Чтение онлайн

— Доналда? Парень не влип в неприятности? Он рассказывал нам об этом убийстве…

— Нет, с ним все в порядке, не беспокойтесь. Я просто хочу знать, когда вы в последний раз его видели.

— Ну, он был тут до вчерашнего вечера. Уехал только в пятнадцать минут девятого. Мы не думали, что он приедет, но жене стало плохо в пятницу… у нее проблемы с сердцем, у бедняжки. Он приехал часам к пяти и пробыл тут все выходные. Рад сказать, что ей лучше. С сердцем никогда нельзя понять, сколько все продлится. Иногда приступ проходит через пару часов, а иногда несколько недель нельзя вставать.

— Понимаю. Большое спасибо, мистер Маккей. Я просто хотел проверить. Да, с ним все в порядке. Он здесь… да, я передам… До свидания. — Генри положил трубку и широко улыбнулся Доналду: — Прошу прощения. Вы действительно сказали правду. Ваш отец велел передать вам, что вы забыли зубную щетку. Он говорит, чтобы вы не покупали новую, он отправит вам ту.

Доналду явно стало легче. Он тоже улыбнулся:

— Ну что ж, я рад, что вы наконец мне поверили. Остается другой вопрос: где Вероника?

— Именно.

Генри пытался рассуждать здраво. В любом случае Вероника ему солгала и уехала по своей воле. Как бы ни была неприятна ему эта мысль, но она исключала возможность того, что ее похитили.

В этот момент телефон зазвонил снова.

— Инспектор Тиббет, — прозвучал знакомый бархатный голос, — это опять Нэнси. Можете прекратить охоту на Веронику.

— Правда? Почему?

— Потому что я знаю, где она. И когда вы сказали, что можете пустить по ее следу полицию…

— Да-да, я понял. Где она? — Генри начал терять терпение. Ему нравилась Нэнси, судя по тому, что он о ней знал, но она могла быть чудовищно медлительной, когда речь шла о чем-то важном.

— Она в гостинице «Белый олень» в Порчестере.

— Порчестер? В Нью-Форесте? Почему ты раньше мне этого не сказала?

— Ну… — Нэнси замялась, — понимаете, она там не одна.

— Правда? — переспросил Генри тоном, не предвещающим ничего хорошего. Теперь ему предстоял разговор с матерью Вероники, и эта перспектива его не радовала. — И с кем же она?

— С Доналдом Маккеем.

— Но… — Генри лишился дара речи. — Откуда ты узнала?

— Ну, — произнесла Нэнси, — мне это было известно с самого начала. Я не представляла, что ответить, когда вы позвонили, так что связалась с Бет — понимаете, она тоже все знала и сомневалась, стоит ли вам говорить, и в конце концов мы решили, что лучше будет вам все рассказать. Бет говорит, что вы такой милый, что поймете ее.

— Я понимаю все меньше и меньше, — сказал Генри. — К примеру, я не понимаю, каким образом Доналд Маккей одновременно умудрился оказаться в гостинице «Белый олень» в Порчестере и на ферме своих родителей в Эссексе.

Доналд, занятый изучением носков своих ботинок, удивленно поднял глаза и начал что-то говорить. Генри нетерпеливым жестом заставил его замолчать.

Нэнси ответила:

— О, это просто, я могу объяснить.

— Можешь? Интересно бы послушать.

— Ну, понимаете, — начала Нэнси, — она получила телеграмму…

— Какую телеграмму?

— Давайте лучше с самого начала. Вечером в пятницу я была на вечеринке, а когда вернулась домой, то застала Ронни в очень подавленном настроении. Она сказала, что они с Доналдом хотели поехать на выходные в Порчестер, но он позвонил и заявил, что все отменяется, поскольку его мать заболела и он вынужден ехать в Эссекс. Однако в субботу рано утром пришла телеграмма. Думаю, она все еще в комнате у Ронни. Хотите, я вам ее прочитаю?

— Да, пожалуйста, — ответил Генри. Зажав динамик рукой, он обратился к Доналду: — Стыдитесь, молодой человек. Через пару минут нам с вами предстоит серьезный разговор.

— Вы слушаете? Я ее нашла. — До Генри донеслось шуршание бумаги, когда Нэнси вынимала телеграмму из конверта. — «Маме лучше могу уехать в субботу встреть меня на Ватерлоо поезд Порчестер одиннадцать восемнадцать люблю целую Доналд».

— Когда ее отправили? — спросил Генри.

— Сейчас посмотрю. — Она на секунду умолкла. — Странно…

— Что?

— Ее отправили в четырнадцать минут девятого, в пятницу вечером. Из Лондона.

— Нэнси, — произнес Генри, — будь хорошей девочкой, возьми такси и привези мне эту телеграмму в редакцию «Стиля».

— Но я сижу в чем мать родила.

— Тогда надень что-нибудь. И постарайся побыстрее. Это может оказаться серьезным. — Генри на секунду задумался и добавил: — И все-таки ты не объяснила, почему Вероника до сих пор не вернулась.

— Ну, я думаю, они решили задержаться. Полагаю, они там хорошо проводят время.

— Доналд в редакции, — сообщил ей Генри.

— Правда? Господи. Тогда где же Ронни?

— Если бы я знал, — сказал Генри, — то был бы просто счастлив. Жду тебя через пятнадцать минут. — Он положил трубку и повернулся к Доналду. — Не буду сейчас говорить вам, что я о вас думаю, — начал он. — Это подождет. Пока ответьте мне, вы посылали Веронике телеграмму в пятницу вечером?

— Нет, разумеется, нет.

— Кто еще знал, что ваша мать заболела?

— Думаю, все в редакции. Отец позвонил мне на работу, и я спросил у мистера Уолша, могу ли уйти пораньше, чтобы успеть на поезд в четыре сорок с Ливерпуль-стрит. Он сказал, чтобы я спросил у мисс Френч, и я отправился к ней. А потом я пошел в отдел моды отнести им макеты и заговорил об этом и там. Бет не было, но остальные меня точно слышали.

— А многие ли, — продолжил допрос Генри, — знали о вашем первоначальном плане отправиться на выходные в Порчестер с Вероникой?

Доналд вновь покраснел.

— Это не то, что вы думаете, сэр, — пробормотал он, — мне очень нравится Ронни. Я ее уважаю и…

— Я сейчас не об этом, пока не об этом, — оборвал его Генри. — Меня интересует, сколько сотрудников знали об этом плане, если не считать Нэнси Блейк и Бет Конноли.

— Боюсь, большая часть редакции.

— Что вы имеете в виду?

— Ну… вы же знаете Ронни. И она целый день только и говорила о наших планах.

— Понимаю, — мрачно ответил Генри, — таким образом, все в редакции, за исключением меня, знали, что вы с Вероникой собираетесь провести то, что в пору моей молодости называли грязным уик-эндом?

— Да… то есть нет. — Доналд несколько осмелел. — Не обижайтесь, сэр, но вы ужасно старомодны.

— В данном случае я этого не стыжусь.

— Нет, сэр, вы не поняли. Я имею в виду, что сейчас многие ездят куда-нибудь вместе, но не спят друг с другом. И то, что вы заподозрили… ну, я могу сказать только, что во времена вашей молодости нравы были весьма вольными. Честно говоря, я несколько шокирован.

— Вы шокированы? — Второй раз за последние несколько минут Генри утратил дар речи. Кроме того, у него появилось чувство, что на этот раз Доналд говорит правду, даже если обо всем остальном он солгал. — Ну ладно. Этот момент подождет. Суть в том, что вы никуда не поехали вместе, если только ваш отец не солгал мне, в чем я сомневаюсь. Вы оставались в Эссексе, в то время как Веронику выманили из дома фальшивой телеграммой, отправленной кем-то, кто знал о ваших планах, то есть кем-то из редакции. Можете идти, но не покидайте здания, вы можете мне понадобиться.