Чтение онлайн

Тони покачал головой. Оливия думала, будто их связывает только секс или его стремление получить ребенка. Она сама не раз повторяла, что они — друзья. Действительно, сейчас они более близкие друзья, чем когда-либо в прошлом. И эта мысль ему определенно нравится.

Малютка Шон заворочался, потом уткнулся в ее грудь, и Оливия, не открывая глаз, погладила его. Тони присел рядом с ее креслом и нежно прикоснулся к ее руке.

Оливия мгновенно открыла глаза.

— Привет.

Это единственное слово, произнесенное чуть слышным шепотом, невероятно тронуло его.

— Привет.

— Он хотел на ручки. — Ее голос, слегка хриплый после сна, был для Тони слаще самой нежной ласки.

— Я догадался.

— Он так много спит.

— Думаю, он все еще считается новорожденным, — прошептал Тони, заглядывая в ее темные глаза. — Нам нужно купить книгу об уходе за новорожденным, подробное руководство, чтобы мы знали, чего ожидать, когда появится наш…

В ее глазах мелькнула такая невыразимая боль, что Тони поспешил обнять ее.

— Что с тобой, Оливия? Ты не заболела?

Она глубоко вздохнула.

— Все в порядке. Просто… Тони, ты сильно расстроишься, если я не забеременею? Я имею в виду, мы будем пробовать все две недели, но если ничего не получится?..

— Мы продолжим попытки. — Он не сомневался в успехе. Он хотел, чтобы именно эта женщина родила ему ребенка. И никакая другая.

— Я… не думаю, что это хорошая мысль. Мы договорились…

Он обхватил руками ее талию и положил свою голову ей на колени. Ее пальцы коснулись его лба, потом зарылись в густые волосы.

— Тони?

— Шш. Ты торопишь события. Просто подождем и посмотрим, что получится. — Он продолжал сидеть у ее ног, пока не услышал, как дети вышли из ванной. Потом с вздохом выпрямился. — Пора ставить палатку. Ты пойдешь с нами «в экспедицию» на ночь?

Она покачала головой.

— Не стоит. Я не взяла ни пижамы, ни зубной щетки, ни…

— У меня есть смешная пижама с Микки Маусом. Кэйт подарила мне ее в прошлом году. Ты можешь надеть ее. И запасная зубная щетка найдется.

Очень осторожно, стараясь не разбудить малыша, он взял Шона и уложил его на одеяльце.

— Пойдем. Поможешь мне натянуть палатку.

Им потребовалось около получаса, чтобы поставить палатку в гостиной. Для этого пришлось передвигать почти всю мебель. Оливия развела огонь в камине, пока Тони искал на кухне что-нибудь вкусненькое для детей. Затем проснулся Шон и заплакал, и Тони продемонстрировал, как менять памперс. И, не давая Оливии опомниться, положил Шона ей на руки. Она удивленно посмотрела на Тони бездонными темными глазами, полная надежды и одновременно неуверенности в себе. Он вручил ей бутылочку с молочной смесью.

— Думаю, он проголодался, милая. Ты не покормишь?

— Ты хочешь, чтобы я покормила?..

— Просто держи бутылочку, чтобы он не заглатывал воздух, и подложи салфетку под его подбородок, потому что он иногда срыгивает.

Словно держа на руках весь мир, Оливия осторожно разместила младенца и с благоговением стала наблюдать, как малыш припал к бутылочке.

Сердце Тони готово было разорваться. Мысль, достаточно ли для него только завести ребенка, не давала ему покоя.

Было уже довольно поздно, когда после чтения сказок Мэгги и Люк наконец уснули, потому что утихомирить малышей оказалось довольно трудно. Сказывались перемена обстановки и общее возбуждение.

Тони постелил всем рядом — сначала лег Люк, рядом с ним он сам, потом Мэгги, потом Оливия. Он бы предпочел положить Оливию поближе, но не доверял сам себе. Сейчас, ближе к полуночи, Тони приподнял голову и посмотрел на Оливию. Даже в темноте палатки было видно, что ее глаза открыты. Он потянулся через Мэгги, занявшей больше места, чем положено трехлетней девочке, и провел пальцем по руке Оливии. Ее глаза блеснули, и на лице появилась улыбка.

— Они спят?

— Надеюсь.

— Я никогда раньше не спала на полу.

Он усмехнулся, потянул за рукав ее пижамы.

— Множество новых впечатлений, а? Пижама с Микки Маусом. Кормление малыша. И палаточный лагерь посреди гостиной с сопящей трехлетней девочкой под боком.

Повернувшись лицом к нему, она сплела свои пальцы с его.

— Ты сам знаешь, я никогда раньше такого не испытывала. Я всегда представляла тебя скучным и важным бизнесменом, а ты оказался искателем приключений.

— Я? Скучный и важный?.. Это ты занимаешься бизнесом, даже когда ешь, пьешь и спишь.

— У тебя научилась. — Она усмехнулась. — Нет, я серьезно. Я всегда очень уважала тебя. И все уважают. Перед переговорами о моем первом магазине в твоем отеле я прочитала о тебе все, что смогла найти. А напечатано немало. Тебя считают золотым мальчиком, ты же сам знаешь. Именно ты превратил заурядные гостиницы в высококлассные отели.

Конечно, Тони Остин слышал похвалы и раньше, но в устах Оливии они обретали новый смысл. Боже, как ему нравилось все это! Нравилось тихо разговаривать в темноте, нравилось лучше узнавать ее и, в свою очередь, рассказывать о себе.

— Когда умер отец, я знал, что нужно найти дело, чтобы забыть о горе. Это было нелегко, он был превосходным отцом — самым лучшим! Именно он научил меня всему, что нужно знать о бизнесе, но, подобно Джону, он никогда не пренебрегал семьей, посвящая все свое время работе. Иногда я задумываюсь, будь он жив, где бы я был сейчас…

— Ты бы занялся собственным бизнесом! Ты очень целеустремленный, ориентированный на успех человек. Готова поспорить, в школе ты был первым учеником, не так ли?

Он засмеялся.

— Не буду спорить. И не буду сожалеть о своей прежней жизни. Но в этой жизни могло бы быть кое-что большее.

Она поняла и сжала его руку.

— Так и будет. Скоро. У тебя появится своя семья, Тони, только подожди. Еще вдоволь времени сделать все, что пожелаешь. Ты молод, умен, очень красив и…

— Очень красив, да?..

— Прекрати напрашиваться на комплименты! Ты знаешь, как выглядишь. Почему бы не сказать об этом честно?

Отблеск от углей в камине едва проникал сквозь толстый брезент палатки, и фигура Оливии вырисовывалась лишь темной тенью. Но ее глаза, огромные, широко открытые, сияли в полумраке, как и ее улыбка.