Чтение онлайн

— Что это? — спросил Август, пнув окровавленное тело. — Он живой?

— Это, Господин Август, бунтовщик, пойманный вашими… союзника с рыбной улицы, — доложил командир. — Он и ещё несколько человек решили проникнуть в склад с оружием тамошней банды, но прокололись.

— А где остальные?

— Они предпочли смерть. Причём, не от рук бандитов, а от своих же кинжалов, — мрачно ответил командир, пнув пленника, от чего он слабо застонал. — Этот же не решился вскрыть себе глотку.

— Тащите его в камеру с Азалем, бунтовщиком, — приказав, Август переступил полудохлое тело и, протиснувшись меж солдат, неспешно скрылся в одной из сотни камер.

Азаль сидел на весьма удобном кресле, оббитом бархатом и изуродованным засохшей кровью и гвоздями. Его бледные руки в буквальном смысле были прибиты к подлокотникам гвоздями, из-под шапок которых сочился едва заметный гной, перемешанный с кровью. Длинные сальные волосы, испачканные кровью, скрывали его лицо, с которого на груди текла струйка крови из недавно отрезанного кончика носа.

— Тебя так никто и не перебинтовал? — ухмыльнулся Август, открыв сумку с инструментами. — И сколько же ты истекаешь кровью? Неделю, две?

— Шесть… дней… и двенадцать часов, — прохрипел Азаль. — Тридцать пять минут… шесть… семь… восемь секунд.

Август довольно хмыкнул и, схватив парня за волосы, поднял его голову и ударил об спинку стула. Обрубок носа уже загноился и из дырок текла непонятная жижа, напоминавшая сопли, но смешанная с гноем и кровью.

— Считай, ты уже труп, Азаль, — подметил Август. — Может быть, ты наконец-таки скажешь, кто ваш предводитель и где его найти?

Парень шмыгнул носом, вернув обратно гнойные сопли, а затем улыбнулся, показав ряд разбитых молотком зубов. Август повидал многое, но эта картина пугала даже его. В голове созревал очень интересный вопрос:

— Чёрт, Азаль, как ты ещё жив? Ты не ел и не пил целую неделю, из тебя ручьями хлещет кровь, а ты… всё так же крепок…

— Я — истинный аркадиец! Поэтому и жив… — заявил он, подавившись гной соплёй, которую он сплюнул себе на колени.

Август отпустил его волосы и вернулся к сумке с инструментами, откуда он достал железную палку.

— Знаешь, что будет, если элтийцы всё же победят в войне и завоюют Орсию? — спросил Август, кинув железную палку в ведро с раскалёнными углями. — Они сожгут большую часть населения на кострах, не деля их на бедных и богатых, на своих и чужих. Они сожгут тебя, твоих детей и родителей без всякого сожаления и мук совести.

В камеру затащили полумёртвого пленника, которого посадили на колени перед Азалем, чьё лицо вдруг изменилось.

— Знаешь, каково это, гореть на костре? — спросил Август, дёрнул старого пленника за волосы и глянув ему в глаза, которых почти не было видно из-за синяков. — Тебя привязывают к балке, под тобой хворост, который поливают огненным реагентом, а затем поджигают. Огонь медленно, но верно нарастает, превращается в большой огненный цветок. Жадные огненные языки медленно облизывают твои ноги, принося боль, что будет похуже адской. И ты ничего не можешь с этим поделать.

— Бред! — заявил Азаль.

— …и тебе лишь остаётся терпеть, а терпеть не выйдет, ибо боль невыносима, а ещё остаётся смотреть на то, как сжигают твоих близких людей, детей, друзей, родителей, — мрачно закончил Август, надевая рукавицу. — Можешь представить эту боль?

— Не могу.

— А я могу тебе её показать, но лишь малую её часть…

Он взял раскалённую железяку и быстро прислонил её к шее старого пленника. Старик закричал так сильно, что его голосовые связки в мир порвались, а раскалённая железяка сожгла их. Он наблюдал за лицом Азаля, что скорчилось от ужаса.

— Отец! — рявкнул вдруг Азаль.

Август кинул палку обратно в ведро и, выдернув из чехла нож, прижал его к глотке старика.

— Теперь расскажешь? — спросил Август. — Поверь, мне легко убить человека, но… если ты продолжишь, мне придётся и дальше мучать его. Поверь, в пытках я очень хорош.

Старик что-то промямлил, а Азаль замолк и опустил голову.

— Поверь, Азаль, я могу сделать тоже самое и с другими членами твоей семьи. Мне не составит труда их найти, — сорвал Август, легонько дёрнув ножиком. Струйка тёплой крови потекла по кадыку.

— Хорошо, ублюдок, я тебе всё расскажу, — прошипел Азаль.

— Хороший мальчик… — заметил Август, пнув старика в сторону. — Я тебя внимательно слушаю.

— Его зовут Брандин-Де-Льор, он тайно собирал армию для переворота много лет, ещё до того, как родилась княжна.

— Значит, он хочет устроить переворот убив княжну, верно? — уточнил Август и, получив кивок, продолжил. — И кто же его финансирует?

— Он сотрудничает с гильдией торговцев, а если точнее — занимается перевозкой товаров, как простых, так и контрабандой, — ответил Азаль. — Однако, этих денег всё равно не хватает, чтобы обеспечить всю армию.

— Сколько в армии людей? — спросил командир.

— Восемь сотен мечей. И все они готовы в любой момент перевернуть всё верх дном. Наши люди везде, в совете, в армии, на улицах, в штабах, даже в этой вонючей камере найдётся парочка, не считая нас.

Август, услышав лязг клинка, обернулся и увидел, как командир замер со вскрытой глоткой. Его тело пошатнулось и упало лицом в пол. Двое солдат, что всё это время стояли в камере, обнажили мечи и двинулись на Августа.

— За Аркадию! — рявкнули они, занеся мечи и рубанув.

От одного клинка увернутся у него получилось, но вот следующий удар пришёлся по нагруднику. Август, обнажив кинжалы, ловко отбил следующий удар, подался вперёд и быстро вонзил кинжал в клёпанную куртку бойца. Второй мечник обошёл своего товарища и попытался рубануть Августа в спину, но последний был слишком быстрым и проворным. Август метнулся за спину раненного солдата и меч его товарища плавно прошёлся по груди, разрубив клёпаную куртку и кожу с костями.

Кинув мёртвого изменника в сторону, Август метнул в последнего нож, который пролетел мимо и, ударившись об стенку, отлетел. Слабо ударился в спину, слегка ошарашив противника. Подпрыгнув к предателю, Август ударил его кинжалом в колено, а затем толкнул и прижал к стенке, прислонив второй кинжал в глотке.

— О чём вы думали? — усмехнулся Август.

— Теперь, когда командир разведки и ещё несколько солдат убиты при тебе, Княжна перестанет тебе доверять, а значит… казнит, — посмеялся изменник. — И тогда у Брандина не будет врагов!

Август сунул кинжал дальше в колено, и боец зарычал от боли. Острие порвало мениск и раздробило коленную чашечку. Выдернув кинжал, Август швырнул предателя в сторону и сильным ударом ноги вырубил его.

— Что-ж, Азаль, продолжим… — прошипел Август, вытирая кинжалы. — И где этого Брандина найти?