Чтение онлайн

Она не ответила, а окинула взглядом комнату – угол, где покоился длинный серебристый ящик; блестящие царапины на дальней стене. – Ты совсем не усомнился в ее обвинениях, – произнесла она наконец. – С самой первой секунды.

– Я провел с ним гораздо больше времени, чем ты. Семнадцать лет он фактически не отходил от меня ни на шаг.

– Да, – она опустила взгляд на свои руки, беспокойно лежащие на коленях. – Думаю, я всегда видела его лишь мельком. Раз в месяц он приходил в деревню в Форкосиган-Сюрло и отдавал мистрис Хиссопи деньги – и почти никогда не задерживался больше часа. В этой вашей коричневой с серебром ливрее он мне казался метров трех ростом. Я так волновалась, что в ночь накануне и после его приезда не могла заснуть. Лето было раем – потому что когда твоя мать приглашала меня с тобой поиграть в вашей летней резиденции возле озера, то я могла видеть его целый день… – Ее голос сорвался, пальцы сжались в кулак. – И все это была ложью. Фальшивое великолепие, под которым все это время таилась… выгребная яма.

Майлз заговорил таким тихим, ласковым голосом, какого он сам от себя не ожидал. – Не думаю, что он лгал, Елена. Скорее он пытался придумать себе новую правду.

Она стиснула зубы и оскалилась. – Правда в том, что я ублюдок, плод сумасшедшего насильника, а моя мать – убийца, которая ненавидит даже мою тень. И я не верю, что унаследовала от них только форму носа и глаз…

Вот он, этот темный, самый потаенный ужас. Наконец-то Майлз ухватил это понимание – и бросился за ним вслед, словно рыцарь, преследующий дракона в его логове. – Нет! Они – это они, а ты – это ты. Ты сама по себе, ты совершенно самостоятельна – на тебе нет вины…

– Когда я слышу такое от тебя, то думаю, что большего лицемерия я в жизни не встречала !

– Что?

– Что ты, как не венец всех поколений твоих предков? Цветок на древе форского рода…

– Что, я? – Он изумленно на нее уставился. – Венец вырождения, это возможно. Чахлый сорняк, – он замолк, потому что на ее лице отразилось такое же изумление. – Да уж, они множатся. Мой дед нес на спине груз девяти поколений, отец – десяти. Я тащу одиннадцать – и клянусь, моя ноша тяжелее всех остальных, вместе взятых. Удивительно, что меня совсем не расплющило. Я себя так чувствую, словно стал сейчас на полметра короче. Скоро от меня совсем ничего не останется.

Он нес чушь без удержу и понимал это. Его словно прорвало, словно плотина рухнула. Он весь отдался во власть этого потока, открыв шлюзы…

– Елена, я люблю тебя, я всегда тебя любил… – Она вскочила, как испуганный олень, но он раскрыл объятия и обхватил ее руками. – Нет, погоди! Я люблю тебя; не знаю, кем был на самом деле сержант, но и его я любил, и все, что в тебе есть от него, я чту всем сердцем… я не знаю, где правда, и мне на все наплевать, мы заведем своего ребенка – как и он завел, у него чертовски отлично получилось… я не могу жить, когда рядом нет кого-то по фамилии Ботари, выходи за меня замуж! – С последними словами он выдохнул остаток воздуха и был вынужден замолчать, чтобы глубоко вдохнуть.

– Я не могу за тебя выйти! Генетический риск…

– Но я же не мутант! Смотри, жабр у меня нет, – он засунул пальцы в уголки рта и растянул его, – и рогов тоже… – тут он с обеих сторон приставил к голове ладони, шевеля растопыренными пальцами.

– Риск не в твоих генах. А в моих. Его. Твой отец должен знать, кем он был, и никогда не согласится…

– Знаешь, тот, кто способен проследить свое кровное родство с императором Юрием Безумным по двум линиям сразу, вряд ли может критиковать чью-то наследственность.

– Твой отец верен своему классу, Майлз, – как и дед, как и леди Форпатрил. И они никогда не примут меня в качестве леди Форкосиган.

– Тогда я предложу им альтернативу. Скажу, что собираюсь жениться на Беле Торне. Они так быстро сменят курс, что завалятся на повороте.

Елена беспомощно осела и зарылась лицом в подушку, плечи ее затряслись. На какую-то секунду Майлз ужаснулся, что довел ее до слез. Не сломать он ее хотел, а укрепить – больше, больше… Но тут она повторила: – Черт возьми, не смеши меня! Черт…

Обнадеженный, он рванулся вперед: – И я не был бы так уж уверен в преданности моего отца своему классу. В конце концов, он женился на иностранке и простолюдинке. – Он сделался серьезным. – А насчет матери можешь не сомневаться. Она всегда мечтала о дочери, – втайне, никогда не выставляя этого напоказ, чтобы не причинить боли отцу… – и она станет тебе настоящей матерью.

– Ох, – проговорила она, словно он нанес ей удар кинжалом.

– Вот увидишь, когда мы вернемся на Барраяр…

– Я молю бога, – страстно перебила она его, – чтобы ноги моей больше не было на Барраяре.

Теперь настал его черед охнуть. После долгой паузы он произнес: – Мы можем поселиться где-нибудь еще. На Колонии Бета. Там должно быть довольно спокойно, особенно если валютный курс будет выгодным. Я найду работу, займусь… ну, чем-нибудь займусь.

– А когда в один прекрасный день император призовет тебя занять твое место в Совете Графов – представлять там твой Округ и все его скудные земли – куда ты тогда денешься?

Он молча сглотнул ком в горле в ответ на этот удар. – Мой наследник – Айвен Форпатрил, – предложил он наконец. – Пусть он и получает графство.

– Айвен – ничтожество!

– Ну, не так уж он и плох…

– Когда моего отца не было рядом, он обычно зажимал меня в угол и пытался лапать!

– Что?! Ты никогда не говорила…

– Не хотела устраивать большого шума. – Она нахмурилась при этом воспоминании. – Мне почти что хочется вернуться в прошлое – просто чтобы двинуть ему ногой по яйцам!

Майлз покосился на нее с явным испугом. – Да, – медленно проговорил он, – ты изменилась.

– Я больше не знаю, кто я. Поверь мне, Майлз, я люблю тебя так же, как люблю дышать…

Его душа воспарила…

– Но я не могу быть приложением к тебе.

…и разбилась вдребезги. – Не понимаю.

– Не знаю, как тебе объяснить. Ты поглотишь меня, словно огромный океан – ведро воды. Я растворюсь в тебе. Я люблю тебя, но ты меня пугаешь. Ты и твое будущее.

У всех затруднений нашлось простое объяснение: – Это все Баз. Верно?

– Если бы База не существовало, мой ответ тебе был бы тем же. Но раз речь зашла о нем – я дала ему слово.

– Ты… – Майлз судорожно выдохнул. – Возьми его назад, – приказал он.

Она просто молча посмотрела на него. Через мгновение он покраснел и со стыдом опустил глаза.

– У тебя океан чести, – тихо проговорила она. – А у меня – только маленькое ведерко. Справедливо ли будет выбить его у меня из рук, милорд?

Майлз упал на койку, побежденный.

Елена встала. – Ты пойдешь на совещание?

– К чему? Все это безнадежно.

Она пристально посмотрела на него сверху вниз, сжав губы, и кинула взгляд на стоящий в углу ящик: – Не пора ли учиться ходить на собственных ногах, а, калека?