Чтение онлайн

Я никогда не видела саклю, но войдя в дом старосты почему-то назвала его так. Каменные стены, каменная печка, пол правда деревянный, деревянные перегородки, не достающие до потолка, отделяющие каморки для сна. У печи большой грубый стол из дерева с лавками по бокам. На лавках домотканые коврики, довольно милые. Я нагло прогулялась по всему дому и залезла везде, куда достала. В сундуках шарить постеснялась, но мне хозяйка и так все покажет если попрошу.

— Не богато живете, — удрученно покачала головой.

— Да откуда уж тут богатству взяться? Земли бедные, только овечки да огородик и спасают, — по деревенской привычке стала жаловаться хозяйка Гленна, жена старосты Брюса.

— Что уж тут поделаешь. Живем как можем, — мрачно поддержал супругу Брюс.

— У нас говорят, что под лежачий камень вода не течет. Если сидеть сиднем, так и не разбогатеешь. А если есть желание жить лучше, то советом помогу, научу всему, что сама знаю, да и подруги и сестры мои помогут. Они у меня все умные.

— Да разве ж тут можно что придумать? Глухомань тут у нас. Сбежишь же в первую же зиму. Поди замужем-то лучше? — хитро прищурился старик.

— Если б я замуж хотела, то уже была бы замужем за богатым бароном в Лурдиане, а я тут с вами сижу, разговоры разговариваю.

— И чем ты нам помочь сможешь? Лошадей нам купишь? Шелка нашим девкам подаришь? — развеселился староста.

— А вот тут, дед, важный момент. Ты сам запомни и другим передай. Помочь это не значит все сделать за вас. Все что дается даром, никогда не ценится. Я могу научить делать красивые дорогие вещи, но делать их вы будете сами. Я могу помочь вам выгодно продавать все что вы сделаете, но это ваш труд, ваше время и ваши деньги. Но если вы работать не хотите и хорошая жизнь вам не нужна, то тут я вам не помощница. Налоги вам все равно платить придется, но у вас отсрочка почти четыре года.

Староста опешил от моей отповеди, слыханное ли дело сопля малолетняя старика жизни учит, а потом спросил:

— А почему четыре года? Вас же всех на два года присылают, да только не выдерживал никто, да и толку от них не было.

— Мне еще два года учится в монастырской школе святой Анны. Следующим летом я приеду и начну уже работать, но если от вас помощи не будет, то не серчай. Не можешь научим, не хочешь заставим. Меня в монастыре с пяти лет работать учили, так что я не белоручка, все умею, хоть и графская дочка.

— И где вас таких умных берут только? А чего ж другие-то сбёгли?

— Про других не знаю и знать не хочу, но я своему слову хозяйка. Вот только чается мне, что другие не из Лурдианы были и к монастырю святой Анны отношения не имели.

— Твоя правда, наши все были, местные. А ты-то чем лучше?

— Темнота ты деревенская, дед. Про нашу школу весь мир знает, одни вы не слышали, — рассмеялась я.

— Леди Анни, так вы что и вправду там учитесь? Может и леди Лилиан знаете? — откуда-то вылез управляющий.

— Я и вправду там учусь, леди Лилиан знаю, и она меня знает, и леди Даниэлу, и леди Марику, и леди Жустинианну и еще много кого. Они мне помочь обещали, но и я у них в долгу не останусь. В нашем сестринстве по-другому не бывает, мы друг другу ближе кровной родни. В беде сестер не бросаем.

— Дак это ж совсем другое дело! Дед, неужто нам повезло наконец, и удача к нам лицом повернулась?

— А ты чего всполошился-то так? Я про этих ледей и не слыхал ничего, — не оценил душевного подъема моего управляющего старый Брюс.

Гленна притихла у печки, осторожно шурша мешочками с травами, но ушки держала востро. Будет о чем соседям рассказать, миледи видать другая совсем, не такая как прежние, вон как Стретера проняло, а он мужик бывалый.

— Ты дед говори, да не заговаривайся, — строго одернул старосту управляющий. — Правильно миледи говорит, видать деньги вам не нужны, раз делать ничего не хотите. А про монастырь святой Анны я тебе так скажу, выпускницы их школы лучшие в мире хозяйки, они все умеют. Про них даже молва ходит, что они золото из воздуха делать могут. Ну это, конечно, для красного словца, но от правды не далеко. У моего командира лорда Ирвина Дальвейга супруга леди Лилианна из той же школы ученица. Так она за десять лет в домене таких дел наворотила, что у нее крестьяне чуть не с серебряных тарелок едят, но трудиться приходилось по первости много. Зато сейчас как сыр в масле катаются.

Гленна ахнула и стала шустро накрывать на стол. Вот уж новости так новости, неужто и им счастье привалило?

— Гленна, а ну-ка давай свою лучшую вышивку, пусть миледи оценит, — насупился Брюс.

Жена метнулась за перегородку, стукнула крышка сундука и она принесла вышитый рушник.

— Ну как? — гордо приосанился дед. — Какова моя мастерица?

Я внимательно рассмотрела вышивку с геометрическим узором, простенько, но аккуратно.

— Не плохо, стежки все ровные, нитка натянута в меру, узелков мало и незаметные они почти. Хорошая вышивка, качественная, — похвалила я хозяйку, та расцвела.

— А у тебя что есть похвастаться? — допытывался вредный дед.

Я достала из своей сумки тонкий шелковый палантин, который зачем-то засунула впопыхах во время утренних сборов в дорогу, вот и пригодился. Ярко бирюзовый палатин был вышит мной гладью, райские птички сидели на веточках с экзотическими цветами и клевали золотистые ягодки из бисера. Длинные кисти украшали концы. Как-то от скуки я вышила его в китайском стиле, имитируя их роспись по фарфору, получилось ярко и броско. Мне не очень нравилось, но девочки пришли в восторг и повторяли эти рисунки в разных вариациях.

— Вот моя работа, смотрите на здоровье, — и я отдала палантин Гленне, та заохала и даже накинула на себя мою поделку.

— Красота! Никогда такого не видала, — восхищалась Гленна. Дед сопел, но сказать ему было нечего. Стретер ухмылялся.

— Ну что старый, получил по сусалам? Понял какая разница между вашими мастерицами и рукодельницами святой Анны?

— Да понял я понял, хватит уж меня носом тыкать, не щенок, — огрызался дед. — Гленна давай обедать уже. Уж извиняйте, если наша простецкая еда вам по вкусу не придется.

Вот противный дед, но смешной.

— Почему это не придется? Я в еде не прихотливая. Давай, хозяюшка, помогу, — и я не чинясь стала накрывать на стол вместе с Гленной. Дед притих.

После обеда мы с Гленной прогулялись по деревеньке, она уговорила меня набросить свой шарф на плечи чтоб все видели и не говорили потом, что она врушка. Заодно мы прихватили пару носовых платочков с кружавчиками и косынку на волосы. Я поняла, что с косынкой придется расстаться, уж больно жена старосты влюбленно на нее смотрела, а ведь ткань простой хлопок, да и вышивка совсем простенькая. Ну и ладно, не жалко, пусть носит. Завидев нас, выходили женщины и девушки поболтать и узнать, что я собираюсь дальше делать.