Чтение онлайн

Скорпиус не ответил, лишь глаза закатил.

— И ТЫ МОЛЧАЛ?! — обалдел я. — Ты не сказал об этом ни на похоронах, ни вечером, ни утром, когда я прямо спросил?!

— Не кричи не меня! — с нотками истеричной леди в голосе, взвизгнул Малфой.

— Да я не кричу!

— Ты кричишь на меня! — взвыл Скорпиус.

Я опустился на стул и прижал пальцы к вискам.

— Все, я не кричу, — выдохнул я.

— Точно?

— Точно.

Скорпиус снова повернулся ко мне, заправив за ухо прядь, спадающую на лицо.

Пару минут мы просто молча смотрели друг на друга: причем Малфой просто моргал своими огромными глазами, с видом белобрысого деревенского дурачка, а я пытался осмыслить правду (которую, впрочем, Наземникус и Моран вчера вбили мне в голову).

— Рассказывай, — только и сказал я.

— Смеркалось, — многозначительно начал Скорпиус. — Я был в мэноре, никого не трогал, читал Библию…

— Скорпиус, без гипербол.

Малфой снова сжал губы.

— Сидел в мэноре и решил немного расслабиться, дабы скинуть с себя ярмо пережитых конфликтов с семьей…

— Ты сидел в мэноре и нюхал кокаин? — вскинул брови я.

— Допустим, — не отрицал Скорпиус. — Потом ко мне пришла кошка, и мы стали вместе смотреть на огонь в камине, представляя, что это ад…

— Отмотай рассказ на два часа вперед.

Скорпиус снова оскорбился до глубины души.

— И вот рисую я кокаином рожицу на столе…

— На три часа вперед, — попросил я.

— Ал, ты меня слушаешь или нет? — вскинулся Скорпиус.

Я закатил глаза.

— Хорошо, рисуешь ты рожицу кокаином на столе, — согласился я. — И…

— И потом пришел Луи.

— И ты его впустил? — возмутился я.

— Я хотел поговорить с ним, — заверил Скорпиус, покачиваясь взад-вперед. — Я хотел мягко намекнуть ему, что Доминик счастлива, и что нет нужды ему лезть в нашу семью, потому что у нас было все хорошо, до того момента, пока он не сунул свой нос в нашу квартиру.

Ничего удивительного я не услышал. Я будто даже слышал, о чем говорили Луи и Скорпиус, слышал, как это переросло в спор на весьма повышенных тонах. Вспомнил, как то же самое мне говорил и Наземникус в рамках своей теории. Припомнил и слова Морана о том, что разозлить оборотня проще, чем грядку вскопать.

— А дальше что? — поинтересовался я, впрочем, зная исход.

Лицо Скорпиуса помрачнело.

— Я ему слово, он мне десять, ну потом и я вспылил, ты же меня знаешь. А потом он меня забил.

— Чем забил? — вздрогнул я.

— Руками, ногами, потом, кажется, каминными часами, — пожал плечами Скорпиус. — А потом я сидел на диване и смотрел на свой труп, ну пока меня не нашел папа.

— А Луи?

— Ушел.

Все звучало настолько ярко и реально, что я не нуждался в более подробном объяснении случившегося. Скорпиус, кажется, совсем взгрустнул, опустив глаза на кухонную тумбу.

— Почему ты не сказал сразу? — осторожно спросил я, чтоб снова не сорваться на возмущенный крик.

— Я думал решить все с Луи самому, раз уж он видит меня, — заверил Скорпиус.

— Он убил тебя!

— Я думал, это был аффект. И думал, что его хоть как-то замучает совесть, а того, что он вчера повел себя, как хозяин Вселенной, я и подумать не мог. Никакого раскаяния. — Я редко когда видел Малфоя таким подавленным. — Будто моя жизнь ничего не стоит. И еще и сказать мне это в лицо…

Редко когда со мной такое бывало, но у меня просто сердце сжалось.

Я готов был услышать это, возможно, наслушавшись своих «сенсеев криминального мира» хотел подтвердить теорию, но мысль о том, что вчера в этой квартире, в этой самой кухне стоял убийца, заставила меня чуть ли не содрогнуться.

« А если это был не аффект? А если Луи намеренно его убил: планировал, рассчитывал, а дальше все, как сказал Моран: устроил сцену на похоронах, когда услышал об основной версии смерти Скорпиуса, забрал сестру и исчез» — подумал я.

— Скорпиус, ты понимаешь, что он должен быть наказан? — серьезно спросил я. Зная Скорпиуса, тот мог запросто задвинуть тему всепрощения.

И точно.

— Ну не знаю, — пожал плечами Скорпиус. Выглядел он совсем несчастным. — Он же не виноват, что вспылил и…

— … убил тебя.

— Не знаю, Ал, — повторил Малфой. — Я и не смогу выдвинуть обвинения, я же мертв. Как я напишу показания?

В моей голове вдруг прозвучал звон галлеонов, циничная я сволочь.

— А я тебе на что, друг? — улыбнулся я, и, достав из ящика стола перо, чернильницу и пергамент, уселся поудобнее.

***

Утром следующего дня, я трансгрессировал в Паучий Тупик, и, зыркнув на мальчугана, который некогда доводил меня своим мячом, одним лишь взглядом заставил его скрыться за соседским забором.

«Когда ты, маленькая гнида, пойдешь в Хогвартс, я вздохну спокойно» — пробурчал я и открыл скрипучую калитку к дому Флэтчера.

Поднявшись на крыльцо, я дернул дверь, вечно незакрытую, и шагнул внутрь.

— Опять он здесь, черт его дери, — послышалось знакомое бурчание Морана.

— Поттер, иди, работай, депрессивный ты наш. Книжный простаивает, товар скоро паутиной порастет, пока ты тут сопли на кулак наматываешь.

— Или ты опять похмелиться? — Заспанный, небритый и откровенно страшный Наземникус приподнялся на диване, я явно его разбудил. — Бросай пить, а то будешь, как Моран.

Моран вскинул брови и покачал головой.

Я, отмахнувшись от обоих, жестом призвал всех молчать и вытащил из внутреннего карман куртки сложенный вдвое лист пергамента.

— Мы богаты, — прошептал я, подняв лист над головой так, словно это был мой торжественно пойманный в матче снитч.

***

… на этом спешу закончить свои показания, потому как далее не помню ничего, вплоть до обнаружения мною моего трупа. За более подробной информацией о моей несвоевременной кончине обращаться к Луи Уильяму Уизли, совершившему это злодеяние.

Скорпиус Гиперион Малфой

17.11.2006 — 1.07.2025

Наземникус дочитал показания Скорпиуса и, почесав небритый подбородок, кажется, ликовал.

— Шампанского всем! — вдруг воскликнул он. — Акцио!

— Шампанское? — насмешливо спросил я.