Удар жнеца
Шрифт:
Я: Извини, если я непонятно объясняю. Моя ошибка. Мне нужно работать. Пожалуйста, верни меня в график.
Итан отвечает не сразу. Я очень-очень пристально глазею на телефон.
На экране высвечивается короткое сообщение, значит, он набирает ответное сообщение, затем он останавливается. Итан продолжает то и дело начинать писать и останавливаться. Пока я жду его ответа, я осознаю, что стою в коридоре как дура с ключами в замке.
Не отрывая глаз от экрана, я, наконец, открываю дверь ключом и толкаю ее. Как только дверь за мной закрывается, Итан присылает сообщение.
Итан: Просто посоветовался с Джо. Он уже нашел на твое место замену. Позвони мне завтра вечером, встретимся.
Черт, черт, черт. Я серьезно сомневаюсь, что остаток недели засчитается как оплачиваемое нерабочее время. Я так облажалась.
Мои пальцы летают по клавиатуре телефона, пока я набираю ответ. Я печатаю сообщение за сообщением, но, в конце концов, все они кажутся слишком жалкими, поэтому, прочитав их еще раз, просто удаляю их совсем.
Итан знает, что мне нужны деньги, должен знать. Именно поэтому он и дал мне эту работу! Но понимает ли он, что мне действительно нужны деньги? На самом деле? Мы как будто существуем в двух разных мирах.
Себастьян выскальзывает из моей спальни. Он вьется у моих ног и голодно мяукает, не сводя с меня глаз.
Я вздыхаю и тянусь к нему, почесывая его за левым ухом.
— Немного рановато для обеда.
Себастьян остается равнодушным. Он мяукает громче.
— Если ты поешь сейчас, — ругаю я его, — позже ты опять проголодаешься.
Себастьян вьется вокруг моих ног и ускользает в кухню. Он останавливается перед шкафом, где я держу его еду. И тут жужжит телефон.
Я иду на кухню, открываю шкаф и достаю банку.
— Ладно, но не говори, что я тебя не предупреждала.
Я открываю банку для Себастьяна и наполняю его миску, прежде чем проверяю телефон.
Итан: Привет, возможно у меня есть для тебя другая работа, если тебе это интересно.
Что? Другая работа? Откуда? Внезапно пахнет рыбой и это не просто кошачья еда.
Я: У меня, правда, нет времени на другую работу.
Я в полном смысле слова разрываюсь между занятиями, работой и едва нахожу время для домашних заданий. Даже отчаянно нуждаясь в деньгах, вряд ли я смогу найти время для другой работы. По крайней мере, до тех пор, пока я не брошу делать что-то, что я уже делаю.
Как будто читая мои мысли, Итан отвечает:
Итан: Эта лучше оплачивается. Поговорим завтра.
У меня внутри возникает неприятное чувство, что Итан намеревается предложить мне то, от чего я не смогу отказаться.
Чейз
— Черт меня побери! — я издаю громкий стон, резко выдыхая. Затем кричу: — О, черт меня побери!
— Вот именно, ты, размазня, плачешь как маленький! — ворчит Дэйл, пытаясь привести мои онемевшие ноги в форму.
— Боже мой, ты хочешь моей смерти! — морщусь я, когда он скучивает мою правую ногу в сторону, противоположной той, в которую она должна сгибаться. — Чеееееерт.
— Именно, здоровяк, терпи, — снова ворчит Дэйл, не переставая посмеиваться, пока крутит мою ногу в другом направлении.
— Серьезно, я ведь только прошлым вечером дрался. Полегче со мной.
— Нее, вчера вечером ты оставил меня на стадионе. Помнишь? — хихикает Дэйл, пока я пытаюсь его оттолкнуть.
Прямо сейчас я беспомощный как котенок.
Я работал каждую секунду с тех пор, как попал в спортзал, пытаясь использовать нарастающую в своем теле напряженность. Завтра я, без сомнения, почувствую это.
Я дрался прошлым вечером и вернулся в спортзал за дополнительным наказанием. Я знаю, что практически состоял из кофеина к тому времени, как оказался у дверей квартиры Эйвери, но черт меня побери! Это было более четырех часов назад, и прежде, чем Дэйл добрался до меня. Теперь я страдаю от боли и готов надолго засесть в сауне.
— Вот черт! Хватит! — реву я, скатываясь со стола, Дэйл ругает меня и помогает встать на ноги.
У Дэйла на лице его фирменная идиотская ухмылка, вероятно, вчерашний вечер был для него удачным. К счастью для него, он наконец-то добился прогресса в отношениях с доком. Они отлично подходят друг к другу.
— Прими душ, чемпион, — хихикает он, прежде чем подойти к скамейке и достать мобильный телефон.
Посмотрев на часы на стене, я корчу гримасу. Черт, еще восемь часов до окончания ее рабочей смены, и я действительно думаю, что не смогу работать до тех пор. Ну, то есть, могу, но тогда все закончится тем, что в какой-то момент мое тело просто выйдет из строя.
Может быть, мне пойти и еще раз избить Итана?
Вероятно, я могу пойти проверить свой счет, но банк не откроется до понедельника. И в воскресенье, когда мне следовало бы отдыхать, я максимально напряжен.
Руки ощущают пустоту, и после того, как я держал в руках сексуальную черноволосую красотку, я не знаю, буду ли я в порядке, пока она снова не окажется у меня в руках.
Я направляюсь в душевую и включаю воду на полную мощность до тех пор, пока не начинает литься только неразбавленный кипяток. Не знаю, насколько большие баки с горячей водой в спортзале, но горячей воды хватила на все время, пока я принимал душ.
Омывая свое тело, я тщательно растираю кровоподтеки и синяки, стараясь придать вид получше тем, которые все еще покрыты коркой. Мои ноги выглядят дерьмово, это результат неоднократных сильных пинков, и у меня до сих пор болит живот с одной стороны от ударов Итана.
Черт. Единственное, что у меня не болело от бокса, — это мой член, и этот предательский ублюдок очень хочет Эйвери. Обычно мне удается держать его под контролем достаточно, чтобы не бить девушку о стену и не выносить ей мозг, но в Эйвери было нечто, от чего сносило крышу.
Я сжимаю в руках член, он уже твердый как стальная опора, поддерживающая здание. Я чувствую напряжённость в своих разрывающихся от боли яйцах. Под кожей пульсирует кровь. Прямо там я ощущаю горячее напряжение.
Боже, я хочу почувствовать ее мягкие бархатистые губы, скользящие по моему члену. Я хочу войти в нее и не покидать до тех пор, пока не выпущу всю свою сперму в ее горячее влажное естество. Я начинаю ускорять движения. Чувствую, как закипаю от давления. Похоже, я сейчас взорвусь.