Чтение онлайн

Опаснее всего мошенничества, построенные якобы на применении последних достижений физики в медицине. Чем только не лечат: “заряженной” водой, силой мысли, микролептонными полями, которых никто никогда не наблюдал, гравитационными волнами, неуловимыми частицами нейтрино, потоки которых проходят сквозь вещество, не взаимодействуя с ним, а стало быть и невозможно ожидать от нейтрино никаких оздоровляющих эффектов… И нет конца этому перечню. Конечно, можно сказать, что особого вреда от подобного “лечения” нет. Хотят больные платить за бессмысленные “пустышки” — пусть платят.

Только не следует забывать, кто платит. Ведь, как правило, это люди, живущие на мизерную пенсию. Они свято верят в силу науки, не догадываясь, что широко рекламируемые “приборы” и “приборчики” вместе с их создателями — наперсточниками — ни малейшего отношения к науке не имеют. Отбирать у стариков последние деньги путем бессовестного обмана — непорядочно. Впрочем, совесть и порядочность жуликам, промышляющим на ниве лжемедицины, — категории неизвестные. Увы, пока шулеры от медицины обирают больных “на законном основании”: таковы наши законы.

Не преследуется даже “лечение” жуликами онкологических больных! А ведь когда онкологический больной попадает в лапы “новой медицины”, его зачастую еще можно спасти. Прозрение наступает слишком поздно, когда сделать уже ничего нельзя…

Казалось бы, школьное образование должно прививать публике иммунитет, учить противиться подобным поветриям…

Увы, во главе угла нашей школьной реформы — упрощение и сокращение программ, так что знаний у детей поубавится, а невежество тут как тут: с утра до ночи телевидение потчует нас астрологическими прогнозами, магией, колдовством, целебными пирамидами, браслетами и амулетами, левитацией, антигравитацией и прочим бредом. И это невозможно классифицировать как научное заблуждение, это — прибыльный бизнес и, видимо, очень прибыльный, потому что все попытки воспрепятствовать потоку вранья встречают яростное сопротивление мошенников: инквизиторы, дескать, окопались в Российской академии наук, ретрограды, цепляются за старое, преследуют новаторов. Обязательно помянут, что генетика и кибернетика тоже побывали в статусе лженауки. Только умолчат о том, что для политических репрессий, как и для мошенничества, годятся заимствованные слова, и лженаука не перестанет быть таковой из-за того, что словами этими когда-то воспользовались клеветники.

Можно сформулировать какие-то критерии? Как все-таки отличать пустышку от перспективного, но вызывающего споры нового направления в науке?

Представьте себе, что есть несколько научных школ, по-раз-ному объясняющих некое физическое явление. Эти группы ученых ведут и теоретические, и экспериментальные исследования под пристрастным “перекрестным огнем” оппонентов. Стоит только опубликовать одной из групп более или менее значимый результат, как остальные бросаются его проверять и перепроверять. После того как результат повторен в нескольких лабораториях разными учеными, обсужден специалистами и признан достоверным, споры прекращаются. Результат признан всем научным сообществом. Тупиковые ветви науки отмирают естественным образом, развитие продолжается по направлению, дающему достоверные, предсказуемые результаты. Причем есть такая особенность: актуальные исследования привлекают всегда несколько соперничающих и одновременно сотрудничающих групп ученых, так что научные результаты (положительные или отрицательные) по любой проблеме, интересующей человечество, обязательно будут получены и неоднократно проверены. Из истории науки мы хорошо знаем: по каждой проблеме решение созревает в нескольких головах, не сегодня, так завтра, здесь или в другом месте — открытие свершится, если пришло его время. Конечно, каждому хочется отстоять свой приоритет. Но добросовестный ученый в погоне за признанием не позволит себе пренебречь научной скрупулезностью. Он обязательно опубликует оценки точности измерений, не объявит вновь открытый закон сразу “всемирным”, а постарается очертить границы его применимости, наконец, задумается об обратной стороне медали — о цене своего научного достижения. Тщательно опишет методику эксперимента: ведь он заинтересован в том, чтобы его научные оппоненты могли повторить опыты и убедиться в его правоте. Вот вам и критерий: научная работа должна соответствовать определенным методическим требованиям и выдержать проверку экспертов. Так что если результат опубликован в серьезном научном журнале, этого пока еще мало. Если в нескольких лабораториях мира ведутся аналогичные работы, и коллеги ссылаются на вас и используют ваши результаты — это уже придает вашим исследованиям вес и научную достоверность. Что же касается “пустышек”, то они становятся достоянием общественности, как правило, благодаря непроверенным, безответственным публикациям в СМИ. В серьезных рецензируемых научных журналах статьи сомнительного содержания вы найдете лишь в качестве редчайшего исключения, как брак в работе редколлегии.

Новое всегда с трудом пробивает себе дорогу…

Да, новаторам порой достается… Но, согласитесь, это не оправдание для того, чтобы поднимать шумиху в СМИ, публиковать в прессе непроверенные, а порой просто невежественные опусы на околонаучные темы и пытаться играть на нервах простых людей, не разбирающихся в проблеме. У новатора есть нормальный путь: публикация в серьезном рецензируемом научном журнале. Уверяю вас: от грамотного, добротного исследования, сколь бы неожиданными ни были его результаты, никакая редколлегия отмахиваться не будет.

Но надо с чего-то начать, для развития нового научного направления требуется финансирование, и приходится просить деньги под довольно расплывчатые обещания…

Позвольте процитировать здесь один из указов Петра I: “Все прожекты зело исправны быть должны, дабы казну изрядно не разорять и отечеству ущерба не чинить. Кто прожекты будет абы как ляпать, того чина лишу и кнутом драть велю — в назидание потомкам”.

Кнут как инструмент для насаждения научной добросовестности — вещь спорная. Да, проект может съесть деньги и не дать обещанного результата, не принести коммерческой отдачи. В ученом мире любят повторять: “Отрицательный результат — это тоже результат”. Аргументированно закрыть тупиковое направление — значит предотвратить пустые траты в будущем. Это тоже нужное дело, дело именно серьезной науки.

Мы же говорим сейчас о работе комиссии, которая борется с лженаукой и фальсификацией научных исследований и выступает против откровенных афер. Распространять заведомо ложную информацию, умышленно насаждать невежество, чтобы потом на нем наживаться — это мошенничество, хотя не трудно предвидеть — мошенники будут твердить, что комиссия это инквизиция, подавляющая творчество прогрессивных ученых в угоду ретроградам.

Какие планы у Вашей комиссии?

Большие. Необходимо добиться обязательной квалифицированной экспертизы новых технических и научных проектов. С Министерством образования надо договориться, чтобы проводить совместные экспертизы учебников.

Необходимо более тесное сотрудничество Российской академии наук и средств массовой информации. Что имеется в виду: не запрещать, но в случае появления статей невнятного содержания, противоречащих известным научным фактам, рекомендовать параллельную публикацию комментариев, предоставляемых ведущими учеными РАН. Ни в коем случае не допускать, чтобы невежды и самозванцы, прикрываясь незаконными дипломами и званиями, выступали от имени науки.

Возобновить издание научно-популярных книг, продолжить работу по организации в СМИ постоянных рубрик, освещающих достижения науки. Поддерживать тех журналистов и ученых, которые обеспечивают наше общество объективными знаниями о научной картине мира и рациональных способах его познания. И вообще — активизировать общественность. Массовое движение против оболванивания людей могло бы стать отличным противоядием от мракобесия. Такого рода общественное движение существует во многих цивилизованных странах. Существует Американское общество скептиков, подобные организации есть и в Европе, они проводят конгрессы, симпозиумы, публикуют свои материалы и проводят другие акции, влияющие на общественное мнение.

Есть скептики, есть рационально мыслящие люди, но есть и те, кому хочется чудесного исцеления и панацеи от всех бед. Не хотят они туда, где царствует презумпция доказанного. Силой ведь не затащишь?

Если говорить о почве, на которой процветает антинаучный бизнес, то да, почва имеется. Тут клубок социальных, экономических, политических проблем, которые не решаются в комиссиях РАН. Для нас важно, чтобы ученые и все, кто может заниматься просветительской деятельностью, считали это за честь и счастье… Но этого нет. На телевидении один только Сергей Петрович Капица трудится уже много лет, спасибо ему за это! А что еще можем назвать кроме “Очевидного-невероятного”? Практически ничего. Преобладают передачи сомнительного содержания. Фальсификации иногда всплывают на самый высокий уровень государственных структур, история с торсионными полями — типичный пример. И ведь всплывает всё это в среде, где у каждого есть диплом о высшем образовании.

Почему ученые не противятся?

Противятся. Но не слишком единодушно. Здесь несколько причин. Одна из них — естественная брезгливость. Ученому противно читать про “хрональное поле, неразрывно связанное с электромагнитной энергетикой пространства”, про “объем объективной сущности плазмоидной энергоплазмы”, или о том, что “время слоисто и концентрично, как годичные кольца, но иногда меж витков случаются пробои”. Противно и не хочется заступать на чуждую территорию голословных утверждений. Если вникать в подобные верования, разбираться, кого-то в чем-то убеждать… Своей работы хватает. И потом, в чем убеждать-то? Никаких фактов нет, научных данных нет, значит, и аргументов нет, одни слова. В словоблудии увязнем, кто ж тогда науку двигать будет? Всё так. Но брезгливость и равнодушие оборачиваются попустительством. Да, ученые считают эту работу ассенизаторской, грязной, но делать ее всё равно надо, иначе армия околонаучных жуликов, новоявленных детей лейтенанта Шмидта, будет безнаказанно дурачить население и наживаться на обмане.

Беседу вела Валентина Еремеева

По некоторым оценкам денежный оборот рынка псевдомедицинских приборов и целителей России — около 2 млрд $

В конце 90-х годов ученые устали наблюдать за бурным потоком “гениальных” открытий, в том числе в мире медицины. Большинство из них сотворили аферисты, главной целью которых были деньги. Чтобы бороться с откровенным обманом, Президиум Российской академии наук в конце 1998 г. создал Комиссию по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. Возглавил ее академик РАН, доктор физико-математических наук, профессор, заместитель директора Института ядерной физики им. ГЛ. Будкера Эдуард Павлович КРУГЛЯКОВ. С ним наша беседа о работе комиссии и о том, насколько распространена псевдомедицина в России.