Чтение онлайн

Не исключено, что до того, как чертоги превратились в храмы Огня и зороастрийцев стали называть огнепоклонниками, четырехарочники были храмами Солнца — солнечными календарями, отсчитывающими Время, а значит, главными культовыми местами зерванитов. И, возможно, древнейший огонь чертогов есть не что иное, как неугасимый огонь Солнца, точнее, «четырех» Солнц, четырех главных точек года, с помощью которых Великий Зерван свершает на планете Земля лишь ему подвластный Круговорот Времени, укладывая в нем пласты человеческой истории.

Интересно заметить, что если слово «чахартак» раздробить на составляющие — «чахар»-«та»-«ака», то в дословном переводе с фарси это будет звучать как «четыре господина», коими в чертоге являются четыре арки, распахнутые на четыре стороны света, четыре времени года и четыре их точки отсчета (зимнее и летнее солнцестояния, весеннее и осеннее равноденствия), а также четыре формы Времени, равно как и четыре их стража, возглавляющие Небесное воинство. То есть чертог — это некая простейшая модель пространственно-временного континуума, что служит еще одним указателем на принадлежность к разработке чертогов древних персидских магов, которые в те далекие века относились к касте жрецов-зерванитов.

К тому же, как известно, четверка — одно из любимейших чисел зерванитов, связанное с направленным потоком времени, в котором мы живем на планете Земля, или с Временем Ограниченным, называемым Зерваном Карана.

В то же время четверка — число Меркурия, или Гермеса, проводника информации. Древние персы именовали его Сраошей, почитая как благовестника и посланца Ахура-Мазды, — именно через Сраошу осуществлялась связь с Небесным воинством, именно он был повелителем магов, а его священная птица Петух во все века служила вестником восходящего Солнца. В жизни людей эту функцию выполняли жрецы, которые по точнейшей геометрии солнечных лучей, проходящих сквозь арки чертогов, определяли смену всех времен года, а также возвещали Миру о наступлении Нового года.

Согласно зороастрийской мифологии Сраошу изображали воином с четырьмя ногами, восемью руками и головой Петуха, что мифологически можно представить в виде космического защитника Мира: четыре ноги — четыре формы времени; восемь рук — восемь сторон света; голова, увенчанная гребнем, — наша Вселенная, в центре которой находится звезда по имени Солнце. Солнце — это не кто иной, как тот самый «Петушок — золотой гребешок, масляна головушка, шелкова бородушка» из известной детской сказки, где: «золотой гребешок» — светящаяся солнечная корона, «масляна головушка» — блистающий солнечный диск, «шелкова бородушка» — золотистые нити солнечных лучей. Налицо космомифологическая связь Сраоши с чертогами, которые своим видом действительно похожи на воинов, закованных в броню.

Однако вернемся к строению чертогов, в геометрию которых, говоря языком математического программирования, был буквально прошит, прописан солнечный календарь — видимое движение Солнца относительно Земли, причем с учетом всех особенностей данной местности.

Как известно из астрономии, наклонность земной оси является причиной того, что места восхода и захода Солнца для земного наблюдателя кажутся несколько смещенными (рис. 1). И лишь два раза в год — первого Фравардина (21 марта) и первого Мехра (23 сентября) — Солнце встает точно на востоке и садится точно на западе, в результате чего день равен ночи, и такие дни называются днями весеннего и осеннего равноденствий.

Начиная с 21 марта, Солнце все более удаляется от точки востока в сторону севера, пока, наконец, не достигает своего максимального угла отклонения, равного 23°27, что происходит первого Тира (21 июня), в день летнего солнцестояния, когда в году бывает самый долгий день и самая короткая ночь. Затем, следуя обратным путем, Солнце постепенно возвращается к точке востока, достигая ее 23 сентября, в день осеннего равноденствия.

Аналогичным образом, начиная с 23 сентября, Солнце вновь удаляется от точки востока, но уже в сторону юга, пока опять не достигает своего максимального отклонения, что происходит первого Дея (23 декабря), в день зимнего солнцестояния, когда в году бывает самый короткий день и самая долгая ночь. После чего, возвращаясь обратно, Солнце приближается к точке востока, достигая ее 21 марта, в день весеннего равноденствия, и открывая двери Новому году.

Если данный рисунок повернуть на 90 градусов влево, получатся известные всем тикающие часы с маятником, с шириной «временнуго шага» в четверть года, те самые «четыре четверти пути», о которых поется в известной песне Владимира Высоцкого (рожденного, кстати, в год Солнца, Сокола), или четыре четвертака. Четвертак — тот же Чахартак, в котором, как будет показано далее, каждую четверть года фиксировалась одна из четырех его кардинальных точек.

Именно эти совершенно наглядные ритмы движения светила и были заложены в основу строения древнейших чертогов. Однако, как показали исследования, не все было так просто. Сложность разработки заключалась, во-первых, в правильном соотношении чертогов с местным ландшафтом: горы, холмы, неровности — ничто не должно было мешать проникновению в арки солнечных лучей и сказываться на точности математических расчетов. А во-вторых, в удивительной устойчивости конструкции чертогов к землетрясениям, которые в Иране происходят довольно часто, причем немалой силы, и коих за более чем 2000-летнее существование чертогов было, как минимум, столько же!

Но… приходят и уходят люди, разрушаются и отстраиваются города, оседают горы, пересыхают реки, а чертоги стоят, отмеряя миру его года.

Каменные служители Хроноса неподвластны Времени, ибо сами есть Время!

Дальнейший рассказ о тайнах чертогов связан с именем человека, вплотную занимающегося изучением механизма летоисчисления в четырехарочниках Ирана и посвятившего данному делу немалое количество лет. Это — Реза Моради Гияс-Абади, результаты исследований которого были опубликованы в книгах: «Солнечная обсерватория Накше-Ростам», «Обсерватория Нимруз», «Обсерватория Чогазанбиль» и «Порядок летоисчисления в четырехарочниках Ирана». Ученым были обследованы порядка 30 чертогов (как отмечает сам автор — не всех, имеющихся на территории Ирана), что позволило ему открыто заговорить об их календарном строении, а также представить эти сооружения как самое наглядное доказательство высокого уровня развития точных наук в Древнем Иране.

Порядок летоисчисления в чахартаке «ниясар» (кашан) [85]

Красивая древняя деревня Ниясар расположена у подножия горы, в сорока километрах на запад от Кашана. Весной одновременно с цветением степных трав, прибавлением чистых вод в небольшом роднике-водопаде, расцветанием роз мохаммади, из которых изготавливают розовую воду, и распространением благоухающего аромата, исходящего от мест, где забирают эту розовую воду, Ниясар становится одним из самых красивейших и наиболее привлекательных мест Ирана.

А в общем-то деревушка Ниясар — это старые переулки со старыми деревьями и старыми мужчинами и женщинами, хранящими в своей памяти бесчисленные рассказы и истории о своей земле.

Верхняя часть деревни — наиболее оживленное место. Здесь расположен всегда бурлящий родник с «живящей» водой, чуть поодаль — мечеть, которая, без сомнения, была старинным местом поклонения, очень старое кладбище с аккуратно выточенными многовековыми плитами, не менее старое дерево чинары, вытянувшееся до небес и хранящее тайны многих поколений, а также высокий каменный четырехарочник — самое величественное место из наиболее древних построек.

Родниковая вода вытекает прямо из-под горы, на которой стоит четырехарочник. Вода здесь всегда довольно теплая, даже в зимние холода не теряет она своих «плавающих друзей» — мелких и крупных рыб, которых люди Ниясара считают благословением своего родника и никогда не ловят. Рыбы в сопровождении теплых вод Анахиты пробегают около прочно стоящей неподалеку старой чинары и попадают в небольшой водный бассейн. Ступеньки около бассейна позволяют подойти к воде поближе, выпить горсть родниковой воды, промыть водою глаза и на мгновение замереть возле старого благословенного места, где когда-то собирались наши предки.