Чтение онлайн

У выявленной закономерности есть, конечно же, психологические причины. Как только в аудиториях я задавал вопрос о причинах, Хор женских голосов мгновенно находил ответ:

– Женщины подают на развод, но виноваты мужчины.

Ну что же, бывает, что и мужчины виноваты. Но причины все же гораздо более сложны.

Приготовимся к трудному в смысле понимания разговору. И внимательно, шаг за шагом, распутаем причины того, что мужчины реже подают на развод, в особенности в молодом возрасте.

Почему женщины более прыткие в этом плане?

Сначала сообщу, что когда я задавал аудитории вопрос о вероятности вступления в новый брак у женщин и мужчин, то не получал правильного ответа. А вот данные профессора Волкова по Москве в семидесятые – восьмидесятые годы таковы:

Сократ:

– Как вы думаете, женщины разводятся, желая жить вне брака или надеясь на лучший брак?

Хор (со вздохом):

– Надеются…

Сократ:

– Они знают о соотношении два на три, то есть то, что жены в два раза чаще подают на развод и в три раза реже вступают в повторный брак?

Хор:

– Да нет… не знают.

Сократ:

– А знали бы о формуле «два на три» – разводились бы с большей осмотрительностью или с меньшей?

Хор (с еще более глубоким вздохом):

– С большей…

Но пока женщины этого соотношения не знают, а потому разводятся с меньшей осмотрительностью. А напрасно. Потому что к этой формуле «ДВА на ТРИ» надо знать еще и вот что. С ребенком труднее выйти замуж (с двумя – еще труднее). И, между прочим, выйдя замуж с сыном, труднее сохранить эту вторую семью, чем выйдя замуж с дочкой. Режиссер Павел Чухрай снял замечательный фильм «Вор». У мальчика Сани идет борьба за маму с Толяном, которого играет актер Владимир Машков. Там, правда, победа досталась «отчиму», но, если бы все не кончилось так трагически, то в конце концов могло кончиться все-таки драматически.

И мужчины не знают об этой формуле «ДВА на ТРИ». Хотя, знай они о большей вероятности найти замену, могли бы вроде разводиться с большей активностью. Но разводятся с большей осмотрительностью, чем женщины. Потому что на это есть целая чертова дюжина причин.

Для пущей солидности книги формализуем изложение: перечислим причины по номерам.

Крупный ученый-биолог Виген Геодакян обратил внимание на то, что мужчины по любому признаку разнятся больше, чем женщины. Например, лысых и косматых больше среди мужчин. Больше талантов в науке и больше олигофренов – тоже среди мужчин. Отпетых негодяев больше среди мужчин. Но и нравственных гениев больше. У мужчин все так. Даже коротышек больше, но больше и долговязых.

Давайте построим кривые (у нас, впрочем, они прямые, но все равно называются «кривые»). Возьмем самых хороших (по мнению народа) мужей и самых плохих. Соединим их линией (рис. 8).

Самые хорошие мужья и зарабатывают, и воспитывают детей, и смотрятся внешне неплохо. Ну а самые плохие – и безответственные, и отцы никудышные, и заморыши на вид…

А теперь возьмем самых хороших и самых плохих жен. Соединим и их (рис. 9).

И здесь на прямых «кривых» линиях явственно видно, что женщины «усредненнее», что самая плохая от самой хорошей отличается намного меньше, чем самый плохой – от самого хорошего.

Ну и как же будут строиться браки? Кто на ком женится и кто за кого выходит замуж? Я думаю, что догадка ваша здесь совпадет с моей, потому что истина лежит прямо под ногами, на травке… Пары расположатся примерно так (рис. 10).

Увы, какие-то женщины, располагающиеся в крайнем правом положении, не захотят вообще быть в браке, потому что для них остаются «совсем пропащие», как Гекльберри Финн (рис. 11).

И может быть как-нибудь так, так, так или так (рис. 11).

Но вряд ли возможен такой брак (рис. 12).

Вернемся к более типичным сочетаниям (рис. 13).

Что следует из этих социологических закономерностей? Следуют психологические закономерности. «Я, – рассуждает жена, – ненамного хуже, чем она, а ее муж намного лучше, чем мой» (рис. 14).

И сразу же делает вывод: судьба несправедлива ко мне. И вот судьба тащит к разводу. Вспомним, римский философ-стоик Сенека в I веке нашей эры говорил, что умного судьба ведет, а глупого тащит. Это одна из причин того, что пропорция женской и мужской инициатив в разводе не 50/50, а 68/32.

Я специально не сказал «ведет» и специально сказал «тащит». Не только для того, чтобы процитировать тончайшего философа-этика Сенеку. Я хотел этим подчеркнуть, что психологическая сила, обусловленная этими соотношениями, непреодолима.

Подчеркнем еще раз, что это только одна из причин, искривляющая «идеальную» пропорцию фифти-фифти. Каждая из излагаемых далее причин еще по чуть-чуть искривляет пропорцию 50/50 и приближает ее к 68/32. Но важна сумма этих чуть-чуть.

Я в роли Сократа продолжаю допрашивать:

– Чьи решения в принципе, как сейчас принято говорить, «взвешенней»? Мужские или женские? Чьи рациональнее, а чьи эмоциональнее?

Хор ответствует:

– Мужские решения чаще более рациональны, женские – более эмоциональны…

Соглашаюсь с выводом Хора, хотя и с некоторыми поправками. Женщина действительно более эмоциональна, если говорить о подвижности эмоций. Она может легко заплакать, но переход от искренних слез к искреннему смеху – в этом тоже женщина. Однако мужчины более эмоциональны в том смысле, что у них больше сила эмоционального переживания. Мужские эмоции более энергетичны. А значит, и стресс, вызванный разрывом отношений, у мужчин сильнее…

Но для принятия решений важна именно подвижность эмоций. Вспыхнула обида. Нет разумного размышления о том, что разрыв чреват множеством трудностей. И вот принимается скоропалительное решение: развод. А он рисует перед собой множество минусов, сравнивает их с количеством плюсов. «Взвешивает»… И ему становится ясно: «Мы остаемся вместе».

Продолжая «сократический» диалог, задам следующий вопрос: