Чтение онлайн

– Ну?
– Нет, это была вовсе не грубость. Просто милая Альма давала понять, что не собирается рассусоливать.

– Я хотела бы задать несколько вопросов о вашем отце, если не возражаете.

Альма пожала плечами:

– Валяйте.

– В каких вы были отношениях?

Она снова пожала плечами:

– В нормальных.

– Ваша мать говорит, что вы с отцом хорошо ладили.

– Ей хотелось так думать.

– Значит, это неправда?

– И да и нет.

Альма поелозила в кресле, и раскрытая книга с шумом упала на пол. Она, казалось, ничего не заметила.

– Послушайте, мне очень жаль, что приходится вмешиваться в вашу личную жизнь, особенно в таких обстоятельствах, но моего клиента, юношу примерно вашего возраста, ложно обвинили в другом убийстве. И от того, будет ли найден убийца вашего отца, зависит судьба мальчика.

Я тут же пожалела о сказанном. Теперь Альма разразится градом вопросов, а отвечать мне совсем не улыбалось. Да и времени нет. Но я напрасно беспокоилась.

– Ладно, значит, интересуетесь, какие у меня были отношения с папиком? Он ушел, когда мне было восемь. И с тех пор я возненавидела его всем сердцем.

Не знаю, что подействовало на меня сильнее: искренность этого признания или обыденный тон, которым оно было сделано.

– Но вы ведь часто виделись с ним, - промямлила я, немного придя в себя.

– Ага. Это мама вечно заставляла меня таскаться к нему.

– Но вы ведь навещали его, даже когда повзрослели и могли отказаться.

– Ага. Но к тому времени мне уже было на него начхать. Да я и привыкла, так что почему бы не встретиться с папиком.

– Вы перестали его ненавидеть?

– Ага. Но и любовью к нему не прониклась. Наверное, просто научилась его терпеть.

– Когда вы видели его в последний раз?

– В воскресенье.

– В прошлое воскресенье?

– Ага.

– И как вы провели тогда время?

– Сначала таскались по какому-то задрипанному музею, а потом пообедали. В итальянской забегаловке. Названия не помню.

– Вдвоем?

– Понятное дело, вдвоем.

– Как вы относились к Селене Уоррен?

– Ну, раз он считал, что ему с ней лучше, то мне-то какое дело.

– Значит, вы не испытывали к Селене неприязни?

– Я ничего к ней не испытывала. Честно говоря, я вообще о ней не думала.

– А ваша мама сказала, что вам было неприятно, что миссис Уоррен живет у вашего отца.

– Небось вбила себе в голову, что мне должно быть неприятно.

– Но насколько мне известно, первое время после того, как Селена поселилась в квартире вашего отца, вы избегали ходить туда.

– Просто тогда у меня были экзамены, только и всего.

– Альма, вам известно, что ваш отец составил новое завещание?

– Я даже о старом ничего не знала.

– Но вы ведь знали, что он недавно получил в наследство большие деньги?

– Да плевать мне на деньги!

– Это правда. Никого деньги не волнуют меньше, чем Альму, - пропищала Тесс со своего места на полу.

На мгновение я оторопела. Совсем забыла о ее присутствии.

– Это потому, что вы еще очень молоды, - отшутилась я.

– Деньги - это дерьмо!
– с пафосом объявила Альма.
– Все несчастья в мире из-за них. Как вы думаете, зачем Селене понадобился мой папик?

– Так вы все-таки знали про деньги?

– Да знала, конечно. У вас все? А то у меня еще полно дел.

– Я вас долго не задержу. Но была бы очень признательна, если бы вы сказали, где находились в ночь убийства.

– Ходила с мамой в киношку, в "Биограф". Фильм начался в четверть десятого. А до этого мы с Тесс поужинали в заведении на углу Тридцать третьей улицы и Второй авеню. Мы закончили примерно в половине девятого, и я отправилась к кинотеатру.

– А после фильма?

– Послушайте, мама наверняка вам уже все сказала, так к чему задавать мне те же вопросы? Мне действительно надо заниматься.

– Обещаю, что скоро уйду. Но у меня такая работа - все проверять. Вы мне очень помогли. Если вы уделите мне еще всего две минуты...

– Ладно. Но только две минуты!
– Для Альмы "две минуты" означало вовсе не фигуру речи. Я чуть ли не слышала, как у нее в голове тикают часы.
– Что еще вы хотите узнать?

Я невольно перешла на скороговорку:

– Что-вы-делали-после-кино?

– Пошли с мамой к ней домой. Она отвратительно себя чувствовала, поэтому я осталась у нее ночевать. Ушла около десяти утра, забежала сюда за учебниками. В двенадцать у меня начинались занятия. Я учусь в Нью-Йоркском университете.

– Во сколько вы добрались до маминой квартиры?

– Где-то около полуночи, наверное.

– Кино вам понравилось?

По сей день не могу понять, зачем задала этот вопрос. Может, хотела нащупать в девушке что-то человеческое.

Вопрос ее удивил. И насторожил.

– Ага.

– "Рождение звезды", не так ли?

– Ага.
– Тревога ее с каждой секундой становилась все более отчетливой.

– Я видела его много лет назад, и мне он тоже очень понравился. Помню, что прямо на следующий день пошла в музыкальный магазин и купила альбом с песней "Мужчина, который исчез". До сих пор мороз по коже, когда ее слушаю. Второй такой Джуди не будет, не правда ли?

У меня перехватило дыхание, как всегда случается, когда я думаю о своей любимой актрисе.

– Джуди?
– повторила Альма.

– Джуди Гарланд*.

< * Джуди Гарланд (1922-1969) - киноактриса и певица, мать Лайзы Минелли >

Да что такое творится с этой девчонкой?

– Дело в том, что в фильме "Мужчину" пела не Джуди Гарланд, - сообщила Альма, бросив на подружку быстрый взгляд.
– А Барбра Стрейзанд. Мы смотрели римейк.

Я поняла значение этого взгляда. Альма гордилась, что избежала расставленной ловушки. Но все дело в том, что я не ставила никаких ловушек, просто пыталась поделиться приятными воспоминаниями.