Чтение онлайн

– Но прогресс есть… - вдруг выходит вперед Брайан, прижимая в себе автомат, как если бы его могли отобрать прямо сейчас, - она подчинила урода, он пляшет под ее дудку!

Я не свожу взгляда с командующего Джека и вижу, как его губы искривляются в многозначительной ухмылке.

– Доложите о прогрессе коменданту Эдвардсу.

Несколько военных у стены кивают и быстро уходят.

– Значит, зверя можно приручить, - хмыкает Джек, потирая подбородок смуглыми пальцами, - признаюсь, до последнего не верил, что это подействует, твоя предшественница не справилась.

– Что? – переспрашиваю и стискиваю губы так сильно, что они, наверное, превращаются в нитку. – До меня был еще кто-то?

Джек смотрит на меня долгую минуту почти стеклянными глазами.

– Люди Эдвардса притащили ее год назад, или может даже еще раньше.

– Что с ней стало?

– Идем, - приказывает Джек, разворачивается к нам с Брайаном спиной и принимается идти вдоль длинного коридора.

Смотрю на Брайана, но его лицо становится мрачным – он что-то знает об этом, но рассказывать не собирается. По крайней мере, без приказа.

Решив, что так тому и быть, я иду за Джеком. Он останавливается перед одной из дверей на жилом этаже, неподалеку от моей камеры. Теперь атмосфера тут мне кажется еще более мрачной, какой-то мертвой. Хотя и до этого я привыкла жить в одиночестве в канализации.

Джек засовывает ключ в скважину.

– Она там, - говорит, - внутри, твоя предшественница.

Я смотрю на него напряженным взглядом. Что-то тут не так.

– Был еще один иной, которого вы поймали?

Если того, которого держат в камере внизу сейчас, поймали чуть больше недели назад, то до этого должен был быть еще один, с которым они запирали девушку, что была до меня.

Губы Джека вновь искривляются в ухмылке.

Одна эта гримаса красноречивее любых слов. Это так похоже на коменданта и на этого Джека – пленить одного или двух иных из бесчисленного количества и считать себя победителем.

Для тех, что живут снаружи, такое – мелкие пакости. Если бы пленных иных искали другие пришельцы, наш город уже бы исчез с лица Земли.

Наверное, у этих пришельцев просто нет родственников, которые бы подняли весь свет на ноги, чтобы их отыскать. Или просто связь между иными не такая сильная, как обычно бывает у людей.

Вот почему я всегда была настороже – потому что нами командуют такие люди. Они действуют в интересах своих безумных амбиций, а не людей.

Я не успеваю задать вопрос. Спросить, куда же делся первый пленник.

Джек открывает дверь и мне в нос сразу же дает запахом экскрементов. Зажав нос рукой, я жду, пока командующий зайдет в камеру, и только тогда иду за ним – не хватало еще, чтобы меня и здесь заперли.

От тусклого огня двух свечей исходит мало света, но я разглядываю сжавшуюся фигуру небольшой женщины, сидящей у изголовья кровати. Она зажата в угол, лицо притиснуто к коленям. На руках искусанные ногти. Запутанные волосы черными немытыми локонами спадают на плечи.

– Вот, что случилось, она обезумела, - комментирует Брайан за моей спиной.

– Как это произошло? – тихо спрашиваю я.

Кажется неправильным, что меня привели сюда, посмотреть на нее, как на обезьянку в цирке.

А тогда я делаю шаг ближе, и меня словно прошибает зарядом тока. Потому что я узнаю ее волосы.

– Мика, - выдыхаю резко.

Исчезнувшая сестра Димитрия.

Если она здесь, значит, сын коменданта не убивал ее. Говорил все те слова, чтобы позлить Димитрия, потому что не думал, что тот выстрелит. Что в жизни, что в смерти – олух.

– Мика, - зову ее снова и приближаюсь, садясь на кровать рядом с ней.

Она поднимает на меня взгляд и все слова, вместе с воздухом, застревают в горле.

Ее лицо, от одной стороны до другой, рассечено толстыми неровными шрамами: по лбу, брови, носу, даже задевают уголок губ. Эти раны уже давно зажили, будто действительно прошел целый год.

Знаю, что должна спросить о том, как это случилось, потому что теперь я на ее месте. Но не могу.

Она смотрит на меня с такой мукой, будто каждая секунда теперь сопряжена для нее с агонией. Мне все равно, как именно это случилось, потому что о всей картине произошедшего я догадываюсь сама.

– Того иного приковали не слишком надежно, - отвечает вместо Мики командующий, - но не переживай, с тобой такого не случится.

– Не переживать? – я поворачиваюсь к нему и смотрю тяжелым взглядом. – Зачем вы продолжаете держать ее здесь?

– Эдвардс не хочет убивать ее, но в поселение она вернуться не может, как по мне, то мы просто тратим на нее харчи, - хмыкает Джек.

– Вы же сами сделали это с ней.

Вдруг я чувствую прикосновение к щеке с синяком, невесомое, как взмах крыльев бабочки. И слышу тихий голос.

– Айна, это ты?

Я поворачиваюсь к Мике. Теперь ее взгляд выглядит более осмысленным, чем до этого. Я чувствую и грусть, и радость.

– Да. Привет.

Она моргает, вдруг резко придвигается к моему уху, хватает меня за плечи, и быстро-быстро шепчет, так, чтобы слышно было только мне.

– Беги. Все не то, чем кажется. Иной не пощадит тебя, как только у него получится выбраться из цепей – он нападет.

– Что она там бормочет? – выкрикивает Джек, но Мика продолжает шептать, впившись искусанными ногтями в мои плечи с новой силой.

– Они прилетели сюда, потому что лишились собственной планеты, хотят заселить нашу Землю, мы им не нужны, кроме жажды завладеть новым домом иные ищут только одно…

– Что ищут? – спрашиваю дрожащим шепотом.

– Все! Хватит на сегодня визитов… - командующий хватает меня за свободное плечо и оттягивает назад, а там – Брайан выталкивает меня из камеры Мики, прижав автомат к моей спине.

Последнее, что я вижу перед тем, как дверь захлопывается – ее большие глаза, полные отчаяния, на лице, искаженном шрамами.

Из-за слов Мики я не могу уснуть до самого утра. Так я теперь определяю время дня: когда меня приводят к иному – значит, сейчас вечер. Потому что в другое время пришелец может спать.

Им надо, чтобы он точно не спал, в идеале – таращился на меня. Разве не для этого они наряжают меня каждый день?

Если и не так, то им точно надо, чтобы иной привык к моему присутствию.

Но даже во сне, если бы меня привели к нему днем, он наверняка хорошо контролирует все, что происходит вокруг, иначе другие уже сняли бы с него шлем. Наверное, понадобилось приложить много усилий, чтобы вырубить его на достаточно долгое время, чтобы притащить сюда.