Ученица придворного алхимика
Шрифт:
— Но Ваше Высочество! Я должен оказать Вам медицинскую помощь!
— Вы можете осмотреть меня в моих покоях, господин Фейтон, — разрешила принцесса и обратилась к начальнику стражи. — Командир, прошу, сопроводите меня, — и она с почетным эскортом покинула склад, даже не оглянувшись. Лишь пожилой врач остался, пыхтя от возмущения.
— Да как ты могла! Подвергнуть жизнь принцессы опасности, только чтобы выслужиться!
— А Вы разве не желаете выслужиться, господин Фейтон? Навязываете свои услуги Ее Высочеству, хотя на ней нет ни царапины.
— Мало ли чем она здесь надышалась по твоей милости! — возразил старик.
— Я бы поверила Вам, — с горечью сказала я, — если бы Вы также позаботились и обо мне. Насколько я знаю, Ваша обязанность — исцелять всех во дворце. Я тоже здесь была и тоже могла пострадать.
— Да что тебе сделается, — отмахнулся врач. — Ты работаешь тут с детства, уже должна привыкнуть. Тем более, я и так вижу, что с тобой все в порядке. Другое дело — принцесса. Тут лучше перебдеть. Ты и сама понимаешь, она единственная наследница короля Даэрона, от нее зависит судьба Ардарии, ее муж будет править нами. Ничто так не ценно, как ее жизнь, и волоска с ее головы не стоим ни ты, ни я. Мы должны делать все ради ее блага, даже если для нас это обернется немилостью, — добавил он уже мягче. Я посмотрела в мудрые глаза и поняла, что он хотел сказать.
— Простите меня, господин Фейтон.
— Ничего, — улыбнулся доктор. — И ты извини старика, перегнул, да смотрю, ты и сама не рада. Дело молодое, в следующий раз будешь умнее. Я, пожалуй, осмотрю тебя, если ты захочешь, но только после принцессы.
— Не стоит, — покачала я головой. — Идите быстрее к Ее Высочеству.
— До свидания, — кивнул врач и покинул алхимический склад, а я осталась и долго смотрела на застывающую лужу и свои руки.
Хексия, почему ты покинула меня? Зачем ты оставила мне свои записи? Зачем привела во дворец и сделала своей ученицей? Я могла убить принцессу одним ударом, я могла всех здесь убить! Но то, что произошло, укрепило мой разум и расставило все по своим местам. Слова господина Фейтона отрезвили меня, и теперь я с ясностью осознала, что дружба между мной и принцессой была иллюзией. Эльвина была незаменимой для нашего народа, а таких, как я, были тысячи, если не считать того страшного дара, которым наградила меня природа. Мы с Ее Высочеством не могли общаться на равных, не стоило и начинать. Помощь ей была моим долгом, а я еще раздумывала, соглашаться или нет, и выторговала у ней милостивое право называться подругой, на что щедрая принцесса отказать не могла. Я была ослеплена ее детским поведением и поплатилась за это. И все, что я сейчас могла сделать, это обернуть свою чудовищную силу против Исы, который, я теперь была уверена, был не менее чудовищен. Теперь я поняла, что должна спасти принцессу любой ценой. Но не как подругу, а как будущую королеву нашего народа.
Горькие мысли всегда заставляли меня действовать, и этот раз не стал исключением. Железо застыло, и я с трудом поддела и подняла с пола металлический блин неправильной формы, чтобы прислонить к стене. Выбрасывать бывший чан не хотелось, — вдруг пригодится?
Вернувшись в спальню, я сложила в одну кучу артефакты и перенесла их в комнату наставницы, — там у нее был сундук с двойным дном, который теперь стал отличным тайником для меня. Я повертела мешочек с золотыми монетами, раздумывая, отдать ли долг принцессе, или она сочтет это за оскорбление. Решив, что торопиться некуда, я сунула одну монетку в карман и направилась в лабораторию, делать чернила. Ведь это было последней просьбой принцессы, да и теперь, я подозревала, увидеться нам не дадут.
Для чернил мне понадобились ярко-голубые кристаллы синего камня, который добывали на медных рудниках. Отмерив нужное количество на весах с помощью гирек, я растворила его (совсем немного) в воде, и получившуюся бледно-голубую жидкость перелила в пузатый флакон с плотной крышкой. Главным тут было не использовать металлическую посуду.
На этом мои труды не были закончены: принцесса не знала, как использовать голубую воду, и я развела уже выпаренный из картофеля крахмал, чтобы написать ей скрытое послание.
Последней частью было приготовление раствора йода. Этот элемент сравнительно недавно (двадцать лет назад) открыли алхимики Карста. Они получали его из вараха, соли морских водорослей, и из-за отсутствия моря Ардарии приходилось закупать черно-фиолетовые кристаллы у соседей. Но делали это совсем немногие: в основном, алхимики и ученые для своих экспериментов. Однако в последнее время и лекари начали использовать раствор йода для обработки ран. Так что, смешав йод со спиртом, я, наконец, получила все, что нужно.
Работа успокоила меня: я любила точность и красоту химических реакций, поэтому села за стол уже в более хорошем настроении, взяла лист поплотнее и обычными чернилами написала следующее:
«Ваше Высочество!
Нижайше прошу у Вас прощения за сегодняшний инцидент и глубоко благодарю за Вашу защиту и заботу. Примите же скромный подарок в качестве моей благодарности, который я осмелилась преподнести, зная Ваш интерес к алхимии. В синем флаконе — голубая вода, в черном — раствор йода. Оба эти средства обеззараживающие. Вы говорили, что у Вас зудит рука, они помогут Вам, но не переусердствуйте в употреблении. Господин Фейтон подскажет Вам нужную дозу.
Преданная Вам,
Алоиза Граден, ученица придворного алхимика».
Ниже осталось пустое место, и, окунув чистое перо в крахмал, я добавила:
«Используйте голубую воду в качестве чернил. Буквы проступят, если подержать послание над нюхательной солью. Это вещество есть у всех придворных дам и не вызовет подозрений».
Послание высохло, и тайные строки исчезли. Теперь уже нельзя было догадаться, что послание двойное, а если кто-то и попробовал бы, то обычным нагреванием он ничего бы не добился, а применение сложных проявителей ни к чему бы не привело. Риск был минимален. Спрятав в кармане мантии посылку для принцессы, я отправилась в ее покои, но стражники перегородили мне доступ и хмуро возвестили:
— По приказу короля алхимикам запрещается видеться с Ее Высочеством, а любые предметы могут быть переданы только после проверки лордом Исой, но сейчас его нет, так что приходи позже!
Опять Иса! Что же мне теперь делать?
Глава 2
«Не знаешь, что делать, — иди работать!» — часто говаривала Хексия и добавляла: «Запомни, Алоиза, не бывает так, что человеку нечем заняться, бывает, что это просто ленивый человек». Она и сама всегда придерживалась этого правила: если не творила в лаборатории, то писала или читала, а если не сидела над книгами, то разносила заказы или убирала наши комнаты. Ее сухие руки никогда не знали покоя. Она не чуралась никакого труда и не сваливала на меня самую грязную работу, как это делали многие мастера со своими подмастерьями. С наставницей мы все делили пополам.
Вот и сейчас, пусть без госпожи, но я не собиралась сидеть и кусать локти. Раз передать принцессе записку не получилось, я закрылась в комнате у Хексии вместе с утюгом и книгой и принялась продираться сквозь непонятные термины о волшебстве. Почему-то сейчас магия вызывала у меня отвращение, хотелось сбежать в Белую башню и наварить целый котелок самого сложного зелья, но я заставила себя читать и запоминать.
«Энергия мага постепенно расходуется на заклинания и восполняется в течение какого-то времени. Возможность колдовства определяется внутренним вместилищем силы: чем больше оно, тем более сильные чары способен накладывать маг. При опустошении вместилища маг чувствует слабость, головокружение, голод, возможна потеря сознания. На скорость восстановления энергии положительно влияют обильная пища, нахождение на природе или в месте силы, забота близких и спокойное настроение мага. Полезно использовать медитации».
Опять это «место силы»! И что за «медитации»? Никогда о них не слышала, и слово какое-то странное! Может, это что-то, связанное с медом? Я знала, что мед очень полезный и используется в лечебных целях, но есть его постоянно было выше моих сил, — слишком приторным он был. А что такое «вместилище»? Если посмотреть на Хексию волшебным зрением, у нее на месте солнечного сплетения можно было увидеть светящийся шар. Она говорила, что такой есть у всех магов, и у меня тоже, просто свой собственный увидеть сложнее. Возможно, именно он был хранилищем энергии?