Убийство и рождественский пирог
Шрифт:
— О, конечно. Это клиентка, которая покупает мой чай. Камилла Кортини. Улыбка немного померкла, и Микеле внезапно стал очень занят, приводя в порядок свой стол. — Ну, это мило, что она так поступила. Я уверен, что вы, должно быть, слышали о ее муже.
— Конечно.
— Я удивлен, что вы пришли сейчас, после того, что… э-э… произошло.
— Ну, честно говоря, я собиралась прийти пораньше, но затянула, а с близким наступлением Нового года я подумала, что было бы разумно сделать этот шаг сейчас. Однако, — лицо Микеле, слегка расслабившееся, снова напряглось. — Мне интересно, как вы справляетесь с делами в свете смерти Дечио.
— Могу вас заверить, что у наших клиентов не возникнет никаких проблем. Конечно, у нас будет переходный период, и я уже прощупываю почву в поисках нового финансового консультанта на его место, но я могу обещать вам, что мы сделаем все возможное, чтобы все произошло максимально безболезненно и плавно для наших клиентов.
— О, я очень рада. Наверное, это стало для вас большим шоком, я имею в виду случившееся с Дечио.
— Да, это был шок, — Микеле поправил шикарный галстук. — Когда кто-то долго болеет, к мысли о потере привыкаешь, а в таких обстоятельствах… я хотел закрыть офис на несколько дней, но клиенты не должны страдать. И мне самому легче заниматься работой, чем сидеть дома и думать о Дечио и о поиске нового партнера.
— Я даже не представляю, что могло произойти… И хотя я не особенно близка с Камиллой, я лично не могу поверить, что она как-то связана со смертью мужа.
Улыбка Микеле застыла. Он снова начал возиться с предметами на своем столе, перекладывая и переставляя их.
— Насколько хорошо мы знаем кого-либо на самом деле? Возможно, каждый из нас способен на насилие при определенных обстоятельствах… О, конечно, я не о себе, это же очевидно. Но… я хорошо знал эту семью, даже был шафером на свадьбе.
— Проблемный брак?
— А у кого нет проблем? Но я лишь хочу сказать, что трудно на самом деле знать, что происходит внутри брака, когда ты смотришь на него со стороны. На первый взгляд они казались достаточно счастливыми, но…
— Но зачем Камилле причинять боль Дечио?
Деловой партнер не может не знать о романе, возможно, Бритни не раз заходила в офис, например перед совместным обедом или поездкой куда-то.
— Я уверен, что полиция разберется. У вас есть еще вопросы о наших услугах?
Похоже, разговор о Дечио и Камилле закончен. Николетта выпрямилась, взяла сумочку и бросила взгляд на фотографию в рамке на столе консультанта. Убирая на столе, он случайно сдвинул рамку так, что теперь фотография была видна посетительнице.
И замерла, моргая. Этого не может быть!
— Синьора? С вами все в порядке?
У Николетты пересохло во рту. — Простите, это ваша жена?
Микеле взглянул на фото, словно там мог оказаться кто-то другой.
— Да, Это Бритни.
— Очень красивая…
Дечио спал с женой своего делового партнера? Ничего себе! Может быть, Виола что-то спутала? Но спутать такое имя…
— О, да, — с гордостью ответил Микеле. — Она владеет фитнес клубом в деревне. Вы не встречались?
— Да, мы обсуждали сотрудничество, мои настойки и чаи в ее клубе.
— Прекрасная идея!
Николетта поблагодарила за уделенное время и шагнула к двери.
— Приятно познакомиться, синьора. Я надеюсь, вы не позволите текущим… э-э…неприятностям отговорить вас от использования наших услуг.
Он протянул руку, горячую и крепкую. Неприятно крепкую. Словно он намеренно сжимал ее руку. Николетте показалось, что глаза Микеле странно заблестели, чисто как у злодеев в старых фильмах. Она вспомнила, что кроме них двоих в офисе никого нет, вырвалась и распахнула дверь.
— Конечно, нет. Это ведь не ваша вина, что Дечио умер, верно?
Глаза Микеле расширились, челюсть отвисла. Еще мгновение они пристально смотрели друг на друга.
— Простите… неудачная шутка.
На улице Николетта ругала себя последними словами. Неприятностей захотела? Зачем открыла рот? Но в этой глупости был смысл. То, что она увидела в глазах Микеле стоило риска. Под шоком от неожиданности было что-то еще. Очень похожее на страх.
— Погоди, давай сначала. У Дечио был роман с женой его делового партнера? И мы еще чему-то удивляемся?
Пенелопа распылила муку на столе, собрала в кучку, сделала в середине воронку.
— Паста?
— Имбирный пряник. И соленый пирог, torta salata.
— С чем? — Рот Николетты сразу наполнился слюной.
— С копченой грудинкой, сыром и картошкой. Не стой столбом, ты мне мешаешь. Иди, позвони на ферму. Номер телефона в книжке на столе.
Виола сняла трубку после двух гудков и ужасно удивилась:
— Ты хочешь сказать, что не знала, что Бритни — жена Микеле?
— Как я могла?
— Ну, я просто подумала, что ты знаешь.
— У них разные фамилии.
— О, — Виола смутилась. — Я… Ты же знаешь всех в деревне, разве нет? Мне нужно было тебе рассказать?
— Если мы взялись помочь, нам надо знать все. Иначе мы можем что-то испортить и даже не узнать об этом.
— О, конечно. Я должна была об этом подумать. Прости меня.
— Все в порядке. Только, пожалуйста, ничего от нас больше не скрывай.
— Ты что-то сказала Камилле? — в голосе напряжение.
— Какое это имеет значение?
— О, значит не сказала?
— Почему это так важно?
Виола вздохнула с облегчением. — Она не любит говорить об этом, как ты можешь себе представить. Это расстраивает ее. А сейчас она и так достаточно расстроена. Так что, если ты не против… — Ее голос затих.
— Я ничего не скажу. Есть что-то еще, что я должна знать?
В голосе нерешительность. — Я… Я так не думаю. Но дай мне подумать об этом и если что я позвоню.
Николетта повесила трубку, уверенная, что Виола рассказала не все. Но что она скрывала? И почему?
В кухне Пенелопа поставила на стол две чашечки кофе.
— Это странно. Может быть, Камилла все-таки виновна.
— Возможно. Но и Микеле вел себя так, будто ему было что скрывать. И у него тоже был мотив. Так же, как и у Камиллы.
— Ты предполагаешь, что Микеле знает о Дечио и своей жене. Но это не Сицилия, здесь за это не убивают. Особенно мужей.
Николетта упала на стул и залпом выпила кофе.