей, который ей не нужен. Она велела мне заехать к тебе и сказать, чтобы ты отдал мне этот мешок. Она сказала, что я могу его забрать.
Когда Торп упомянула оранжевый лак для ногтей, Шелби пришла неожиданная мысль, что Сьюзен действительно жива. Насколько она помнила, никто другой не знал об этом ужасном оранжевом лаке для ногтей. Должно быть, звонила правда Сьюзен.
Сердце Шелби бешено колотилось, когда она помчалась домой звонить Рону Пулу, всё время вспоминая, как они со Сьюзен смеялись над этим лаком для ногтей. Шелби высмеивала Сьюзен за то, что та красила им ногти перед встречами с Марком. Вскоре Сьюзен выбросила лак в мешок со старой одеждой, сказав Шелби, что та была права, цвет ей не идёт.
И как только Рон Пул узнал о звонке Торп, он отправился к Джози домой и расспросил её о лаке для ногтей и одежде, но не узнал ничего насчёт местонахождения Сьюзен. После короткого разговора Пул дал Торп свою визитку, сказав ей связаться с ним, если девушка перезвонит.