Чтение онлайн

Нет, печати и талант Указов не более чем приятное дополнение к моим силам. Уж лучше я возьму за баллы рейтинга пару уроков, чем меня сразу утащат в Павильон флага. Или и вовсе заберут из Академии.

Ксилим не дождался ответа и пожал плечами:

– Ну нет, так нет. У нас ещё будет время лучше узнать друг друга. И открыться друг другу, – на губах его появилась лёгкая улыбка. – А пока, последнее на сегодня испытание, испытание на скрытые таланты.

И вот здесь я напрягся. Мне только этого не хватало после всего, что я решил. И что всё это означает? Не проблемы ли для моей маски и моего кольца?

Ксилим развернулся, бросил через плечо:

– Следуйте за мной.

Он провёл нас мимо послушников в двери, за которыми оказался узкий коридор, махнул рукой на стоявшие у стен столы с мечами:

– Никто не видит на них ничего необычного? – палец его указал на парня, что до этого доказывал свой талант начертателя. – А ты помолчи.

Тот, уже начавший что-то говорить, тут же закрыл рот. Совсем другой парень, с яркими голубыми прядями, помявшись, неуверенно проговорил:

– Пылающие зелёным линии – это достаточно необычно?

Я прищурился, ещё раз быстро оглядывая ряды оружия. Где линии?

Ксилим же ещё раз повёл рукой:

– Покажи мне один из таких мечей и не бойся, он не причинит вреда.

Парень шагнул, с опаской постучал пальцем по столу рядом с одним из клинков:

– Ну, вот этот.

– Отлично! – Ксилим радостно улыбнулся. – Поздравляю, самое малое, ты обладаешь Духовным Взглядом, а скорее всего у тебя есть талант к начертанию. Как тебя зовут?

– Затий.

Кто-то буркнул:

– Может, у меня тоже есть такой взгляд.

Ксилим кивнул:

– Может, и у тебя, – снова ткнул пальцем. – Затий и ты теперь молчите. Кто покажет мне ещё один клинок с линиями? Никто? Жаль. Значит, больше ни у кого таланта и Духовного Взгляда нет.

Стоявший от меня в трёх шагах парень набычился. Понятно, кто это говорил и кто не видит теперь ничего. Как я. Хотя, вроде бы у меня и есть этот самый Духовный Взгляд Мастера. Как-то же я вижу выплески духовной силы от сильных техник. И могу проникать в чужое тело с лечебной техникой.

Ксилим показал нам жестом идти за ним дальше. Скоро столы, на которых никто не замечал ничего странного, закончились, зато вдоль стен выстроился десяток послушников. На этот раз вперемешку с красными, белыми, чёрными и серебряными отворотами.

Когда мы привычно остановились, раздался вопрос Ксилима:

– Кто из них использует сейчас технику?

Я колебался лишь мгновение, затем шагнул к темноволосому крепышу, под ногами которого каждые два вдоха растекалась серая пелена. Одновременно с тем самым парнем, Затием, что недавно видел зелёные линии.

И Затий успел сказать первым.

– Этот.

Ксилим снова ткнул пальцем в Затия:

– Ты молчи, – палец переместился на меня, – А ты покажи мне ещё одного человека.

Я, не сходя с места, кивком указал на другую сторону коридора:

– Послушник с белыми волосами и огнём. Из охранителей.

Ксилим довольно кивнул:

– Отлично! Ещё один Духовный Взгляд. Твоё имя?

– Римило.

Ксилим оглядел остальных, задержав взгляд на другом начертателе, Чоре и кузнеце, Виомате:

– Больше никто не хочет ничего сказать? Тогда идём дальше.

Я двинулся, косясь на Затия. Выходит, его Взгляд позволяет видеть и начертания, и техники. В отличии от меня. Ну, неудивительно, помня мои проблемы с медитацией познания. Я уже когда-то слышал от Виликор, что с моим духом я должен иметь талант в одной из профессий и даже пытался увидеть работу начертания, но не сумел.

Всё же стоит признать, что вся сила моего духа сосредоточилась только в одном таланте. Как у тех же Виомата и Чора, которые тоже не видели применения техник послушниками. И пожалуй, я ни капли не жалею о силе своего таланта в Указах. Стоило нам пройти шагов пятьдесят, пройдя несколько отрезков испытания, как охнул Берек:

– Гархова отрыжка!

Если все принялись озираться, то Ксилим тут же оказался рядом с прикрывавшим глаза Береком, потребовал:

– Ты что-то видишь?

– Сияющие круги!

В доказательства Берек отвёл от глаз одну руку и ткнул пальцем в стену, где лично я не видел ничего. Как, похоже, и все остальные. Но Ксилим потребовал:

– Стань перед одним из них.

Берек сглотнул, но, щурясь, шагнул к стене. Не знаю, видел ли что-то сам Ксилим, но он удовлетворённо кивнул:

– Отлично. Талант к формациям. И великолепный талант, судя по тому, как тебя слепит. Это, безусловно, Павильон флага, потому как Орден и славится своими формациями. Поздравляю. Как твоё имя?

– Берек, – Он сглотнул, неуверенно спросил: – Как это Павильон флага? Я же прошёл первое испытание, я же в Павильоне меча.

Ксилим пожал плечами:

– Будем честны. Бойцов там ещё трое, а твой талант к формациям пока один. И не развивать его, означает лишь загубить. К чему? Если уж ты так твёрдо хочешь продолжать совершенствоваться в схватках, то всегда можешь потратить заработанные в Павильоне Флага баллы и сойтись в учебных поединках с собратьями из Павильона меча.

Я хмыкнул, стараясь делать это беззвучно. Как ловко всё поворачивает этот Ксилим. То одних похвалит, то других. И чем он Берека обнадёживает? Потратить баллы на то, чтобы я его отпинал? Вот уж награда. Лучше получить за них технику. Думаю, устроить так, чтобы сойтись в поединке можно будет и без траты баллов. Например, после уроков. Перед сном. Как я привык в Школе Гряды.

Больше никто из нас не видел кругов, и мы двинулись дальше. Похоже, этот коридор и есть сплошное испытание на поиск скрытых талантов. Интересно лишь, как всё это устроено, если нигде на территории Ордена и во время первого испытания Берек не видел ничего, а здесь его едва не ослепило. Или там и не было ни одной формации?

– Никто ничего не видит? Жаль.

Гилай, крутя головой, спросил:

– А здесь какой талант проверяют, заместитель главы?

– Массивы. Но это большая редкость, – Ксилим и не подумал отмолчаться. – Такие таланты встречаются раз в десять-пятнадцать лет. И становятся учениками управителя Кхивеодса.

Гилай удовлетворённо кивнул, а вот я напрягся. Таланты всё возрастали по редкости. От алхимии до массивов. А это значит…

Догадавшийся, готовый, я сдержался от желания прищуриться, но всё же часто заморгал, смахивая, побежавшие от яркого света, слёзы.