Чтение онлайн

– Все будет хорошо. Я рядом и не дам тебя в обиду, - он крепче прижал меня к себе. Эти минуты перемирия были так редки, но толь любимы мною, что я отдала бы все, что угодно, лишь бы стоять вот так, обнявшись, всю жизнь. И плевать, что идет дождь, что мы насквозь промокли...

– Нужно идти, иначе нас начнут искать, - суровая реальность ворвалась в иллюзию, построенную с таким трудом.

– Да, - вырвавшись из его объятий, побежала обратно в здание, где тут же на меня накинулся Стефан:

– Ты где была? Что за вид?
– начал он, но был прерван на полуслове...

– Вы хотите выиграть?

– Да.

– Тогда меняем песню.

– И что ты предлагаешь?

– Ту, новую. Которую мы репетировали пару раз. С Розарио, - идея родилась в моей голове.

– Но...

– Доверься мне, Стеф. Роз не будет против. Мы споем, - улыбнувшись, побежала в гримерку, где недавно видела букет из засушенных роз и какие-то черно белые фотографии, а так же бокал с вином

До сих пор не могу понять, как же мне удалось уговорить парней на эту авантюру, особенно одного из них...

– А сейчас выступит группа "The Devil", - вот и наш выход. Удачи нам!

Легкие, едва различимые в тишине темного зала аккорды... Полнейшая темнота. Луч света выхватывает юношу в белоснежной, прилипшей к телу и промокшей рубашке. Он сидит на полу, бережно прижимая к груди гитару. С мокрых волос на пол капает вода...

– И лампа не горит, и врут календари,

И если ты давно хотела что-то мне сказать,

То говори, - одинок он? Влюблен ли? Любим ли? Рядом с ним лежат фотографии... Много фотографий. Они - осколки прошлого, порой не всегда радостного, но трепетно лелеемого. Он замолкает, продолжая все так же перебирать гитарные струны...

Любой обманчив звук, страшнее тишина,

Когда в самый разгар веселья падает из рук

Бокал вина, - белоснежное платье, облепившее девичье тело. Нежный, слегка хрипловатый голос девушки, которая босиком идет по полу, сминая черно-белые осколки прошлого, никому не нужного прошлого. А зачем? Теребить былые раны, наслаждаясь полученной болью? Лучше забыть, как будто этого никогда и не было. С громким звоном разлетается бокал с красным вином, до этого бывший в ее руках, заливая фотографии, словно кровью.

Девушка падет на колени около юноши, собирает руками эти осколки, а из глаз катятся слезы...

– И черный кабинет, и ждет в стволе патрон...

Так тихо, что я слышу, как идет на глубине

Вагон метро, - парень вновь начинает петь. Столько боли в его голосе, таком низком и надтреснутом. Нет сил жить... Нет ничего, что могло бы удержать. Ствол с патроном. Единственный выход - смерть. Он не видит девушку, сидящую рядом с ним. Но каким-то шестым чувством они ощущают друг друга... А не их ли это история, что растоптана и залита ярко-алым, словно кровь, вином?

– На площади полки, темно в конце строки,

И в телефонной трубке эти много лет спустя

Одни гудки, - сколько раз она пыталась... Сколько раз она пыталась позвонить ему, слыша лишь одни протяжные гудки на том конце провода? Их больше ничего не связывает... ничего не держит... Но отчего же тогда хочется лезть на стену, раздирая в кровь запястья?

Девушка ежиться, обнимает голые плечи руками, как бы пытаясь стянуть ту зияющую дыру, что появилась после его ухода. Ей уже все равно. И даже реанимация не в силах помочь. Разве можно реанимировать уже похороненную любовь?

И где-то хлопнет дверь,

И дрогнут провода:

"Привет, мы будем счастливы теперь

И навсегда", - слишком резкий хлопок. Все слишком резкое. Они с трудом смогли увидеть друг друга в пыли этого серого мира. И нет уже ничего, что тогда мешало быть вместе. Теперь все иначе. Они поняли, что кроме друг друга у них ничего нет, что любовь - то единственное, действительно, заменяющее все материальные блага...

Где-то позади них раздались легкие ударные ритмы, бренчание гитар... А им все равно. Они вместе, и больше ничего не надо.

Гитара юноши одиноко лежит среди фотографий, которые медленно съёживаются в огненном пламени, становясь лишь пеплом. Стоя на коленях, друг перед другом, влюбленный смотрят на свою половинку, аккуратно касаясь пальцами, боясь спугнуть, боясь поверить, что все это не мираж, а реальность...

– "Привет, мы будем счастливы теперь и навсегда", - его руки зарываются в ее мокрые волосы. Губы к губам. Легкий, словно крылья бабочки, поцелуй...

Включается основное освещение. И зал взрывается аплодисментами.

– Браво! Бис!
– под эти оглушительные крики мы уходим со сцены, все еще до конца не веря, что все прошло без эксцессов, не считая последнего момента.

– Ну ты даешь!
– присвистнул Крис, убирая басуху в чехол и обнимая меня за плечи.

– Ха. Кто бы сомневался!
– Серега появился рядом с нами, обнимая какую-то невысокую девушку с темными волосами и глазами, практически черного цвета, - Это Дарина. Моя невеста. Прошу любить и жаловать, - представил он свое спутницу, после чего она была перезнакомлена со всей честной компанией.

Как оказалось, друг познакомился с ней на презентации своего первого альбома.

– Я не мог пройти мимо нее, - рассказывал он, счастливо улыбаясь.
– Представь себе, стоит это милое создание, похожее на ангела, не решаясь подойти ближе...
– его понесло.

Пока он восторгался ее красотой, я быстренько смылась за Розарио.

Мужчина стоял и курил на балконе. Поникшие плечи, взгляд, устремленный в хмурое небо . Решила уже было подойти, но что-то остановило, и я спряталась за колонной.

– О, Розик, милый. Меня дожидаешься?
– раздался столь ненавистный мне голос, и рядом с парнем появилась Амалия. Ее наманикюренная ручка уверенно двигалась под его рубашкой, - Ммм, ваш номер... Это было эротично. Ты был бесподобен. Но вот та, что было рядом с тобой. И на фиг ты ее поцеловал?

– А так, захотелось, но с тобой никто не сравниться. Она же лишь жалкий суррогат, - они развернулись и ушли в неизвестном направлении.

– Не может быть!
– прикрыв рот рукой, все так же стояла за колонной, не в силах поверить, что все опять повторяется, как и тогда.