Чтение онлайн

– Но здесь несколько селений их тоже... зацепило?

– Да, они тоже попали в район бедствия. Я вам сообщу следующее..., сброс-то был три года назад....

– Как???

– Ну. Были испытания... и весьма неудачно.

– Почему же раньше не проверили? Ведь три года прошло.

– Почему, почему- по кочану. Все вам рассказывать, что ли. Вы в армии, а там лишних вопросов не задают. Сейчас только хватились и решили основательно заняться этой проблемой. А вам, - теперь он обратился к Грише, - по разметкам вашего товарища, начать дезактивацию пораженного района, но примерно через несколько дней. Подготовьте технику и своим маршем до базовой стоянки. Задача ясна?

– На сколько нас загоняют в тайгу?
– спрашиваю я.

– Примерно на месяц. Прапорщики уже предупреждены. Костюмы химзащиты, продовольствие, приборы, палатки уже готовы. Все затаскиваете в вертолеты и вперед. В десять часов взвод должен вылететь.

– А как же я буду делать дезактивацию тайги?
– удивляется Григорий.

– В активных участках рубите лес и дождавшись южных ветров его сжигаете, предварительно прокопав, противопожарные полосы.

– И это все?

– К сожалению, химическая обработка здесь бесполезна. Да и где достать в тайге такое количество воды и химреактивов.

– Но ведь при сжигании радиоактивных отходов, радиоактивная пыль разноситься ветром еще дальше, - не удержался я.

– И пусть разноситься, мы как бы разбавим ее по площади и ничего страшного.

– С селениями-то что делать?

– Жечь.

– А людей?

– Если они там еще есть, в принудительном порядке вывозить в район, в населенный пункт Гайвоти. Последнее что я вам хочу сказать, это методы предосторожности. Не давайте в пораженной зоне людям снимать противогазов и костюмов химзащиты. Когда приходите в лагерь сразу всех обмыть, желательно в проточной воде, технику также мыть. Поэтому первое что сделаете в лагере, это запустите электроустановку и подсоедините насосы. Понятно?

– Там что, еще и отравляющие вещества?

– Если бы кто-нибудь знал. Ясно пока одно. Дышать в пораженной зоне нельзя, защиту от радиоактивной пыли осуществлять обязательно. А теперь, пока.

В вертолете меня так растрясло, что я окончательно пришел в себя. Но когда пришел, то не поверил глазам, среди неряшливых солдатских рож торчали две симпатичные мордашки девушек. Они были одеты как и все в военную форму.

– А вы как сюда попали?
– стараясь перекричать рев двигателя, спрашиваю я.

– Лейтенант Мордвинова, военврач. Приписана к вашей группе для проведения профилактических работ. А это медсестра, старший сержант Поясник, будет мне помогать проводить анализы.

– Но там же опасно. Они что головкой не думают, посылая вас с нами?

– Надо и послали, - отрезала военврач.

Нас высадили на полянке. Солдаты разгрузили вертолеты и те быстро убрались в синее небо.

Я в отчаянии. Не могу по карте привязаться к точке от которой надо вести отсчет отметок зараженных поясов. Тригонометрических пунктов нет, нашей полянке по карте тоже. Мы у берега ручья, а по карте их тысяча. Прапор, который является моим заместителем, меня успокаивает.

– Чи, все то ерунда. Ночью поймаем полярную звезду, уже есть направление, а координату "у" примерно прикинем по солнцу. Здесь, рядом с лагерем течет ручей.

– Таких ручьев по карте тысячи.

– Ну и что. Я заметил, когда летел в вертолете, изгиб большой реки, воуже вторая координата. На изгибе три ручья, какой-нибудь да наш. Ошибемся километров 5 туда, километров 5 обратно, кому все это надо, никому. Больше леса сожжем, если жечь будем и все.

Железная логика победила и мы пошли организовывать лагерь.

Утром взвод нарядился в костюмы химзащиты, натянул противогазы, взяли топоры, флажки, дозиметры, фанерки и рассыпавшись цепью, пошли чесать тайгу... Сначала мы нарвались на "ограждения". Кто-то до нас уже производил разметку зараженных участков. Нас потрясло наличие на деревьях и просто забитых в землю кольях с фанерными щитками, надписей: "Осторожно, зараженная зона! 200 мкр/ч." Но дозиметры вели себя мирно и ни какой радиации мы не обнаружили.

Стрелки дозиметров заплясали через четыре километра. Теперь, по методике прапора, привязываем начало зараженного языка по карте. Застучали топоры. Началась разметка и установка границ с предупреждением на щитах и ограждением из флажков для нормальных людей, что в зону входить нельзя. А мы входим...

Противогаз, глядит черными кругами стекол и мычит.

– Товарищ лейтенант, вас просят пройти влево.

Иду от солдата к солдату, пытаясь выяснить, что произошло.

Это избушка старателей. Запущенное рубленное строение. На дверях намалевано краской: "Осторожно, не входить. Фон 900 мкр/ч." Дверь с трудом поддается и мы проломив нижнюю планку входим в темное помещение. На топчанах два скелета, обтянутых сухой кожей и лохмотьями одежды.

– Проверь дозиметром, - говорю вошедшему за мной солдату.

Стрелки медленно отклоняются на несколько делений, когда подносят датчик к скелетам.

– В норме, около ста, товарищ лейтенант.

– А вокруг?

– Также.

Ружья висят на стенке заряженные, на столе бутылки и котелки. Я обшариваю лохмотья и вещмешки в поисках документов. Ничего.

– Пошли.

Закрываем двери и вешаем на них фанерку с новым указанием фона.

Мы прошли километров 15 и я приказываю возвращаться обратно, прочесав соседний участок. В лесу полно разметанных костей животных с останками шкур и сухого мяса.. Вот лосинные челюсти, толи волчьи, толи лисичьи хребты, а здесь тоненькие птичьи черепушки с развалом веерных перьев. Похоже смерч пронесся над всем живым и ни оставил в покое ни одну букашку.

Странно, даже при ядерном взрыве, такого обвала смерти нет. Все облучившись погибает медленно, а здесь похоже сразу.

В лагере мы шлангами моем костюмы химзащиты, противогазы промываем все в ручье и, убедившись в нормальности фона, вешаем все на просушку. Нас зовут к палатке врача. Девушка, медсестра берет у каждого на анализ кровь, а врач бегло осматривает глазницы, горло, шею и проверяет подмышки.

– Ну как?
– спрашиваю врача.

– Пока все нормально.

– Я ничего не понимаю. Там, в зоне творится непонятное. Столько погибших зверей, птиц, есть даже люди...

– Люди..., - она встряхивается.
– Вы видели мертвых людей?

– Да.

– Скажите своим солдатам, что бы ни один не снимал противогаз. Это очень опасно.

– Куда же мы попали?

– В дерьмо... В ад...

Три дня мечемся по тайге. Пора перемещаться. Снимаем лагерь, переходим на новое место, километров на двадцать, выше по течению ручья.

На пятый день выходим на запущенную и заросшую дорогу. По карте, она ведет в деревню Кваша. Здесь фон 250 мкр/ч. Я разворачиваю взвод и мы чешем вдоль дороги прямо к деревне.