Удушенный
Шрифт:
— Никакой загар не стоит того, чтобы стареть, когда я и так от природы золотистая. — Мое сердце учащенно забилось, когда он наклонился ближе.
Его рука касается моей, вызывая интенсивный прилив энергии, которая не исчезает, сколько бы раз его кожа ни касалась моей. Он выхватывает бутылочку с солнцезащитным кремом прямо у меня из рук.
— Я справлюсь с этим! — У меня перехватило дыхание. Может ли он говорить?
Его самоуверенная ухмылка говорит мне, что да, он может. Я хватаю свои солнцезащитные очки с макушки и натягиваю их на лицо, создавая барьер, потому что в эту игру могут играть двое. Незрелый поступок, с которым у меня нет проблем.
— Повернись. Я помогу тебе.
Можно ли умереть от сердечного приступа в двадцать три года? Какова статистика?
Я достаю свой мобильный телефон, отчаянно пытаясь проверить.
— Что тебя сейчас так интересует? Каждый раз, когда я рядом с тобой, ты всегда чем-то занята.
Мне хочется исчезнуть в подушках для отдыха или раствориться в море. Он следит за мной.
Он выхватывает телефон прямо у меня из рук.
— Прошу прощения! Отдай его обратно. Сейчас же. — Я использую свой лучший мамин голос, но он не дает желаемого эффекта, вместо этого заставляя Ноа хихикать. Когда-нибудь я буду отстойно наказывать своих детей.
Он игнорирует меня, предпочитая отмахнуться от моих цепких рук.
— Каковы шансы умереть от сердечного приступа в двадцать три года? Серьезно, ты это гуглишь? Я не знал, что так на тебя влияю. Ты мне льстишь.
Я бросаю на него свой лучший хмурый взгляд, но он просто смеется. Настоящий смех, при котором голова откинута назад, и если бы я не была раздражена, я бы нашла это чрезвычайно привлекательным. Кого я обманываю? Так и есть. Раздражен он или нет, этот мужчина прекрасен. Красивый и абсолютно трахабельный.
Я пользуюсь моментом его слабости и выхватываю свой телефон обратно.
Он вращает пальцем, приказывая мне повернуться, его предыдущая задача больше не откладывается. Я неохотно поворачиваюсь и ложусь животом вперед на откинутый шезлонг. Ноа садится рядом со мной, подушка прогибается под его весом, а его бедро прижимается к моему телу.
Он возится с моей красной лямкой бикини, прежде чем выдавить солнцезащитный крем. — Тебе идет красный цвет.
Его голос звучит хрипловато? Мне кажется? Я не вижу его лица, так как смотрю на Средиземное море.
Мое тело вздрагивает, когда холодная жидкость попадает мне на спину. Я лгу себе, списывая мурашки на холодный солнцезащитный крем. Не из-за того, что Ноа размазал солнцезащитный крем по моей спине. Неа.
Я наговорила себе столько лжи про Ноа, что убедила себя пойти в местную исповедальню. У священника будет весь день с такими вещами, он даст мудрый совет и отправит меня с пятью «Аве Мария». Я не могу винить себя. Ноа обладает сексуальной привлекательностью примерно ста мужчин вместе взятых, что делает весь этот процесс трудным.
Мои руки тяжелеют, пока он продолжает втирать лосьон в мою спину; я наслаждаюсь ощущением, что обо мне заботятся, пока руки Ноа ласкают меня. Его поглаживания оставляют после себя дорожку тепла. Я издаю неловкий стон, который пытаюсь скрыть кашлем.
Его смех — горловой и глубокий — заставляет мое тело петь. Он ведет себя так, будто это естественно, просто мы вдвоем отдыхаем на нашей частной яхте, наслаждаясь обычным днем на воде. Возможно, так оно и есть, потому что ни один человек не проходит мимо, чтобы спасти меня.
К счастью, он не видит моего лица, потому что мои щеки пылают от его неослабевающих прикосновений.
И это не единственное, что нагревается.
Моя сердцевина пульсирует от его внимания. Как давно я спала с парнем? Может быть, на первом курсе колледжа? Мой мозг ничего не выдает, что не является хорошим знаком. Я решаю, что это, должно быть, моя проблема с ним. Не потому, что он вычеркивает все привлекательные вещи из моего списка.
Конечно.
Его руки перемещаются к впадине в моей пояснице, и я стону, когда они разминают мою кожу.
Я так сильно облажалась.
Мое тело возбужденно гудит от прикосновений Ноа, не понимая, почему все это так очень, очень неправильно.
Он вырывает меня из моих мыслей.
— Я говорил тебе, что ты сегодня прекрасно выглядишь?
Нет, не говорил. Но я согласна на это сейчас, прижав голову к удобному шезлонгу, пока его руки гладят мою спину. Не думаю, что на его пальцах осталась хоть капля солнцезащитного крема.
— Хм. Не уверена.
Ладно, хорошая работа. Это не звучало и вполовину так отчаянно, как твой стон.
— Ты сегодня выглядишь потрясающе. — Он усиливает свое обаяние.
Он шокирует меня, совершая немыслимое. Я втягиваю воздух, когда его губы прижимаются к изгибу моей шеи. Я сейчас упаду в обморок. Мне требуется все, чтобы не вскочить с кресла. Мои ногти впиваются в ткань сиденья, чтобы удержаться на месте, оставляя вмятины, похожие на те, что Ноа выжег в моем мозгу.
Мое тело словно в огне, а самые интимные места еще хуже. Как можно возбудиться от нанесения солнцезащитного крема? На обратной стороне бутылки должна быть предупреждающая надпись об этом. К черту вредные лучи, это дерьмо с Ноа сжигает меня сильнее, чем любой SPF ниже пятидесяти.
Он снова хихикает, что побуждает меня повернуться к нему лицом.
Он выглядит невозмутимым, и это меня раздражает. Я проверяю, нет ли признаков. Его глаза остаются скрытыми, а лицо выглядит нейтральным. Мои глаза пробегают по золотистой груди и прессу, потому что у меня совершенно нет на это ни времени, ни сдержанности.
Я ухмыляюсь, глядя на выпуклость его плавок. Его дерзкая ухмылка вызывает у меня желание поцеловать его, заменив юмор в его глазах на похоть.
Наше влечение угрожает нашему подобию нормальности друг с другом. Не знаю, что с этим делать. Мне нужно время, чтобы все обдумать, разработать план избегания, создать защиту от этого плейбоя. Это потребует усилий. Возможно, мне даже понадобится помощь Софи с подкреплением, потому что планы — это ее конек; она успешно избегает своего влечения к Лиаму, как чумы.
Ты не должна трахать товарища по команде своего брата, звучит в моих ушах, и это уже новая мантра для меня. Да, мой список мантр продолжает расти, но вы не знакомы с Ноа Слейдом. Вы не понимаете, как чувственность просачивается из его пор. Никогда не стоит недооценивать силу феромонов и лукавых улыбок.
Он даже нанесение солнцезащитного крема превращает в своего рода прелюдию.
Чувство вины пронзает меня, потому что я не хочу, чтобы меня тянуло к Ноа. Хотя он делает для меня приятные вещи, он все равно ведет себя с Санти как придурок. В данный момент я ходячее противоречие, взвешиваю все за и против, оцениваю катастрофические ситуации, если мы с Ноа будем вместе.