Чтение онлайн

— Да уж, — бодро сказал Гибси, прерывая напряженное молчание. — Как все быстро обострилось.

— Да, — выдохнула я.

Преуменьшение века.

31

ПРИМИ МОЙ СОВЕТ ИЛИ НЕТ

ДЖОННИ

Я бульдозерничал.

Не нужен был Гибси или кто-то еще, чтобы сказать мне то, что я и так знал. Шаннон хранила ледяное молчание всю дорогу до дома Клэр, отодвинувшись от меня как можно дальше, ясно давая понять, что я облажался. Ярясь на себя самого, я тоже не сказал ни слова, только проводил ее взглядом, когда она вошла в дом Клэр, — боялся сделать хуже и без того дерьмовую ситуацию.

Даже теперь, когда я подтягивался на низкой перекладине в проеме ванной комнаты Гибси, я не мог расслабиться. Не мог свободно дышать, потому что в глубине души понимал, что сделал ей в сто раз хуже. Шаннон сейчас находилась всего через улицу от меня, но она могла быть и за миллион миль, если говорить о наших отношениях. Я так злился на себя, что прямо чувствовал вкус злости.

— Мне надо туда пойти, — в пятнадцатый раз за последние два часа заявил я, и Гибси в пятнадцатый раз ответил:

— Нет, не надо.

Он растянулся на полу своей комнаты, с карандашом и линейкой в руках, окруженный полудюжиной учебников, и, сосредоточенно хмурясь, что-то выводил на странной желтой бумаге — она помогала ему концентрироваться и разбираться в собственных записях.

— Что это за слово? — спросил Гибси, протягивая мне учебник истории. — «Реновация»?

Держа руки на перекладине, я проглядел текст на странице, прежде чем сказать:

— Нет, это «Ренессанс».

— «Ренессанс», — повторил он, оценивая. — Тупое, на фиг, какое-то слово.

Я пожал плечами и снова стал подтягиваться, радуясь обжигающей боли в протестующих мышцах.

— Можно спросить?

— Я же сказал, что дам тебе свои конспекты по истории, чел, — ответил я. — И незачем спрашивать снова.

— Нет, это не о школе. Это насчет регби.

— О? — Я нахмурился, во мне проснулся интерес. — А что с регби?

— Как ты думаешь, каковы мои шансы получить контракт с Академией?

Я замер посреди подъема, напрягая руки, и всмотрелся в его лицо.

— Ты серьезно? — Выглядел он серьезно. — Не шутишь?

— Я не собираюсь в колледж, Джонни... я со школой-то едва справляюсь. — Гибси пожал плечами. — Мама ко мне пристает, хочет знать, чем я намерен заняться после школы, а мне нравится регби. — Вздыхая, он добавил: — Если у меня не будет плана, я кончу тем, что окажусь в пекарне вместе с ней.

— Ты хорош в регби, — согласился я. — И ты знаешь, что пару лет назад Академия тобой интересовалась.

— Ну да, знаю, а я все просрал.

— Ты еще только на пятом году, — напомнил я ему. — У тебя еще год, чтобы все провернуть.

— Думаешь, я смогу? — спросил он, пристально глядя на меня серыми глазами.

— Думаю, у тебя есть потенциал, чтобы сделать все, на что ты настроишься, — сказал я. — У тебя есть талант, а это десять процентов необходимого.

— А остальное?

— Решительность, упорство и стойкость, — ответил я. — Это тридцать на тридцать на тридцать.

— Мне нужна поддержка, — пробормотал Гибси.

— Что нужно от меня?

— Подтянуть меня до нужного уровня, — признался он. — Мне кажется, я смогу, Джонни.

— Я знаю, что можешь. Я всегда так говорил.

— Ну да, только раньше я этого не хотел.

— А теперь хочешь?

— Я зря трачу свою жизнь, — сказал Гибси. — Упускаю все возможности.

— Ну да, я и это говорил тебе годами.

— Ладно, и что я должен делать?

— Бросить курить, завязать с выпивкой и зайти за мной завтра в половине шестого.

— Это вроде поздновато для вечерней...

— Кто говорит о вечере? — Я приподнял брови. — В пять тридцать утра, Гибс. Кто рано встает, тому Бог подает.

— Вот дерьмо! — простонал он. — Ты хочешь меня убить, да?

Я пожал плечами:

— Если ты серьезно, если ты этого хочешь, придется вылезти из постели.

— Скрести ноги, — посоветовал Гибси, возвращаясь к учебнику.

— Не могу, слишком больно.

— Ну, если пойдешь домой и подрочишь как следует, станет лучше, — парировал он. — Там сможешь и ноги скрестить.

— Что бы ты сделал, Гибс? — спросил я, игнорируя его шпильку. — Там, на моем месте?

— Учитывая все, что ты знаешь о ее семье?

— Ну да, — выдохнул я.

— Да то же самое, — ответил он, подтверждая, что я не одинок в своем безумии. — Но я бы не угрожал применить насилие. — Он бросил карандаш. — Он ведь ее брат, приятель.

Я приподнял бровь и посмотрел на него с видом «лажу не лей мне в уши».

— Ну да, правда, — хихикнув, признал Гибс. — Я бы его просто убил.

Я напряженно кивнул:

— Спасибо.

— Но я не утверждаю, что это правильно, — добавил Гибси, вставая.

— Думаешь, она еще злится? — спросил я, поглядывая в окно его спальни. — У меня проблемы?

— У тебя всегда проблемы, — не спеша произнес Гибси. — Так уж ты устроен.

— Ты ведь понял, о чем я, — проворчал я.

— Не знаю, — беспечно ответил он. — У меня никогда не было постоянной девушки. Я представления не имею, какие должны быть правила отношений в такой ситуации. — Усмехнувшись, он добавил: — Я обычно решаю проблемы языком.

— Гибс...

— Я серьезно! Злишься на меня? Я тебя зацелую. Я тебя обидел? Давай полижу, сладкая. Это все, что я знаю, чел.

— Это ты сегодня делал? — прищурился я. — Разбираясь с проблемой Клэр?

Он уставился на меня пустыми глазами.

— Скажи, что это не так, — простонал я.

— Я вообще ничего говорить не собираюсь, — огрызнулся он. — Давай сосредоточимся на том, как сегодня косячил ты.

Справедливо.

— Один день! — простонал я, опуская голову. — Один чертов день, и я уже напортачил.

— Ага, — засмеялся Гибси. — Это твой новый рекорд.

— На хрен... — Опустившись на пол, я расправил плечи и облегченно вздохнул, когда мышцы вернулись на свои места. — Пойду туда.