Чтение онлайн

Турл вздернул подбородок, прищурив глаза.

— И почему это?

Я одарила его улыбкой и похлопала по щеке.

— Я так рада, что ты спросил. — Выпрямившись, я повернулась к группе, которая теперь уставилась на меня, забыв о своих картах. — Его поражением было бы признание того, что он одержим ведьмой, которая проклинала его.

Их глаза расширились. Несколько окружающих ухмыльнулись. Парочка хихикнула и склонилась друг к другу в приглушенной беседе. Селестин подняла бровь, глядя на меня, как будто гадая, в какую игру я играю. Без сомнения, она спросит об этом в следующий раз, когда мы останемся наедине.

Но когда я встретилась со взглядом Сефера, в нем не тлела ненависть. Он не был сильно сжат из-за того, что я прикасалась к его друзьям, как это было несколько минут назад.

Нет. Это было что-то совершенно другое. Что-то яркое и удивительное. Чего я никогда раньше не видела ни в аудитории, ни даже от Эрика. Что-то, чего я хотела, но что также заставляло меня корчиться от дискомфорта.

Я ненавидела, что имя ускользало от меня. Еще больше я ненавидела то, что так отчаянно цеплялся за него.

ГЛАВА 39

Победа была таким же афродизиаком для Сефера, как и для меня, потому что он не стал ждать, пока мы доберемся до его комнаты, чтобы проникнуть мне под одежду. В разрушенном дворе с открытым куполом он наклонил меня над замшелыми обломками. Положив одну руку мне на затылок, он задрал платье, прежде чем погрузить пальцы мне между ног. Мои вздохи разносились по холодному пространству и поднимались в ночное небо.

— Скажи мне, что ты сделаешь с убийцей, когда узнаешь, кто это сделал, Зита, — промурлыкал он мне на ухо, кружа по моей щели. Один палец лег на вход сзади.

Кончики моих пальцев погрузились во влажный мох.

— Я убью его. — Я не могла не представить мужчину в роли убийцы, хотя Селестин и Мэйри были потенциальными подозреваемыми.

— Нет. — Его прикосновение замерло, приостанавливая мое удовольствие. — Еще. Расскажи мне подробности. Скажи мне точно, что ты хочешь с ним сделать, когда он окажется в твоей власти, моя злая маленькая ведьма.

Мое сердце бешено забилось, нагнетая жар к коже, несмотря на холодный воздух, ласкающий ее.

— Я заставлю его встать на колени. — Я могла видеть это, мужчину на коленях передо мной, черты его лица были нечеткими.

— Хорошо. — Он погрузился в меня, заставляя меня хныкать в темноте. — Что еще?

— Я буду стоять над ним. — Мой голос был задыхающимся и хриплым, пока он обрабатывал меня. — Я буду смотреть на него сверху вниз и напоминать ему о том, что он сделал.

— Да. Это все. И если бы я вернул тебе твой железный клинок, что бы ты с ним сделал?

Мысль об этом пронзила меня ярким, горячим светом, как тот, к которому меня вел Сефер.

— Железо обжигает таких, как ты, не так ли?

— Это так. — Его хватка на моем затылке ослабла ровно настолько, чтобы он переместил ее на мои волосы. Он потянул, выгибая меня назад, напряжение в этих мышцах усилило напряжение, нарастающее в моей киске, когда его пальцы вошли в нее. — Это ужасно обжигает. Они пострадали бы от одного его прикосновения.

— Тогда я буду ласкать его этим. Его горло, его грудь, его лицо, все места, к которым он мог прикасаться. — Мои глаза горели, но удовольствие во мне разгоралось еще сильнее.

— Такая порочная, любимая. Такая, такая порочная. — Он издал смешок, мрачный, как пустой двор, и убрал пальцы. Я издала жалобный звук, от которого он захихикал еще сильнее. — Терпение, моя жестокая королева. — Он размазал мою влагу по заднему входу, прежде чем вернуться к ритмичным движениям в моей киске и круговым движениям по моему клитору. Он нажал другим палец на моей заднице, не совсем входя. — Что потом, моя маленькая злодейка?

Мое дыхание участилось в приятном предвкушении. Когда в груди, горле и внизу живота стало слишком тесно, как будто он напрягал каждую частичку моего тела, запустив кулак в мои волосы.

— Я произнесу ее имя, когда буду перерезать ему горло, чтобы это было последним, что он услышит. И я попробую его кровь, искупаюсь в ней, и, наконец, я обрету покой, и она тоже.

— Хорошая девочка. — С этими словами он погрузился в мой зад, и это было уже слишком.

Выгибающаяся дугой спина, его прикосновения, вторгающиеся в меня и кружащие по кругу в трех местах, и слова, сказанные с такой неистовой гордостью. Слишком много, чтобы вынести. Слишком много, чтобы сдержать. Я распалась на части у него на пальцах, крича в темноту, потерявшись в ней.

Он развернул меня и прижал к себе, пока я задыхалась от толчков. Облака над головой рассеялись, открыв россыпь звезд, как будто они были кусочками, на которые он меня разломал.

Он ухмыльнулся и поцеловал меня.

— Или, может быть, мне следовало сказать «плохая девочка». — Он прикусил губу и прижался ко мне, вызывая новое удовольствие в моей нервной системе. — Но мне так нравится, когда ты плохая.

— Покажи мне, насколько сильно. — Я потянула за его брюки, потирая очертания его упругости через ткань.

— О, я собираюсь. — Но вместо того, чтобы позволить мне освободить его, он перекинул меня через плечо. — И меня убивает ожидание, но после этого мне нужно трахнуть тебя всеми известными мне способами, а это займет некоторое время. Я не хочу, чтобы у тебя замерзли пальчики на ногах. — Его коготь задел стопу моей ноги, вырвав из меня крик, который перешел в стон, когда он скользнул пальцем в мою киску.

— Сефер. Черт. Что ты со мной делаешь?

— Наслаждаюсь тобой. — Он смеялся, пока нес меня по коридорам, трахая меня пальцами всю дорогу.

К тому времени, как мы добрались до его комнаты, я дрожала на грани очередного оргазма, но каждый раз, когда я была близка к этому, он успокаивал свою руку.

— Что за черт? — Мой голос дрожал от разочарования и чего-то близкого к ярости, когда он швырнул меня на кровать.

— Терпение. — Он рассмеялся, поцеловал меня и вонзил когти в мое платье. Он раздвинул ее рваные края и принял меня так, словно у него было все время в мире, а не просто остановил меня от оргазма.

— Ты истощаешь мое терпение.