Чтение онлайн

Сначала группа мужчин у ворот окружила вышедшего из них молодого парня, коротко ему что-то сказала, парень постарался развернуться и побежать обратно, но его схватили и потащили в стоянке мобивенов, он пытался дергаться, но силы были не равны.

— Саша, там что-то неладно — бросила она водителю.

— Леди Нора, я сейчас один, и отвечаю за вашу безопасность. Соединяйтесь с полицией. Представьтесь, надеюсь, они проникнутся и приедут быстро!

Элеонора схватила коммфон, в этот момент раздался резкий сигнал мобивена, прямо на толпу, волочащую пытающегося вырваться парня с моста через Тихвинку на повышенной скорости несся спортивный мобивен. Водитель явно не успевал затормозить и отчаянно сигналил. Мужики, держащие парня бросились врассыпную, парень замешкался, тоже попытался отскочить и мобивен задел его по касательной, отшвырнув прямо на Нору. Она отскочила, парня поднял Саша. К их мобивену уже бежали бросившие свою жертву мужики, надеясь снова заполучить ее в свои лапы. Увидев снаряжение охранника мужчины затормозили, не решаясь нападать в открытую, или открывать стрельбу на улице города. В это время подкатили доблестные полицейские в трех мобивенах «Офф роуд», оттуда высыпалась толпа в форме, Саша, уже имевший пару раз дело со стражами порядка спокойно пложил пустые руки на крышу мобивена. Остальных полицейские уложили на землю, мордами в песок, присыпавший покрытие дороги и старательно обыскивали. Бледный водитель спорткара давал пояснения. К мобивену Норы подбежал полицейский в чинах, похоже, полковник и отрапортовал: — Леди Лански, начальник полиции Тихвинского уезда, полковник Пряников, — очень прошу вас не переживайте, мы разберемся!

— Простите, полковник, я не Лански, — полковник ошарашенно оглянулся, — я внучка лорда Лански, но моя фамилия Этерлинг. И нападение произошло не на меня, а вот на этого молодого человека, кстати, ему нужна медицинская помощь! А машина медиков не может проехать из-за ваших мобивенов.

— Сейчас, сию минуту, — Полковник со сладкой фамилией что-то, похоже непечатное произнес в переговорной устройство, полицейские машины дали проехать медицинской помощи. Габриэля, который из последних сил держался за крышу мобивена, переложили на носилки и стали осматривать. Водитель спорт кара эмоционально рассказывал, как он пытался затормозить, и как «эти злыдни» тащившие мальчишку через дорогу, разбежались, просто толкнув его под мобивен. У напавших на Габриэля нашли кучу оружия, и ни одного разрешения на его владение, в отличие от Саши, который сразу предъявил кучу разрешений. Его отпустили, и он сразу предложил Норе уехать, но тут снова подскочил полковник и очень попросил незаинтересованных свидетелей изложить свое виденье происшествия. Пришлось пересказать. В это время, Габриэль очень громко начал отказываться ехать в больницу, просил отнести его в монастырь. Он боялся, что преследователи придут за ним и в госпиталь. Водитель спорт кара, которого обвинили в превышении скорости восстановление, просил у пострадавшего прощения, клялся, что он оплатит все лечение и восстановление, если потребуется. Габриэлю было не до него, хотелось отделаться от него побыстрее, нога и весь бок болели невыносимо, но тут в дело вмешалась Нора. Присев около носилок она тихо спросила:

— Почему ты так боишься поехать в больницу, возможно, потребуется операция, иначе с ногой могут быть проблемы! Ты же не хочешь остаться инвалидом на всю жизнь?

— Лучше инвалидом, чем покойником, или всю жизнь провести в виде заключенного. Они же хотели взять меня зачем-то живым!

— Кто ты такой, почему привлек их интерес? Не беспокойся, я никому не расскажу!

— Не здесь, я расскажу, но не здесь, не при всех!

Элеонора слегка прикоснулась к почти белым, седым волосам на висках парня Резко выделяющихся на густых, каштановых волосах. Вспомнила, о том, что где-то она о таком слышала, подумала и спросила медиков:

— Насколько срочно нужно доставить пациента в больницу? Есть внутренние повреждения?

— При первичном осмотре подозрений нет, но нужны обследования для подтверждения. Чем быстрее их провести, тем лучше, но мы не можем везти его насильно!

— Четыре часа задержки не ухудшат положение?

— Нет, наш специалист по МРТ в отпуске, пока мы пригласим чужого, из другого района, как раз пройдет четыре-пять часов. Раньше обследование не сделать, и нет гарантии, что не придется везти его в Кириши, или в Пикалево— ближайшие больницы, наш аппарат законсервирован, да и не любят специалисты работать на чужом оборудовании.

— То есть, если мы отвезем его в Петербург, большой беды не случится?

— Нет, конечно, наоборот, это лучшее из всех возможных решений. Но поместится ли пострадавший в ваш мобивен? Мы, к сожалению, не сможем поехать с вами, у нас восемь машин на весь район! Каждая единица на счету, но наша медсестра поедет с вами, поможет, если что. Пойдемте, посмотрим вашу машину.

Осмотр удовлетворил всех. Представительский мобивен позволял разложить сидения так, что носилки влезали полностью. Быстро привели салон в нужный вид, Габриэль был рад ехать куда угодно, лишь бы подальше от опасности. Медсестра с набором медикаментов устроилась рядом, Элеонора села на оставшееся не сложенным одно сиденье заднего ряда и мобивен тронулся, провожаемый злобными взглядами нападавших.

Отъехали уже прилично, когда их обогнал автомобиль дорожной полиции, дал знак остановиться, перекрыл шоссе впереди мобивена. Элеонора дернулась объясняться, но этого не потребовалось. На освобожденный участок дороги сел геликоптер с красным крестом на борту. Из него выскочили медики, носилки перенесли на борт, Элеоноре предложили пересесть туда же. Охранник переговорил с Сашей, и тоже занял свое место, предупредив девушку, что ее водитель отвезет назад медсестру. А они летят в госпиталь при Медицинском факультете университета, в Новом Петергофе. Долетели примерно за час. Габриэля увезли, Элеонору встретили знакомые охранники деда с новым мобивеном. Но она решила немного задержаться, разузнать, что будет дальше с парнем, в судьбе которого она невольно приняла такое участие.

Через минут 40 вышел врач приемного покоя, сообщил, что внутренних травм нет, только большие гематомы мягких тканей бедра, правого бока и сломаны два ребра, видимо, от удара о поребрик при падении. Основное повреждение — открытый перелом голени, причем обоих костей сразу. Состояние пострадавшего позволяет, оперировать будут сегодня же. Наложат внутреннюю фиксацию, какую — решат по ходу вмешательства. Такого рода операцию могли сделать и в районной больнице, они думали, будут более сложные травмы, раз потребовалась эвакуация. Если все пройдет штатно, то пациент уже через два дня сможет ходить с костылями. У него будет постоянный пропуск, так что, если есть родственники, то смогут его навещать. Элеонора насторожилась.

— Доктор, — сказала она, — видите ли, предполагается, что была попытка его похищения, с этим разбирается полиция, поэтому парень категорически отказывался ехать в районную больницу, опасался за свою безопасность. Так что насчет постоянного пропуска — посоветуйтесь со следователями из Тихвина.

— Спасибо, что предупредили, тогда вопрос с пропуском отпадает, — заключил врач, задумчиво смотря на странного пациента.

— Но мне вы можете этот пропуск дать, все-таки лежать одному, без поддержки, не очень приятно, а я будущий психолог, может, чем и помогу!

Договорились, Габриэля увезли готовить к операции, а на руки Элеоноре выдали пропуск к больному Габриэлю Гродту, 17-ти лет, вторая травматология. Палата пока неизвестна, туда его переведут только в лучшем случае завтра, если все пройдет хорошо. Элеонора поехала домой, в Ораниенбаум, к дедушке и бабушке.

***

Дверь в кабинет императрицы с треском распахнулась, и в комнату влетел супруг в крайне раздраженном состоянии, что бывало крайне редко.

— В чем дело, Эль? — стараясь сохранять спокойствие, спросила Аннабель, — последний раз ты врывался ко мне подобным образом, когда близнецы перевернулись на озере, испытывая лодку своей конструкции, причем, когда их уже успешно спасли! Что в этот раз? Они Кадетский Корпус взорвали?

Император плюхнулся в кресло напротив супруги. Аннабель спокойно выключила ноут, и уставилась на мужа в ожидании.

— Я иногда не понимаю, чем думают некоторые девицы…

— Так, стоп, все ясно. Милана донесла?

— Причем здесь Милана? У меня, что, служба безопасности так плохо работает, что нужно бабьи сплетни выведывать?

— Да-а, хорошо она у тебя работает, особенно в грязном белье роется успешно.

— И иногда и в белье рыться приходится. Кстати, ты не удивлена, значит знала?

— Я много чего знаю, конкретизируй.

— Что Эвелина переспала с Ронгвальдом?

— Знала. Более того, сама ей посоветовала, если будет необходимо. Так что остынь. Ничего страшного не произошло!

— Знала! Ничего страшного! Посоветовала! Я девочку растил, как свою дочь, я обещание мертвому брату дал!

— Дал. О том, что девочка вырастет и выйдет замуж по любви. И что плохого произошло? Выйдет замуж. По любви. Ты что, не видел, что она по уши влюблена в Ронгвальда? Он все-таки принц, ты же не был против его свадьбы с Элеонорой, а она твоя дочь, чем же племянница от нее отличается?