Чтение онлайн

Я указываю на Кая, который остаётся по-прежнему неподвижным и не смотрит в нашем направлении.

— Мне это не нужно. Я хочу, чтобы ты позаботился о своем обещании заблаговременно. Спланировал все для ребёнка, если с нами что-то произойдёт.

— С нами? — мягко повторяет Адриан. — Я уже сказал, что не допускаю мыслей о том, что с тобой что-то произойдёт.

— Что насчёт тебя? — требую я, даже когда эти слова вырывают что-то из моей груди. Адриан не может допустить мысли о том, что я пострадаю, как я не могу допустить мысли о его смерти. Но это... мне это нужно, чтобы ощутить безопасность. Если наш ребёнок в этом плане будет защищён от внешнего мира, мне станет гораздо лучше. Я вновь смотрю на Кая, который продолжает смотреть на всё, помимо нас.

— Ещё я хочу, чтобы Кай пообещал, что, если с нами что-то произойдёт, он позаботится о нашем ребенке.

— Что? — произносят они одновременно. Адриан чертыхается, и Кай замирает, выглядя так, словно ему страшно сделать даже вздох.

— Ангел, сначала нам нужно это обсудить. Прежде чем ты…

Я качаю головой, туже затягивая простынь.

— Нет, я не позволю тебе меня переубедить, даже если ты будешь очень убедителен. Мне это нужно, и если ты серьёзен... ты можешь забрать все украшения, все, что ты мне дал... я хочу лишь получить подтверждение.

Адриан обходит меня, чтобы встать ко мне лицом, скользя ладонями по моим рукам. Могу сказать, что он зол, все ещё чувствует потребность чувствовать ярость из-за моих слов, но я не могу позволить ему переубедить меня.

И все станет только хуже, когда я произнесу следующую часть.

Я высвобождаюсь из хватки моего мужа.

— Позволь мне быстро одеться, чтобы Кай мог со мной поговорить.

Адриан отпускает меня. Я быстро натягиваю леггинсы и свитер оверсайз, а затем мчусь обратно в командный пункт.

Адриан сидит рядом с Каем, опустив голову на руки. Меня убивает так поступать с ним. Особенно после побега и того, как заставила его сомневаться во мне и моих чувствах к нему.

Я сажусь по другую сторону от Адриана, сжимая руки перед собой на столе.

— Кай сделает это, — говорит Адриан, его голос резок и холоден.

Я скольжу рукой по его загривку. Его волосы отрасли – ещё одно доказательство его переживаний. Иначе он бы выглядел идеально, был бы готов столкнуться с любым испытанием. Меня захлестывает ещё одной волной вины.

— Можешь повернуться и взглянуть на меня, пожалуйста? Дальше я скажу самое трудное, и я не могу произнести это, пока ты отворачиваешься от меня. Мне нужно, чтобы ты видел моё лицо, пока я говорю. Мне нужно, чтобы ты видел меня, пока я говорю.

Я даю Адриану время, и он смотрит на меня, медленно разворачивая кресло ко мне и ловя коленями мои меж своих, словно доказывая свою точку зрения и заявляя доминирование, хотя ему очень тяжело сдерживать себя.

— Что самое трудное? Потому что это чертовски жестоко, Валентина, — произносит Адриан, его голос дрожит от потребности в контроле так же, как и его тело.

Я с трудом сглатываю и медленно выдыхаю, чтобы он не услышал дрожь в моих утверждениях. Каждое слово – испытание, но не для него, а для меня. Если я не смогу противостоять мужчине, который поклялся защищать и любить меня, тогда как я смогу уберечь этого ребёнка от людей, которые действительно хотят навредить? И существует так много людей, которые разорвут нас обоих, если смогут. Конфронтация с моим отцом лишь укрепляет для меня это осознание.

Горячая слеза скользит по щеке, и он ловит её пальцем, смахивая с другой стороны лица остальные.

— Просто скажи это, ангел, чтобы мы могли, блядь, уже прекратить этот разговор. Ненавижу видеть, как ты плачешь. Ты знаешь это.

Я хлюпаю носом, пытаясь собрать все воедино.

— Учитывая нынешнюю ситуацию с советом и обществом, я хочу, чтобы ты организовал способ для меня и нашего ребёнка сбежать, если потребуется. Но не только для нас, для тебя тоже... способ для тебя сбежать с ним, или для меня, кому бы ни пришлось его оберегать. Для Кая тоже, — добавляю я с запозданием.

Адриан застывает передо мной, и я знаю, что моя просьба слишком поспешна, после того как я воплотила в жизнь его худшие кошмары.

В комнате воцаряется смертельная тишина. Думаю, Кай задержал дыхание так же сильно, как и я. Несомненно, ожидая шанса вмешаться, чтобы защитить меня, если потребуется. Хотя я не буду защищаться, если ему нужно выплеснуть на меня этот ужасный гнев. Не то чтобы я этого не заслуживала – каждую часть этого.

Когда он убирает руки с моей кожи, мне кажется, что он вонзается в мои лёгкие и вырывает их.

Проходит много времени – чертовски много – прежде чем Адриан говорит что-то. Но он обращается не ко мне, а к Каю.

— Сделай это.

Голос моего мужа такой тихий, что мне едва удаётся его услышать, но Кай мгновенно приступает к работе за ноутбуком. Экран на стене оживает, и нам удаётся увидеть его действия.

Кай печатает на ослепительной скорости. Его руки летают над клавишами, и перед нами вспыхивают новые окна. Большую часть я не понимаю, но я вижу банковские счета, паспорта, деньги и все, что потребуется человеку, чтобы начать жизнь заново.

Впервые за это время Кай заговаривает:

– Тебе необходимо получить доступ к этому, если что-то случится. Я попрошу пятёрку передать эту информацию кому следует, когда придёт время. Так никто не сможет получить доступ к информации случайно.

Я фыркаю. Последняя часть адресована мне, и я понимаю, что Адриан – не единственный, кто чувствует себя преданным после моего поступка.

Но у меня нет сейчас времени разбираться с чувствами Кая, не с этим вулканом, готовым извергнуться, возле меня.

Адриан не смотрит на меня сейчас, и я это принимаю. Правда. У меня сводит живот, и я не могу поверить, что я все это говорю и делаю. Мне очень хочется забрать свои слова обратно и сказать забыть о них, чтобы увидеть его мечтательный взгляд, которым он смотрел на меня совсем недавно. Но я знаю, что не могу. Моя мать должна была сделать это для меня. Она должна была защитить меня, зная, как может обернуться моя жизнь. Может, она была наивна, но я не могу себе этого позволить, когда все касается того, чтобы избавить ребёнка от того же вреда, который причинили мне.

Я выскальзываю из кресла и опускаюсь на колени у ног Адриана, провожу руками вверх по его бедрам, но он продолжает смотреть на экран, отказываясь взглянуть на меня.

Мне приходится стиснуть его рубашку, чтобы притянуть к себе, прежде чем он обратит свой застывший взгляд на меня.

— Ты-то уж должен понимать, почему я это делаю. Ты видел произошедшее со мной. Мне нужно убедиться, что наш ребёнок в безопасности. Если я не удостоверюсь в этом, тогда я провалюсь в единственном, что мне было дано. Единственной обязанности, которая у меня была. Я не позволю этому произойти.