Чтение онлайн

– Да я и не улыбаюсь, старина.

– Да, миллионы! Они принадлежат мне, и только я один имею право вырыть их в тот день, когда узнаю, где они зарыты.

– Вот и прекрасно, - спокойно ответил Трегомен.
– Значит, ты должен терпеливо ждать посланца, который принесет тебе это хорошее известие...

– «Терпеливо, терпеливо»!.. Да что течет у тебя в жилах?

– Надо полагать, сироп, - ответил Трегомен, - ничего больше, только сироп.

– А у меня ртуть... В моей крови растворился порох! Я не могу больше ждать спокойно! Я себя грызу... Я себя терзаю...

– Тебе надо успокоиться...

– Успокоиться? Ты забываешь, что теперь 1862 год, что отец мой умер в 1854 году, что он владел тайной с 1842 года, и вот уже скоро двадцать лет, как мы ждем одного словечка, чтобы разгадать дьявольскую шараду!

– Двадцать лет!
– пробормотал Жильдас Трегомен.
– Как бежит время! Двадцать лет назад я управлял еще «Прекрасной Амелией»...

– При чем тут твоя «Прекрасная Амелия»?
– вскричал дядюшка Антифер.
– О чем идет речь - о «Прекрасной Амелии» или о широте, указанной в этом письме?

И он стал размахивать перед глазами моргающего Трегомена пожелтевшим от времени знаменитым письмом с монограммой Камильк-паши.

– Да, это письмо... проклятое письмо!
– начал он снова.
– Я готов иногда разорвать его в клочки, сжечь, обратить в пепел!

– Пожалуй, это было бы умнее всего...
– осмелился произнести Трегомен.

– Довольно... господин Трегомен!
– грозно закричал дядюшка Антифер.
– Я требую, чтобы вы никогда больше не произносили в моем присутствии ничего подобного!

– Хорошо, не буду.

– И если в минуту безумия я захотел бы уничтожить это письмо, дающее мне право собственности, если бы я был настолько глуп, что, пренебрегая долгом перед родными и самим собой... одним словом, если вы мне не помешаете...

– Я помешаю тебе, старина, я помешаю тебе, - поспешил заверить его Жильдас Трегомен.

Дядюшка Антифер, донельзя возбужденный, схватил свою рюмку с коньяком и провозгласил, чокнувшись с рюмкой Трегомена:

– За твое здоровье, лодочник!

– За твое!
– ответил Жильдас Трегомен, подняв рюмку на высоту глаз и снова поставив ее на стол.

Пьер-Серван-Мало задумался. Лихорадочно ероша волосы, он бормотал какие-то проклятия, вздыхал и яростно грыз мундштук своей любимой трубки. Потом, скрестив руки и глядя на своего друга, сказал:

– Знаешь ли ты, по крайней мере, где проходит эта проклятая параллель... двадцать четыре градуса пятьдесят девять минут северной широты?

– Как же мне не знать?
– ответил Трегомен, уже раз сто подвергавшийся этому маленькому экзамену по географии.

– Ничего, лодочник! Есть вещи, которые полезно повторять!

И, открыв старый атлас с картой обоих полушарий, сказал тоном, не допускающим возражений:

– Смотри!

Жильдас Трегомен посмотрел.

– Ты хорошо видишь Сен-Мало, не правда ли?..

– Да, и вот Ранс...

– Но речь идет не о Рансе! Черт побери этот твой Ранс!.. Вот найди парижский меридиан и спустись до двадцать четвертой параллели.

– Спускаюсь.

– Пересеки Францию, Испанию... Вступи в Африку... Минуй Алжир... Пройди до тропика Рака... туда... над Тимбукту...

– Я уже там.

– Хорошо. Итак, мы на этой пресловутой широте.

– Да, мы там.

– Теперь пойдем на восток... Переберемся через Африку... Перешагнем Красное море... Быстро пройдем Аравию над Меккой... Поклонимся имаму Маската, перепрыгнем Индию, оставив по штирборту[61] Бомбей и Калькутту... Коснемся нижней части Китая, минуем остров Формозу[62], Тихий океан, Сандвичевы острова...[63] Ты следуешь за мной?

– Да, я следую за тобой!
– ответил Жильдас Трегомен, вытирая лоб своим огромным платком.

– Ну хорошо. Вот ты и в Америке, в Мексике... Потом в Мексиканском заливе... Потом у Гаваны... Ты проходишь через Флоридский пролив... Попадаешь в Атлантический океан... Плывешь вдоль Канарских островов... Добираешься до Африки... Поднимаешься по парижскому меридиану... И возвращаешься в Сен-Мало, проделав кругосветное путешествие по двадцать четвертой параллели.

– Уф!
– с облегчением вздохнул Трегомен.

– А теперь, - вновь заговорил дядюшка Антифер, - когда мы пересекли оба континента, Атлантический, Тихий и Индийский океаны, тысячи островов и островков, можешь ли ты мне указать место, где спрятаны миллионы?

– Вот уж этого я не знаю!

– Но мы узнаем это.

– Да... узнаем, когда вестник...

Дядюшка Антифер выпил вторую рюмку коньяку, ту, которая так и не была выпита хозяином «Прекрасной Амелии».

– Твое здоровье!
– сказал он.

– Твое!
– ответил Жильдас Трегомен, чокаясь пустой рюмкой.

Пробило десять часов. И вдруг сильный удар молотка потряс входную дверь.

– А что, если это посланец с долготой?
– вскричал возбужденный малуинец.

– О-о!
– протянул Трегомен, не в силах подавить в себе чувство сомнения.

– А почему бы и нет?
– закричал дядюшка Антифер, и его щеки побагровели.

– В самом деле!.. Почему бы и нет?
– быстро согласился Трегомен. В голове у него даже завертелись слова приветствия для доброго вестника.

Вдруг внизу послышались радостные крики Нанон и Эногат, что никак не могло относиться к посланцу Камильк-паши.

– Это он... это он!
– повторяли обе женщины.

– Он?.. Он?..
– произнес дядюшка Антифер и направился к лестнице.

Но в этот момент дверь комнаты отворилась.

– Добрый вечер, дядя, добрый вечер!

Это было сказано веселым и довольным голосом. В связи с предыдущим разговором эти слова крайне раздражили дядюшку.

«Он» оказался Жюэлем. Он приехал! Он не опоздал на поезд из Нанта! Он не провалился на экзамене! Поэтому он повторял:

– Получил, дядюшка, получил!

– Получил!
– повторяли за ним пожилая женщина и молодая девушка.

– Получил?.. Что?..
– спросил дядюшка Антифер.

– Получил звание капитана дальнего плавания!