Удивительная планета Земля. География: тайны и открытия
Шрифт:
В истории известна еще одна полярная робинзонада, на сей раз в одиночку совершенная русским охотником Яковом Миньковым, прожившим на острове Беринга (из группы Командорских островов) в Тихом океане целых семь лет.
Произошло это в 1805 г., когда штурман Потапов оставил его в юрте на этом острове для охраны песцовых шкур, добытых во время промыслового сезона. Шхуна должна была вернуться сюда через несколько дней. Проходили недели, месяцы, а ее все не было.
Однако, лишенный самых необходимых вещей, Миньков не потерял присутствия духа: спасли его изобретательность и сообразительность. Поблизости была богатая рыбой река. Чтобы обеспечить себя едой, Миньков сделал крючок и начал рыбачить. Огонь добывал кремнем. Наступила суровая зима, юрту замело снегом… Одежда и обувь робинзона износились, пригодились шкуры песцов, котиков и каланов, добытых на охоте. Только в 1812 г. Якова Минькова сняла с безлюдного острова проходившая мимо шхуна, и после долгих лет тяжелых испытаний этот русский робинзон наконец вернулся домой.
А эта полярная одиночная робинзонада разыгралась в Баренцевом море совсем недавно, и хоть она была несравненно короче предыдущей, явилась не менее драматичной.
Осенью 1987 г. из маленького селения Варандей, расположенного на берегу моря в Ненецком национальном округе Архангельской области, на моторке отправились морем ловить рыбу на речку Черную, находящуюся в ста километрах, ненцы — 36-летний Петр Тайбарей и его 30-летний приятель Сергей Лагейский. Порыбачив, они ночью пустились в обратный путь. Однако в темноте сбились с пути. Вскоре на море разыгрался сильный шторм. На беду, закончился бензин, и лодка стала игрушкой стихии. Рыбаки промокли до костей. Температура воздуха при сильном ветре снизилась до нуля градусов. Шли дни, нестерпимо мучили голод и особенно жажда, так как у них не было ни крошки съестного и ни глотка воды, ведь надеялись в тот же день вернуться домой. Выловленную же навагу смыло за борт.
Когда через 5 дней злоключений неуправляемую лодку ночью наконец прибило к какому-то берегу, Сергей Лагейский уже не мог двигаться и к утру умер от переохлаждения. Лишь немногим лучше чувствовал себя Петр Тайбарей. кое-как. завалив тело умершего камнями, чтобы не добрались песцы, он двинулся к видневшейся впереди избушке. Впрочем, «двинулся» не то слово: обессилевший Тайбарей добирался до нее почти двое суток. Он полз, время от времени погружаясь в беспамятство. Избушка оказалась очень ветхой, скособоченной, продуваемой ветром, с небольшими подслеповатыми окошками, затянутыми вместо стекла пленкой. Но и она в таких условиях стала для Тайбарея пристанищем, спасшим ему жизнь. К тому же он обнаружил здесь поистине бесценные в его отчаянном положении сокровища. Прежде всего это были почти полный коробок спичек и большая бочка с соляркой, что давало ему возможность обеспечить тепло в домике, а также куча тряпья, позволившая, завернувшись в него, просушить промокшую одежду.
Несказанно обрадовался потерпевший Крушение и множеству окурков, так как ему мучительно хотелось курить. Что же касается съестного, то Тайбарей обнаружил здесь всего лишь две окаменевшие заплесневшие булки и половину металлической банки с жиром. От прежних хозяев остались несколько листков пожелтевшей бумаги и огрызок карандаша, а также потрепанная карта Архангельской области с подчеркнутым на ней названием острова «Долгий». Это же название Тайбарей обнаружил и на стене домика. Сомнений не оставалось: он оказался на одном из отдаленных безлюдных песчаных островов, расположенных на полпути между берегом материка и островом Вайган. Надежда на скорое возвращение домой растаяла. Предстояла суровая борьба за выживание, и, надо отметить, Петр Тайбарей проявил при этом завидное мужество. Прежде всего нужно было хотя бы частично восстановить силы. Раздробив в мелкие крошки окаменевшие булки, он ссыпал их в сохранившуюся здесь посудину, залил водой и поставил на огонь, сдобрив варево кусочком жира. Получилось вполне съедобное блюдо наподобие тюри, которой робинзон питался несколько дней. Шло время, природа на острове напоминала о предстоящей суровой зиме. Жизнь Тайбарея протекала по единому расписанию. Просыпаясь утром, он, подобно Робинзону Крузо, отмечал на бумаге специальной черточкой очередной день своего пребывания на острове, кипятил воду, благо в многочисленных здешних озерах ее здесь более чем достаточно, и, бросив в кипяток кусочек жира, завтракал. Потом он выходил на берег и собирал выброшенный морем плавник. Рацион дополняли сладковатые ягодки пока не покрытого снегом ягеля и различные съедобные коренья. Но особенно ценный продукт питания представляли крылья погибших чаек. Тайбарей ощипывал их и варил в кипятке, получая что-то вроде слабенького бульона.
Время от времени робинзон жег костры, чтобы обратить на себя внимание экипажей, редко проходивших в здешних водах судов и пролетавших самолетов. Так, день за днем, бесконечно, казалось, тянулись холодные и полуголодные дни его робинзонады на Долгом. На 36-й день он был замечен с проходившего мимо судна.
Как видите, все описанные истории робинзонад убедительно показывают: если человек, сталкиваясь с тяжелейшими природными условиями, не поддается отчаянию и не теряет присутствия духа, а стойко борется за свое существование, он выходит из этой борьбы победителем.
Современные робинзоны
Среди безбрежных просторов океанов еще и теперь насчитывается немало необитаемых островов. На некоторых из них иногда находят пристанище современные робинзоны. Наверняка и сейчас, когда вы читаете эту книгу, в разных местностях нашей планеты в нелегких условиях борются они за свою жизнь. А впрочем, робинзоны встречаются не только на затерянных среди океанов безлюдных островах, иногда они находятся почти рядом с цивилизованным миром.
Так, например, в 1983 г. в джунглях известного индонезийского острова Суматра, на берегу речки Южная Сармата, охотники случайно встретили 12-летнюю девочку Имаяту, которая прожила здесь в одиночестве свыше шести лет. В феврале 1977 г. она пошла с подружками ловить рыбу на реку и не вернулась. Все считали, что Имаята погибла, когда лодка с незадачливыми рыболовами перевернулась.
Девочка одичала, забыла родной язык, но счастливые родители сразу же узнали ее. Интересно, что обнаружили девочку всего в 20 км от родного селения. Наверное, это самый молодой из известных современных робинзонов.
А этот моряк, наверное, является своеобразным чемпионом среди робинзонов всех времен. Интересно, что история его робинзонады во многом совпадает с приключениями литературного героя Даниеля Дефо — самого Робинзона Крузо.
В далеком 1911 г. во время сильного шторма в южной части Тихого океана затонула английская шхуна «Прекрасное блаженство». Добраться к берегу и спастись на необитаемом, поросшем кокосовыми пальмами коралловом острове посчастливилось одному лишь 14-летнему юнге Джереми Бибсу. Выжить ему помогло детальное знание романа Даниеля Дефо, который служил ему добрым советчиком во всех делах. Бибс построил себе хижину, изготовил лук и стрелы для охоты на птиц, питался их яйцами, рыбачил, ел плоды кокосовой пальмы, пил кокосовое молоко. Подобно Робинзону Крузо, вел «деревянный календарь».
Находясь в полной изоляции, Д. Бибс ничего не знал о том, что происходило в мире. Только в 1985 г. экипаж случайно оказавшегося здесь немецкого судна неожиданно обнаружил Бибса, уже достигшего 88 лет, и доставил его на родину.
Робинзоны по собственному желанию
Что и говорить, немало среди робинзонов чудаков, которые по собственному желанию, по тем или иным причинам, покинули цивилизованное общество, поселившись на необитаемых островах или в других ненаселенных местностях. Но спрятаться от людей в наше время — дело почти безнадежное, и рано или поздно таких робинзонов рассекречивают.
Так, в июле 1957 г. в Тихом океане на одном из необитаемых островов Полинезии английские моряки обнаружили следы пребывания шотландца Адама Маккалока, который обитал когда-то в полуразрушенной хижине, где сохранились многие вещи хозяйственного предназначения. Из оставленного им дневника стало известно, что этот робинзон нашел себе приют на тропическом острове еще в 1850 г. В дневнике сообщалось много интересных сведений о жизни этого одиночки на заброшенном острове. К сожалению, дальнейшая судьба Адама Маккалока неизвестна.
Приключения же другого робинзона описаны писателем Сомерсетом Моэмом в рассказе «Немец Гарри». Оказывается, настоящее его имя — Генри Эльворт. Родился он в Дании в 1849 г. С 16 лет увлекался морем.
В 1884 г. на парусной яхте «Жибро» Эльворт натолкнулся на коралловые рифы в Торресовом проливе между Австралией и островом Новая Гвинея. Спасся он на необитаемом острове Тереди, где неожиданно встретил своего старого приятеля Луи Грека. Оба решили остаться среди буйной тропической растительности.
Друзья вылавливали жемчуг, рыбачили и охотились. На девятом году их добровольной робинзонады к ним присоединился искатель приключений Джозеф де Паоли, но вскоре, похитив весь запас жемчуга, он предательски удрал ночью на судне колонистов. В 1900 г. оставил остров и Луи Грек, напрасно уговаривавший сделать это и Эльворта.
Оставшись в одиночестве, тот продолжал робинзонаду до глубокой старости и умер предположительно в 1928 г. Таким образом, его только лишь одиночная добровольная робинзонада продолжалась столько же, сколько у литературного героя Дефо, — 28 лет.
В 1960 г. в южной части Тихого океана с вертолета одного из военных кораблей, пролетавшего над необитаемым атоллом Суворова, который входил в состав островов Кука, американские моряки неожиданно увидели человека. Как оказалось, это был разочарованный в жизни новозеландец Том Нил, который поселился на острове в 1957 г.
Этот робинзон оказался достаточно предусмотрительным человеком. Чтобы как-то облегчить свою добровольную робинзонаду, он захватил с собой большой запас горючего, спичек, одеяла, мыла и др. Кроме того, Том посадил большой огород из привезенных семян, развел кур, свиней, голубей. Свой пищевой рацион он дополнял рыбой, яйцами морских черепах и орехами кокосовых пальм, которые во множестве растут на острове. Только один верный друг — собака до самой своей смерти делила с ним добровольную ссылку на этом небольшом кусочке земли длиной в 700 м и шириной в 250 м, открытом, как и весь архипелаг, выдающимся русским мореплавателем М.П. Лазаревым в 1814 г.
«Я очень удручен, джентльмены, что не был заранее предупрежден о вашем прибытии. Прошу прощения за свой костюм», — насмешливо встретил чудак американских моряков. Том Нил решительно отказался оставить остров, не взял и предложенных ему американских газет и журналов. «Ваш мир меня, совсем не интересует», — заявил он.
В 1966 г., после 9 лет робинзонады, Том Нил приехал на родину, издал там свою книгу «Остров для себя», а в 1967 г. возвратился на остров Суворова. В своей книге о жизни в одиночестве он, между прочим, жаловался на экипажи различных кораблей за попытки «спасти» его. Одну из спасательных шлюпок этот чудак забросал пустыми консервными банками.
Когда в 1977 г. к острову подошло советское исследовательское судно «Витязь», 75-летний Том Нил приветливо встретил наших ученых, водил по острову, рассказывал о своей жизни. Постаревшему робинзону было уже трудно обрабатывать огород, и он зарос тропической растительностью. Поэтому Нилу пришлось питаться в основном плодами кокосовой пальмы, из которой он научился готовить до 30 блюд, и курятиной. Своих кур он также кормил размельченной кокосовой копрой (высушенный кокосовый орех). Он собирал дождевую воду, пил много чая и кофе, большой запас которых привез с «материка».
В августе 1977 г., в преклонном возрасте, Том Нил навсегда вернулся на Большую землю.
Немало добровольных робинзонов и ныне живут на «своих» островах. Вот уже 18 лет одиночкой живет на небольшом острове возле побережья Шотландии так называемый «шотландский робинзон» — Дэвид Брерли. Уволенный с работы, неудовлетворенный действительностью, он решил самоизолироваться и на сбережения (он 25 лет проработал высококвалифицированным токарем на одном из заводов) приобрел этот островок с источником пресной воды. Он выращивает овец, кур и свиней, занимается рыболовством, имеет огород. Живет в небольшой пещере.
Точно так же, но в несравненно более благоприятных условиях вечного лета живет на острове Тамлагуне Филиппинского архипелага, вблизи большого острова Палаван, еще один разочаровавшийся в жизни цивилизованного общества добровольный робинзон. Это бывший житель баварского города Мюнхена (Германия), механик по профессии Фридрих Текстер.
Распродав все свое имущество, он приехал на Филиппины и снял этот небольшой, в зелени пальм, островок на 99 лет за 6000 германских марок (то есть за столько, сколько составляла его квартплата в Германии за год). Живет Текстер в хижине из бамбука, вся его одежда — это кусочек ткани, обернутый вокруг тела. Текстер выращивает вдоволь фруктов и овощей, разводит кур.
Еще один так называемый «бразильский робинзон» вот уже 34 года безвыездно живет на небольшом острове у побережья Бразилии. Это 70-летний ученый Фернандо Ли.
Он посадил здесь много пальм, большой огород, выбил в скалах резервуар для сбора дождевой воды. Дом ученого снабжается электричеством от ветродвигателя. Все время Фернандо ходит босиком, следя, чтобы не раздавить случайно какую-нибудь живность. Радио не слушает, так как событиями за пределами своего мирка не интересуется.