Чтение онлайн

Вот так родилось понятие о прогрессе, то есть о движении от худшего к лучшему. В итоге религия была разрушена, а с ней и государство. Король был низвергнут, а власть захватили прохвосты и проходимцы, как и в России в семнадцатом году. Что значит, что теория прогресса - всего лишь орудие в политической борьбе за власть в этом мире. И работает она всегда через просвещение народных масс.

В середине девятнадцатого века эта политическая идеология была усилена биологическими сочинениями Чарльза Дарвина, попытавшегося перенести теорию прогресса, то есть последовательного естественного развития от простейшего к сложному, на живую природу и написавшего несколько сочинений о естественном отборе. Он же сделал и попытки доказать, что человек - это животное, почему полностью укладывается в законы биологического развития видов.

Эти его построения так очаровали "думающую публику" середины века, что были применены ко всем общественным наукам. После него бурно расцветают антропология и социология. Социология, придуманная Огюстом Контом еще в 1830-х годах, была исключительно политической наукой о том, как менять общество революционно - через "союз философов и пролетариев". Но после Дарвина она резко бросается в объятия биологии, и целый век старается вывести свои основания из жизни животных.

Антропология же, особенно в лице знаменитого английского этнолога Эдуарда Тайлора, увязывает с прогрессом развитие первобытного человека и первобытных обществ. В итоге все те народы, что жили в девятнадцатом веке не так, как англичане, объявляются первобытными или, как писал Люсьен Леви-Брюль, - примитивными. И тем самым политики получают оправдание для разворачивания бешеной колониальной гонки за раздел мира, приведшей к первой мировой войне.

Теория прогресса - очень опасная игрушка. История это показала и доказала с очевидностью. И если человек, допущенный к тому, чтобы обрабатывать сознание половины русских школьников, использует ее, значит, это кому-то нужно. И не трудно найти кому - Обществу, конечно же.

Перечитайте последний абзац из выдержки, которую я привел. В нем прямо указана задача, ради которой в нас вкладывают знания об обществе: социализация и воспитание.

Эти книги не дают знания об обществе, они скрыто воспитывают нас и социализируют, то есть вписывают в общество, делают существами общественными. Личностями. Как?

Там же объяснено: через изучение потребностей и желаний. Точнее, прямо через потребности и желания. Общество "формирует личность", прививая и насаждая ей нужное поведение через потребности и желания. Мы живем в обществе потребления. Чтобы заставить тебя работать на общество, достаточно учитывать твои потребности. А чтобы заставить тебя вести себя правильно, надо обращаться и к желаниям, играя на них. Как играют, заставляя нас покупать то, что приносит наибольшую выгоду производителям новых товаров…

Можно ли извлечь пользу из подобных учебников? Конечно, и весьма разнообразную. К примеру, учебники обществознания можно изучить, как правила дорожного движения, чтобы знать, как проще и выгодней перемещаться по общественному устройству. Хотя по нему перемещаются совсем не теми путями, что описаны в школьных учебниках…

Но гораздо верней взять эти учебники и прочитать их на себя. Я использую это странное выражение, чтобы обозначить такой вид чтения, когда ты читаешь не так, как тебе это вкладывают авторы, а постоянно сопротивляясь их усилию затащить тебя в нужные им образы, но при этом постоянно же обращая сказанное на свою жизнь, на то, как это уложилось в твоем сознании, как описанное проявляется в твоей жизни.

И тогда чтение учебника обществоведения становится самопознанием. Тем самым описанием себя, с которого надо начать.

Учебник этот, если вдуматься, описывает изряднейший слой того, что ты впитал в себя, слой твоей лопоти, как говорили мазыки. Пусть это далеко не все твои знания об устройстве общества. Но это их немалая часть.

И она уже описана старательным человеком!

Значит, всего лишь прочитав такой учебник, ты избавляешь себя от труда описывать самого себя. И обучаешься, как составлять такие описания. Как вы поняли, на первой ступени описание себя можно составить с помощью того, что уже сделано человечеством. Лично я проработал с этой целью несколько сотен подобных описаний, составленных другими людьми, постоянно стараясь не поддаваться их очарованию и читать на себя.

Мой пример вполне может послужить уроком, для желающих освоить этот прием самопознания. Все мои "научные" книги написаны именно так. Читайте книги, господа. Если вы научитесь их читать, то обнаружите, что вас уже описали.

[1] Кравченко А.И. Обществознание 8-9 класс.
– М.: Русское слово, 2005, с. 10.

Общественное тело, тело, которым мы обращены в общество и одновременно защищены от него, называется личность.

В советское время нам внушали: человек должен быть личностью! Личность, благодаря этому давлению государственного общественного мнения обретала ценность. Но вдумаемся: не было ли за этим внушением какого-то обмана? Не было ли какой-то выгоды, которую преследовали те, кто внушал?

А кто внушал?

Радио, школа, наука. В общем - государственные органы, призванные вести идеологическую обработку сознания граждан или членов общества. И уже одно это настораживает. Настораживает настолько, что становится ясно: личностью надо быть для государства и общества. Это им надо, чтобы мы были личностями.

А что надо нам?

Условно говоря, быть сущностями, а проще - самими собой. И делать то, что мы делаем, по собственному разумному выбору. Прежде, чем перейти к разговору о том, что такое личность, все же приведу еще один пример того, как надо составлять описание себя. Одновременно это пример того, как читать уже сделанные другими описания на себя, видя, как наше сознание обрабатывается и «формируется» в личность.

Это начало, точнее, Введение во второй из школьных учебников Обществознания, написанный под руководством академика Боголюбова. В сущности, прекрасная книга для познания себя. Если не попадаться на раскиданные в ней по заказу общества крючки и уловки. Я постараюсь в разбор этого Введения вложить несколько уроков. В частности, попробую показать, как отзываются наши души на правильные слова, и как нам подменяют наши желания на то, что нужно обществу, чтобы вести нас. Вести нас, значит, прививать правильное поведение.

Итак:

"Курс обществознания открывается разделом о человеке и о человеческом отношении ко всему, что его окружает. Человеческое отношение по-другому называют гуманным (от латинского homo - человек). Гуманным называют великодушное, доброе отношение к людям, готовность понять другого, стремление видеть в нем равного себе, достойного уважения человека"[1]

Проделаем упражнение.

Обратитесь внутренним взором к тому, как вы читали эти строки, и скажите: не произошла ли у вас смена отношения к написанному, когда вы поняли, что быть гуманным, значит иметь великодушное, доброе и так далее отношение к людям? Что-то вроде внутреннего восклицания: а, если быть гуманным, значит иметь готовность понять другого, уважать его, то я согласен быть гуманным!

Если хоть след подобной смены исходной настороженности на открытость сказанному произошел, вы чуточку познали себя.

Теперь вы знаете, что хотите быть добрыми, великодушными и человечными. И даже если в ответ прозвучало: фиг вам! Вы все равно живете внутри этого требования, лишь с противоположным знаком, лишь сопротивляясь ему. И это вы тоже теперь про себя знаете.

Теперь вы это знаете… Не странно?

А что же до того, как вы это прочитали? Вы этого про себя не знали? Или не хотели? Или хотели, но не знали, что хотите?