Чтение онлайн

– Наверх! – я поскакал вверх по ступенькам, Сумрачныйвечер за мной. Мне представлялось, что алтарь Канута – каменная тумба с подносом на ней и барельефом молота на боках – как-то изменится. Загорится, засветится или зазвучит. Ничего не изменилось.

– Наверное, одна из свечей не горит! – воскликнула Сумрачныйвечер, она уже догадалась, что и для чего мы делаем.

– Все горят, - возразил я. – Точно говорю.

– Надо проверить.

– Семь минут осталось!

– Тем более! – так она резко крикнула это, что я сорвался и бросился вниз, считая свечи.

Добежав до подножья, я не увидел ни одной потухшей свечи – все горели. В чём тогда дело? Мой взгляд упал на белый камень, горящий в жаровне. Принеси что-нибудь в жертву, так говорил дуэргар. У меня с собой были злосчастные медвежьи шкуры, нещадно вытряхнутые из рюкзака и стак разрыв травы. Жалкая жертва. А вот камень... Божественный огонь не зажёг даже траву, небось, и меня не тронет. Я голыми руками схватил горящий камень и помчался наверх.

Пламя объяло мои кисти, я ничего не чувствовал, но здоровье стало уменьшаться. Медленно, я бежал быстрее. На вершину я взбежал с половиной здоровья, без зарядов жизни и щита. Бросил камень на поднос, а сверху высыпал траву

– Пожертвуй что-нибудь! – крикнул я Сумрачнойвечеру.

– Нет ничего!

– Шмотку кинь, - посоветовал я, - Что-нибудь!

Сумрачныйвечер сорвала с себя перчатки и кинула их на алтарь. Алтарь засветился.

– Мало! – воскликнул я.

Я кинул на алтарь шкуры, потом рюкзак, стал снимать с себя обычного качества шмотки и тоже кидать их на алтарь. За рюкзаком последовали чувелы, потрёпанный плащ, рваная лента и накидка, чулки и майка пастуха, мой дырявый жилет. Глядя на меня Сумрачныйвечер тоже стаскивала с себя шмот и бросала на алтарь. Кинула в огонь несколько колец, брошь и амулет. Алтарь светился ярким светом.

– Ещё чуть-чуть – воскликнул я.

– У меня только топик остался и трусики! – пискнула Сумрачныйвечер.

– Снимай! – засмеялся я, - Что я сисек не видел?

– Я тебе это припомню! – Она кинула маечку в огонь. Конечно, грудь мне посмотреть не удалось – по умолчанию в миру её обвивали белые ленты.

Из обычных предметов, которые мне было не жалко, у меня оставались только латные набедренники и узкие кожаные штаны. Набедренники полетели в огонь, я стал снимать штаны.

– Ииии! – взвизгнула в восторге Сумрачный вечер, и засмеялась - Я ни на что такое не намекала!

– Да ну, - картинно удивился я, - А кто топиком размахивал?

Узкие штаны были последней каплей. Канут, верно, решил, что поношенных штанов с него хватит. Алтарь вспыхнул.

Вы приняли благословение на большом алтаре бога Канута. Репутация с богом Канутом – уровень 7. Слава +2.

Вы получили метку Канута настигающего. Рефлексы + 10.

Все божественные умения Канута обладают максимальной эффективностью.

– Аааа! – Я поднял вверх все ещё горящие божественным пламенем руки. Торжествуя, закричал во весь голос – Ааааа!

Круто стоять на вершине мира и кричать от переполняющего грудь чувства покорения новых высот. Рядом прыгала и кричала Сумрачныйвечер. Я заразил её своим энтузиазмом. А может, она тоже получила немало порадовавшие её бонусы.

Руки погасли.

Причуда. Пироман. Уровень – 2. Вам легче зажечь подходящий предмет усилием воли.

Чёрт. Это было испытание в расчёте на Пиромана. А для его вменяемого использования у меня нет силы воли. Повезло же мне, что попалась мне по пути Сумрачныйвечер. Хорошо всё, что хорошо кончается.

– Твоя помощь пришлась как нельзя кстати, - поблагодарил я девушку.

– Твоя тоже, - улыбнулась она в ответ. – А мне божественное умение дали. Вот повезло!

– На алтарях всех богов дают. Только репу качать надо – жертвы на алтаре приносить.

– Не знала. С этими жертвами я совсем голой осталась.

– Тебе идёт, - сделал я ей комплимент.

– Опять ты ко мне пристаёшь, - улыбнулась она.

– Я тебя за руку держал! Штаны при тебе снимал! Да мы близки как никогда.

– Сарказм! Люблю его, – она засмеялась. – Вниз пошли. На мускулистый зад я уже полюбовалась, полюбуюсь теперь мускулистой грудью.

Я продемонстрировал ей бицепс спереди и бицепс сбоку, чем окончательно рассмешил. Она мне аплодировала. Я играл грудными мышцами. Подшучивая друг над другом, мы с ней спустились в ущелье.

Я получил стан, не дойдя до ворот друэргаровой усадьбы два десятка шагов. Стан получила и Сумрачныйвечер. Сектор вынырнул из пустоты у неё за спиной и стал бить кинжалами по почкам. Кинжалы легко входили в женское тело, два удара, три, четыре. Вечер вышла из стана и кувыркнулась вперёд, пытаясь оторваться от разбойника. Лёгким движением развернулась, выйдя из кувырка на согнутые ноги, и толчком двух рук отбросила Сектора от себя применив какое-то умение.

– Нанеси мне урон! – мысленно взывал я к ней. Сектор тоже второго уровня, экипирован, а она голая, без шмота. С первого захода он снял ей мой щит, у неё осталась всего треть здоровья, и то благодаря зарядам жизни. – Дай мне выйти из стана! Выбей меня! Мы ведь об этом договорились ещё на стене!

Она все забыла или растерялась. Сектор на Спринте в мгновение ока забежал ей за спину и закрутил Вихрь. Она снова кувыркнулась, выскочила из области поражения. Сектор двигался в Вихре, за несколько шагов он догнал её и, отхватив какую-то кляксу в грудь, дорезал девушку. Очень быстро. Если посчитать, он нанёс ей около десятка ударов.

– Соскучился? – спросил меня Сектор, подойдя поближе. – Теперь мы на равных.

Вот что я ему сделал? Что ему сделала Вечер? Риторические вопросы. Он ударит меня сзади, но даже без половины шмота я не такой ватный, как маг. Я очень даже жирный. Готовься гад, тебя ждёт сюрприз.

Я почувствовал тычки в спину, в то же время почувствовал свободу движений. Разворот и Горизонтальное Сечение – Сектор опрокинулся на землю. Теперь посмотрим, уж я тебя не отпущу. Удар Духа, Удар Духа, Горизонтальное Сечение – он опять на земле. Я сбил его на землю и третий раз, выбив ему к тому моменту больше половины здоровья. Сектор, почувствовав грядущее поражение, прямо с коленей кувыркнулся прочь от меня, переняв приём у погибшей девушки. К сожалению, из области, где я доставал его своей дубинкой он вырвался и сразу ушёл в стелс. Я беспомощно помахал своей палкой и закричал как подросток: