Чтение онлайн

Маги нового времени называют этот процесс нейтрализации старого мировоззрения получением билета в безупречность, или символической, но окончательной смертью. После того, как воин получает такой билет, его уже ничто не связывает, и он может использовать свою новую непрерывность в полную силу. Но для этого воин должен полностью осознать, что он — маг. Как говорят маги, билет воина в безупречность должен быть обернут в осознание — только тогда он сохраняется в первозданном виде.

После того, как старая непрерывность полностью разрушена, воин, делая все в своей жизни исключительно по предрасположению, идет на тесный контакт с людьми только в том случае, если взаимодействие с ними является путем сердца для него. Но, так как избавившись от старого взгляда на мир, воин уже не может воспринимать мир так, как обычные люди, то тесное общение с ними становится невозможным. Любое сближение людей возможно только в том случае, если они имеют общие взгляды на мир и общие интересы. А поскольку разрыв с миром людей является для воина окончательным, то не будет преувеличением назвать акт разрушения старой непрерывности символической смертью.

Маги никогда не сближаются с обычными людьми. Они никогда не смогут построить мост для соединения с людьми мира. Но если люди захотят сделать это, то именно им придется выстроить такой мост, который связал бы их с магами. Начиная с того дня, когда маг полностью осознает, что является магом, он принимает лишь общество и заботу воинов, таких же мертвых, как он.

Если воин знает, что никогда больше не увидит людей, которых любит, или никогда более не вернется в дорогие его сердцу места, он, расставаясь с ними, прощается.

Воин обращается лицом к тому месту, с которым он прощается и, хлопком сведя ладони, прижимает их к особой области своего тела. Руки складываются как при молитве, либо осторожно, либо с большой скоростью, но в любом случае ладони схлопываются. Хлопок должен уловить ощущение, которое воин не хочет забыть. Когда сложенные руки захватывают это ощущение, воин-мужчина с большой силой направляет их к груди на уровне сердца; женщина-воин направляет сложенные руки к области матки. Движение становится «кинжалом», и воин вонзает его в себя, как бы держа обеими руками. Это очень мощный жест, и воин должен использовать его экономно, лишь в том случае, когда у него есть основания считать, что он может не вернуться к тому месту, с которым прощается.

В ситуациях прощания с людьми маги не используют специальных техник. В таких ситуациях важно одно — удержать конкретное воспоминание радости, связанное с человеком. Если ты живешь как воин, то те чувства, которые ты ощущал при этом, будут свежими и неизменными все время, пока ты живешь. Это способ прощания воина.

Привычки, распорядки — это своего рода навязчивые идеи, укоренившиеся в сознании. Воин выслеживает самого себя, чтобы побороть власть своих навязчивых идей. Чтобы избавиться от навязчивых идей, воин использует особую технику сообщения себе толчка. Эта техника представляет собой действие по переключению внимания с преследующих воина мыслей, чувств, настроений на другие вещи путем уменьшения ощущения важности этих мыслей, чувств и настроений.

Фактически искусство сталкинга есть искусство сообщения толчка, в качестве которого может быть использовано все, что угодно: событие, мысль, настроение или действие. Воин сообщает осознанию мягкий толчок, и в результате его внимание плавно переключается.

Воин неизбежно приходит и к мысли о своей смерти, как к одному из самых таинственных, мистических, непостижимых событий в своей жизни. Таким образом загадочность мира и смерть неразрывно связаны. При этом идея смерти — одно из лучших средств для сообщения себе сталкерского толчка.

Для магов, которые видят, смерть не является идеей, а является неоспоримым фактом, ибо они видят, как после смерти человека его осознание распадается окончательно и безвозвратно. Однако если человек не умеет видеть, то для него смерть может быть лишь идеей, и он может верить в то, что после смерти человека его осознание распадается, или же — что оно вселяется в другое тело, или — что оно навечно переселяется в рай, или он может верить во что-нибудь еще. Но что касается магов — они верят в окончательную смерть. Ибо без осознания существования нашей смерти нет ни тайны, ни красоты. А долг верить, что мир таинственен и непостижим, есть выражение самого глубокого предрасположения воина.

Идея смерти является главенствующей в жизни магов. Знание о постоянно угрожающем неизбежном конце является тем, что дает нам трезвость. Самой дорогостоящей ошибкой обычных людей является потакание ощущению, что мы бессмертны, как будто если мы не будем размышлять о собственной смерти, то сможем избежать ее. Конечно, не думая о смерти, люди охраняют себя от переживаний по этому поводу. Без ясного взгляда на смерть нет ни порядка, ни трезвости ума, ни красоты. У нас нет ни малейшей уверенности в том, что наша жизнь продлится дольше этого мгновения. Такое понимание дает магам мужество быть терпеливыми, но решительными, быть мягкими, но настойчивыми, оно дает мужество быть безжалостными без самовлюбленности. Маги живут и действуют здесь и сейчас, вместо того, чтобы предаваться воспоминаниям о прошлом, и мечтаниям о будущем.

Вообще, существует множество способов сообщить себе толчок, необязательно использовать идею смерти, можно воспользоваться красотой.

К примеру, воин может использовать стихи для выслеживания самого себя. Поэты неосознанно тяготеют к миру магии. Чувства, которые они передают в своих стихах, часто можно использовать для сообщения себе толчка.

Когда воин слушает стихи, его не волнует содержание. Его волнует только чувство, которое поэт желает передать. Воин проникается его желанием и вместе с ним — красотой. Воистину чудо, что поэт, подобно настоящему воину, щедро отдает свое чувство тем, кто его воспринимает, — своим читателям, — ничего не требуя взамен, оставляя себе только свое стремление к чему-то. Этот толчок, это потрясение красотой и есть сталкинг.

Воин постоянно обращается к своей смерти. Обращаясь к этой идее для сообщения себе толчка и избавления от власти навязчивых идей, воин, по сути дела, использует свою смерть как советчика: когда вещи становятся неясными, воин думает о своей смерти.

Смерть — наш вечный компаньон, за левым плечом на расстоянии вытянутой руки.

Смерть — присутствие: это ничто, и в то же время это — все. Смерть — все, что захочешь.

Как можно чувствовать себя важным, зная, что смерть преследует тебя?

Смерть — это единственный, мудрый советчик, которого мы имеем. Когда бы ты не чувствовал что все идет не так, как надо, и что ты вот-вот пропадешь, повернись к своей смерти, и спроси ее, так ли это. Твоя смерть скажет тебе, что ты ошибаешься, потому что в действительности ничто, кроме ее прикосновения, не имеет значения. Твоя смерть скажет тебе: «я еще не коснулась тебя», и это будет означать, что твоя битва еще не проиграна, и ты можешь повернуть исход дела в свою пользу. После этого ты будешь очищенным и обновленным, и ты сможешь действовать по-настоящему эффективно.