Чтение онлайн

Парень отвернулся. Упоминание об овцах напомнило о категории учеников, к которой наставник относил его самого.

Он прошёл за Захарией до тупика и обнаружил с изумлением, что это был никакой не тупик на самом деле, а просто выход на другой переулок, расположенный перпендикулярно — узкий настолько, что Макс шкрябал плечами о стены, пока пробирался следом, и оставалось лишь надеяться, что никто не пойдёт навстречу. Разминуться тут возможным он попросту не представлял. Возвышавшиеся над пешеходами гранитные стены давили не столько на тело, сколько на психику, юноша почувствовал себя кленовым листом, замурованным в книгу, и искренне пожалел вынужденных ходить этими путями клаустрофобов. Освещённый перекрёсток, приведший их в это неприятное место, маячил солнечным светом за спиной — обернуться было непросто, но Максиму всё-таки удалось, — и на миг ему захотелось попятиться, вернуться на широкий влажный проулок и ни на какой рынок больше не ходить. Но Захария, чьи плечи были гораздо уже, а нервы — крепче, продолжал двигаться к мелькавшей впереди развилке: его ждала работа, ему некогда возиться с испугавшимся замкнутого пространства подростком.

Макс дошёл до развилки и свернул влево, за колдуном: стены расступились, и ему почудилось, что проход практически выплюнул его наружу. А чародей уже нырял в чей-то двор через пролом в деревянном прогнившем заборе. Молодой Путник ускорил шаг и осторожно протиснулся в дыру, лишь слегка зацепив обломанную доску капюшоном табарда. Они пересекли пятачок голой замусоренной земли, открыли дверь в чей-то подпол и принялись спускаться по тускло освещённой редкими фонарями широкой каменной лестнице, которую Максим совершенно не ожидал здесь увидеть, куда-то глубоко под землю. Только там, в почти полной темноте, слушая эхо собственных шагов, он вдруг сообразил.

— Так вы меня способным считаете, что ли?

Раскат поражённого возгласа, усиленный нависшим над Путниками каменным коридором, оказался громче, чем Макс предполагал. Зашипев, колдун вжал голову в плечи и обернулся на него раздражённо: те несколько секунд, пока затухало эхо, они провели, играя в напряжённые гляделки.

— Стал бы я твоё присутствие терпеть, если бы не рассчитывал на дивиденды, — тихо проворчал Захария, отворачиваясь.

У Макса никак не хотел складываться пазл. В каждом слове этот странный человек подчёркивал, как общество пацана ему тягостно, и при том сам возился с ним при любом подвернувшемся случае. Когда Максиму было неприятно проводить время с кем-то из знакомых, он просто переставал с ними видеться — и уж точно не предлагал им провести время вместе по доброй воле. Так в чём тогда смысл чародейских действий?

Хотя «дивиденды» и расставили кое-что по местам в его туго соображавшей сегодня голове, исчерпывающим намечавшийся ответ не казался. Можно очень многими способами подготовить кого-либо к опасностям и испытаниям нового мира, не занимаясь этим самостоятельно, ежедневно и напрямую. К тому же, приглашение посетить рынок, путь к которому почему-то пролегал через тайный, тёмный, холодный и малоприятный коридор под землёй, явно было всего лишь опцией, и Макс действительно спокойно мог отказаться, его никто не принуждал. А это значило, что предложение сделано по доброте душевной, а не из холодного расчёта. Так что же, выходит, Захария лукавит, убеждая себя и своего подмастерья в том, как сильно ему доставляет удовольствие ходить по делам в одиночестве и как сильно его раздражает общество конкретно взятого пацана?..

Слишком много думаешь, — остановил себя Максим. — Этого старика всё равно не поймёшь.

Лестница кончилась тянущимся во мрак бесконечным квадратным тоннелем. Скудный свет магических фонарей, горевших почему-то только по правую сторону, едва справлялся со своей задачей: пыльные и грязные, с крышками, обросшими ржавым мхом, и полные мёртвых мошек за мутными стёклами, они не чистились так давно, что предсказуемо потускнели. Проход, чьим бы он ни был и кем бы ни был сотворён, существовал явно не первое десятилетие — от грубо обработанных гранитных стен, от скошенного потолка и бугристого пола веяло не простой стариной, а настоящей древностью. Складывалось ощущение, что этот коридор выдолбили из цельного каменного куска — за то продолжительное время, что они продвигались вперёд, взгляд Макса так и не зацепился ни за один из швов.

— Что это за место, Мастер? — помня о силе эха, почти шёпотом спросил он у идущего впереди колдуна.

— Тоннель, — ответил Захария, не оборачиваясь. Впрочем, здесь эхо могло не только подставить молодого Путника, но и играло ему на руку: он отчётливо услышал, как наставник усмехнулся. — Его соорудили лао. Очень давно.

— Выходит, Эпиркерк когда-то был их городом? — осматриваясь теперь ещё внимательнее, уточнил юноша. — И что, люди их вытеснили?

— Я бы не удивился. Но нет — в те времена, когда здесь жили лао, Эпиркерка ещё не существовало, равно как и людей, его построивших.

Действительно давно, — присвистнул парень.

— Мне сегодня показалось, что я смотрю на велоцираптора. Я охренел, а потом увидел, что у него человеческое тело. И охренел ещё больше. Кто они такие вообще, эти лао? Рептилоиды?

Захария, прикрыв рот ладонью, засмеялся. Старательно заглушая издаваемые звуки, он ощутимо замедлился, но всего на несколько секунд, чтобы восстановить дыхание, и вновь по-прежнему бодро двинулся к блеснувшему впереди свету.

— Рептилоиды, да, — он повернулся, широко улыбаясь, и неожиданно сделал то, чего от него не ожидал ни Максим, ни даже он сам: по-отечески хлопнул парня несколько раз по плечу. Тут же осознав это случайное действие, как мог хладнокровно убрал руку и сосредоточеннее прежнего принялся всматриваться вперёд. — Знаешь что-нибудь об этом культурном феномене?

— Только хрень всякую, — Максу резко стало не по себе. Причём, он не мог до конца понять, от чего именно: от самого факта проявления стариком человечности или от того, насколько естественным это ощущалось. — Люди-ящерицы с какой-то там планеты, которые умеют принимать человеческий облик, управляют миром и живут среди нас.

— Уже что-то. Однако не исчерпывающе, — чародей помолчал. — У меня есть версия на этот счёт. Не знаю, насколько близка она к действительности, но выглядит складно. В нынешнем виде феномен «рептилоидов» существует благодаря книгам некоего Дэвида Айка, который, в свою очередь, опирается на книгу моего тёзки, Захарии Ситчина, который, в свою очередь, опирается на книгу Эриха фон Дэникена, который, в свою очередь, якобы опирается на шумерско-аккадскую мифологию, которая, в свою очередь, рассказывает о младших божествах ануннаках, якобы людях-рептилиях. Якобы именно эти божества, явившиеся с неба на металлических лодках, сперва скрестились с существовавшим тогда Homo Erectus и породили современного человека, а потом обучили результат многим наукам и «подарили цивилизацию».

Свет приближался медленно, и по мере его приближения Максим начинал улавливать отдельные звуки — преимущественно чью-то речь. Чем дальше они шли, тем сильнее подступало волнение: возникло и лишь усиливалось ощущение таинственности и незаконности, исходившее от этого загадочного рынка.

— Но это всё лирика. Вот, что про так называемых рептилоидов известно на Земле: они двухметрового роста, способны принимать облик человека, живут в подземных базах и периодически способны управлять сознанием людей на расстоянии. Ты спросил, кто такие лао и что из себя представляют, так оглядись и скажи, где мы находимся.

— Под… землёй, — парень воспринял слова наставника буквально и взаправду ещё раз осмотрел тяжёлый гранитный свод коридора. — Подождите-ка… Хотите сказать, что…

— Дослушай, — спокойно продолжил колдун и даже улыбнулся слегка, — Поскольку дальше — интереснее. Есть две основные разновидности лао: та, что ты видел сегодня, с головой ящерицы, и более гуманоидная, с человеческими чертами лица. Лао не умеют мимикрировать под людей целиком, однако могут в известной степени менять форму и структуру отдельных частей тела: окрас и плотность кожи, например, или длину и твёрдость гребней и наростов. Скажем, если бы лао решил сменить зелёный цвет чешуи на бежевый и спрятать шипы, он в целом мог бы быть похож на нас с тобой.

— Охренеть.

— И вишенка на торте: угадай с одного раза, каков их средний рост.

— Хм-м-м, даже не знаю, метра под два? — хохотнул юноша. — Не, ну это реально жесть. Так вы считаете, что шумеры описывали местных лао?

— Не знаю, — Захария пожал плечом, — Может быть. Несмотря на древность их культуры, о лао нам известно непозволительно мало, к сожалению. Они стараются с другими расами не откровенничать, особенно с людьми — допускаю, поэтому они всё ещё и существуют. Но если мы умеем странствовать между мирами, то почему они не могут? Не исключено, что однажды несколько шаманов из их племени попало на Землю либо намеренно, либо по ошибке, а потом увидели Земной уровень жизни и помогли немного. Отвесили цивилизованности с барского плеча. Если так подумать, то Путники для аборигенов Цельды — те же «рептилоиды» для шумеров: мы приносим свою культуру, свои правила и обычаи, учим непросвещённое общество сложным материям. Эдакое перекрёстное образование.