Чтение онлайн

– Ну а вы чего ждете?
– крикнула женщина над их головами тем, кто все еще мялся на другом берегу.

Дрианон жалует матерям непререкаемо властный тон.

К тому времени когда солнце полностью вышло из-за деревьев, все переправились через реку, за исключением возчиков, ждущих со своими повозками. Мы все наблюдали, как первый фургон медленно въехал в реку, мужчины ругнулись - вокруг них заплескалась вода. Течение все еще было достаточно сильным, чтобы тянуть за колеса и тревожно раскачивать остов телеги.

– Но! Но!
– Кучер хлестнул ведущую пару, когда лошади шарахнулись от ледяной воды; кнут безжалостно обвился вокруг их ушей.

Мужчины налегли на веревки, привязанные к упряжи, чтобы тащить лошадей вперед. Животные напряглись, дрожа всем телом и потея, и мощным усилием выволокли тяжелую повозку на берег, за что были вознаграждены радостными хлопками, ласковыми словами и горстями свежей травы. Возчик насквозь промок, но сиял от облегчения. Его добро перебралось через реку в целости и сохранности.

Пока остальные фургоны совершали переправу, я заметила, что Узара спорит с купцом у последней повозки, и побежала обратно через мост.

– В чем дело?

– Я не думаю, что стоит рисковать, отправляя этого человека в фургоне.
– Под натянутой вежливостью Узары явственно проступала досада.

– Хори не может идти по мосту, - запротестовал купец. Хори лежал на грязных одеялах на дне телеги: обе ноги в грубых лубках, толстые бинты придерживают испачканные зеленым повязки.

– Ты перенесешь его через реку с помощью магии, да?
– мягко осведомилась я.

– Конечно.
– Маг уже начал сердиться.
– Почему же нет? В глазах Хори я увидела страх.

– Ты можешь доверять ему, - заверила я раненого. Рот Хори сжался в упрямую линию.

– Брод достаточно крепок, я положусь на него.

– Дело твое.
– Я взяла Узару за локоть, чтобы увести с Дороги.
– Пусть руны катятся как хотят.

Возмущенный ответ мага потерялся в общем шуме: возчик стегнул лошадей и погнал их в бурлящий поток. В отсутствие груза для устойчивости телега тотчас скользнула вбок. Белый от страха Хори вцепился в борта, изрыгая брань, достойную наемника. Возчик хлестал животных, но телегу все больше и больше опрокидывало. Если Хори уйдет под воду, ему уже не всплыть.

– Сделай что-нибудь, Узара, - не выдержала я.

– С какой стати?
– огрызнулся маг, еле сдерживая ярость.

– Ладно.
– Я скрестила руки.
– Это будет не первый раз, когда глупость станет чьей-то смертью.

Узара бросил на меня испепеляющий взгляд, но взмахнул руками. Золотая вспышка оставила солнце бесцветным, и копье магии вонзилось в воду. Река вокруг фургона закипела, переливаясь золотом, лазурью и сапфиром, возчик испуганно сжал поводья, и лошади затрясли головами.

– Гони их, ты, придурок!
– зарычал Узара, добавляя грязные ругательства.

Его сквернословие доставило мне наслаждение, которое превзошло удовольствие от магического света. Возчик схватился за кнут, хлеща своих коренников, пока на крупах не выступила кровь. Я взглянула на другой берег. Все собравшиеся там разинули рты и расширенными глазами смотрели, как фургон въезжает на пологий склон; последние завитки магического света исчезали с его колес вместе с водой, капающей на грязный дерн.

– Лично я оставил бы их тонуть, - заметил Грен. Сорград маячил в двух шагах позади него.

– Но ты не маг Хадрумала, приученный использовать свое колдовство во благо ближних, не так ли?

Я дружески улыбнулась Узаре.

Маг что-то проворчал, взглянул на Сорграда с совершенно неоправданной злобой и быстро зашагал прочь. Он тяжело дышал, щеки под угловатыми скулами впали, плечи устало поникли.

– Это и впрямь отнимает у них силы, а?
– задумчиво молвил Сорград.

– Да, - согласилась я.
– И это хорошо, если учесть, что он мог бы натворить, если б захотел.

На плече Грена висела незнакомая седельная сумка, и я вдруг сообразила, что налетчиков нигде не видно.

– А куда подевались наши друзья?

– Потопали обратно в Медешейл, - ответил Сорград.

Со вспышкой активности другие путешественники отбыли, стремясь наверстать потерянное время или убраться подальше от магии Узары. Лесной Народ начал разбирать мост, и Ориал вернулась с грубыми носилками для Зенелы из покрытых яркой тканью срубленных веток.

– Твой мужчина - маг?
– Красавчик парень подошел ко мне с блестящими от любопытства глазами.

– Мой друг, - поправила я его.
– Да, он - чародей.

– Эта магия... как ей учатся?
– спросил парень, явно заинтригованный.

– Это дар, с которым человек рождается.
– Я сосредоточила мысли на своей первоначальной цели. Хорошие поступки сегодня, возможно, заслужили мне награду у Сэдрин, но чего я хочу в этой жизни, так это награды от мессира и Верховного мага.
– А у Народа есть магия?

Мы пошли за четырьмя мускулистыми парнями, которые тащили носилки Зенелы.

Красавчик покачал головой.

– Нет, у нас нет никаких заклинаний.

– Совсем нет?
– уточнила я небрежным тоном.

– Совсем. А что привело тебя в зеленый лес в этом сезоне?
– Он смотрел на меня с надеждой.

– У меня есть книга древних песен, часть написана на языке Народа.
– Я ободряюще ему улыбнулась.
– Я хочу узнать, о чем в них рассказывается.

Если я уговорю Фру спеть те старые баллады, то смогу увидеть, не проявит ли кто особый интерес или узнавание, решила я. Мы пробирались через великолепную весеннюю зелень и стелющиеся коврами голубые цветы, яркие, как небо над головой. Конечно, в самых старых балладах решающее откровение, которое дает возможность потерянному принцу доказать свои права, обычно падает на его колени в трех строфах от конца. Но, как свидетельствует мой опыт, реальная жизнь никогда не бывает столь легкой.

Становище, куда привел нас Рэвин, меня порядком удивило. Нет, я не ожидала увидеть дикарей, сидящих под деревьями и ждущих, когда посыплются орехи, но я представляла себе шалаши из веток или что-то подобное, а увидела широкую поляну с россыпью круглых жилищ, покрытых толстой рогожей. Народ вокруг занимался своими делами. Женщина вешала на отполированную раму узорчатую постель, чтобы проветрилась, и дети увлеченно возились с голенастыми щенками возле ее двери. Другие женщины сидели кружком, шили и обрабатывали кожу. Молодые оживленно болтали с парнями, складывающими дрова в аккуратные конусы. Все носили кожаные гамаши с туниками разнообразной длины и покроя. Молодые мужчины предпочитали фасон без рукавов, дабы похвастать своими мускулистыми руками, тогда как большинство женщин довольствовались множеством карманов. Вот тебе и экзотические тайны дикого леса. Обстановка была вполне домашней даже для матери Райшеда.