Чтение онлайн

— Всегда пожалуйста, — серьезно ответил он.

Лена невольно рассмеялась:

— Обменялись любезностями, и хватит.

Бен тоже рассмеялся:

— Хорошо, скажу по-другому: еда отпад, круто посидели.

— Да. Согласна по всем пунктам. Нужно будет повторить, когда я приеду во Фленсбург. Или, может, ты еще бываешь в Киле, прекрасной столице земли Шлезвиг-Гольштейн?

— Давай поступим так: сначала поужинаем во Фленсбурге, потом в Киле, а в третий раз встретимся где-нибудь посередине. Может, во Шлезвиге? Там очень мило.

— Не беги впереди паровоза, — улыбнулась Лена. — Давай пока договоримся на Фленсбург.

— Отлично. В выходные ты, наверное, занята, поэтому давай планировать на будни. У меня редко бывают ночные дежурства, так что в течение недели я свободен по вечерам.

Лена хотела было ответить, что они могут встретиться в субботу или в воскресенье, но потом вздрогнула и испуганно замерла: на мгновение она забыла, кому принадлежат ее выходные.

— Да, конечно. Разберемся ближе к делу, — наконец выдавила она.

— Прости, — пробормотал Бен, заметив ее реакцию. — Я ляпнул что-то не то, да?

— Все в порядке, — поспешила заверить его Лена, но вдруг осеклась и тихо прибавила: — Нет, это не так. Ничего не в порядке. Зачем я тебя обманываю?

— Лена…

— Однажды ты сказал, что я — детектив до мозга костей и ты не можешь представить, чтобы я занималась чем-то другим.

— Может быть, не помню.

— Зато я прекрасно помню. И ты был прав. Что мне делать на Амруме? Выдвинуть свою кандидатуру на должность деревенского шерифа?

— Пусть твой возлюбленный переедет в Киль. Или вы можете переехать куда-нибудь еще. Миллионы людей так делают. Решение найдется, все будет хорошо.

— Уехав с Амрума, Эрик зачахнет, как цветок в пустыне. Заманчивые перспективы, не правда ли? Либо он зачахнет, либо я мутирую в милую домохозяйку с выводком детей. Осталось решить, какой вариант выбрать. Что думаешь? Может, бросить монетку? Да, монетка — это выход. Быстро и радикально. Почему бы не отдать все на откуп судьбе? Скажи уже что-нибудь! Друг ты мне или нет?

Лена закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Что на нее нашло? Ее язык словно зажил собственной жизнью.

— Я просто молодец, — простонала она. — Испортила нам все настроение. Прости, что тебе пришлось это выслушивать.

— Зачем еще нужны друзья? — Бен попытался ее успокоить. — К тому же ты права. «Все будет хорошо» — просто красивая фраза, от которой никакого толку. Знаешь, сколько раз я ее слышал?

— Десять? Сто? Больше?

— Я сбился со счета в первую очередь потому, что сам ее повторяю. «Все будет хорошо», — говорю я себе, своей жене, родителям и, наверное, скоро начну говорить и детям.

— Думаешь, я слишком драматизирую? — спросила Лена.

— Я не знаю твоего Эрика, но раз ты говоришь, что он не городской житель и не сможет жить на материке, значит, так оно и есть. Он сам выразил желание переехать в Киль?

— Да. Я бы никогда не осмелилась такое предложить. Да, Эрик сам выразил желание переехать в Киль. Он давно хотел поговорить со мной о совместном будущем, но я каждый раз ухожу от разговора. То я слишком устала, то у меня нет времени. Я — мастер придумать отговорки. Да и сбегать я умею.

Бен пожал плечами и усмехнулся:

— Насчет последнего согласен. Вчера я даже собрался звонить в полицию, чтобы сообщить о твоем исчезновении.

— Отличная идея! Возможно, так я найду себя. Федеральный розыск, листовки с фотографией, ориентировкой и примечанием, что я вооружена и очень опасна.

— Хорошо, — фыркнув от смеха, сказал Бен. — Попробовать стоит. С утра и займемся. Нужно хорошо продумать текст и… — Он осекся под взглядом Лены. — Что?

— Пойдем отсюда, — попросила Лена. — Мне нужно выйти на свежий воздух. Пойдешь со мной на пляж?

— С удовольствием, — сказал Бен, поднимаясь из-за стола. — Иди вперед. Я сейчас заплачу и догоню.

Они гуляли по пляжу так долго, что начало смеркаться. Ветер стих.

— На днях я встретила своего отца. Он был на пароме.

— Оу…

— Он вдруг возник у меня за спиной и заговорил со мной. Он попросил у меня прощения. Хотел примириться.

— А ты не хотела?

— А ты бы на моем месте хотел? Я рассказывала тебе, что произошло. Я не собираюсь прощать его лишь потому, что это было давно…

— Что ты почувствовала после встречи?

— Понятия не имею! Мне плевать на отца. Я полжизни прожила без него. Он всегда был занят, его никогда не было дома… Кто знает, сколько лет он изменял матери… Только не говори, что он мой отец, а кровь не вода!

— Я и не собирался. Если ты решила порвать все связи, то это твое дело. Если сомневаешься, то я бы на твоем месте согласился поговорить. Может, не сразу, а когда-нибудь потом.

— Ты обратил внимание на то, что отец Мартина Раймерса абсолютно уверен в невиновности своего сына?

— Да, обратил. Его уверенность произвела на меня впечатление.

— Он не может знать наверняка, виновен ли Мартин, но все равно готов ради него в огонь и воду. Да, на меня его уверенность тоже произвела впечатление.

— И все же Мартин может оказаться убийцей. Сейчас многое говорит против него.

— Да, улики указывают на то, что убийца именно он. Но как мне кажется, господину Раймерсу все равно. Думаю, он не откажется от Мартина, даже если тот виновен.

— Я бы не был так уверен.

— А я уверена.

— Почему ты вспомнила сейчас о деле?

— Отец Марии напоминает мне моего отца, — задумчиво сказала Лена.

— А Мария напоминает тебе себя?

— Я не была в таком уязвимом положении. У меня было много друзей, любящая мама, тетушка Бекки. Наши ситуации нельзя сравнивать. Но я могу представить, под каким давлением находилась Мария.

— Значит, Мария все-таки напоминает тебе себя.

— Не буду тебя переубеждать. Я это к чему: не думаю, что Мария ненавидела родителей. Семейные фотографии, которые она хранила, говорят сами за себя. — Помолчав, Лена добавила: — У меня почти нет маминых фотографий, а на тех, что есть, мы всегда втроем, с отцом. Мне его вырезать? Но так делают только в плохом кино. У тебя есть фотографии родителей?